Главная страница » Публикации » №1 (65) » Влияние промышленного освоения арктических территорий на финансовое развитие муниципальных образований

Влияние промышленного освоения арктических территорий на финансовое развитие муниципальных образований

Impact of industrial development of the Arctic territories on the financial development of municipalities


Авторы

Захарчук Екатерина Александровна
кандидат экономических наук, доцент, руководитель Центра стратегического развития территорий
Россия, Институт экономики Уральского отделения Российской академии наук
zakhartchouk@mail.ru

Аннотация

Основной целью настоящего исследования выступает разработка подходов к оценке промышленного освоения арктических территорий во взаимосвязи с финансовыми балансами муниципальных образований.
В работе обобщен российский опыт освоения арктических территорий, начиная с плановой экономики и заканчивая современными исследованиями в этой области. Автором предложено рассматривать динамику и направления формирования финансовых потоков муниципальных образований с использованием методологии Системы национальных счетов. В качестве объектов исследования выступили Ямальский муниципальный район и г. Новый Уренгой (Ямало-Ненецкий автономный округ), а также Туруханский муниципальный район Красноярского края, поскольку они находятся в разных фазах промышленного освоения.
Проведены расчеты добавленной стоимости исследуемых арктических муниципальных образований на основе таблиц по заработной плате всех территорий субъекта РФ и региональных таблиц добавленной стоимости. Это позволило провести сравнение динамики и объема добавленной стоимости арктических территорий за 2013-2018 гг. Проведен анализ добавленной стоимости по видам экономической деятельности, который позволяет как определить вклад отраслей в развитие муниципальных образований, так и сравнить структуру добавленной стоимости на разных этапах освоения месторождений углеводородного сырья. Сформированы финансовые балансы муниципальных образований за 2016 г., в целом по всем хозяйствующим субъектам: из экономики г. Новый Уренгой было изъято более 423 млрд. руб., Туруханского района – почти 136 млрд. руб., а Ямальский МР привлек финансовые ресурсы на сумму более 373 млрд. руб.
По итогам проведенной работы сделаны выводы о том, что значительным каналом оттока финансовых ресурсов является государственный сектор, а использование вахтового метода привлечения работников для обустройства и эксплуатации нефтегазовых месторождений не позволяет территориям «перезапустить» финансовые ресурсы домашних хозяйств в сервисные сектора экономики.

Ключевые слова

Арктические территории, система национальных счетов, муниципальное образование, валовая добавленная стоимость, промышленное освоение.

Финансирование

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ проекта № 18-010-01007 А «Финансовые потоки Арктики: формирование, распределение и использование добавленной стоимости в условиях промышленного освоения новых пространств».

Рекомендуемая ссылка

Захарчук Екатерина Александровна

Влияние промышленного освоения арктических территорий на финансовое развитие муниципальных образований// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №1 (65). Номер статьи: 6501. Дата публикации: 12.01.2021. Режим доступа: https://eee-region.ru/article/6501/

DOI: 10.24412/1999-2645-2021-165-1

Authors

Zakharchuk Ekaterina Aleksandrovna
Candidate of Economic Sciences, Associate Professor, Head of the Center for Strategic Development of Territories
Russia, Institute of Economics, Ural Branch of the Russian Academy of Sciences
zakhartchouk@mail.ru

Abstract

The main purpose of this study is to develop approaches to assessing the industrial development of the Arctic territories in conjunction with the financial balances of municipalities.
The paper summarizes the Russian experience in the development of the Arctic territories, starting with the planned economy and ending with modern research in this area. The author proposed to consider the dynamics and directions of the formation of financial flows of municipalities using the methodology of the System of National Accounts. The objects of research were the Yamal municipal district and the city of Novy Urengoy (Yamalo-Nenets Autonomous Okrug), as well as the Turukhansk municipal district of the Krasnoyarsk Territory, since they are in different phases of industrial development.
Calculations of the added value of the Arctic municipalities were carried out on the basis of tables on wages of all territories and regional tables of value added. This made it possible to compare the dynamics and volume of value added in the Arctic territories for 2013-2018. An analysis of value added by types of economic activity has been carried out, which allows both to determine the contribution of industries to the development of municipalities, and to compare the structure of value added at different stages of development of hydrocarbon deposits. The financial balances of municipalities for 2016 were formed, in general for all economic entities, more than 423 billion rubles were withdrawn from the economy of Novy Urengoy, almost 136 billion rubles were withdrawn from the economy of the Turukhansk region, and the Yamal region attracted financial resources in the amount of more than 373 billion rubles.
Based on the results of the work carried out, it was concluded that the public sector is a significant channel for the outflow of financial resources, and the use of the rotational method of attracting workers for the development and operation of oil and gas fields does not allow the territories to “restart” household financial resources into the service sectors.

Keywords

Arctic territories, system of national accounts, municipality, gross value added, industrial development.

Project finance

The work was supported by the Russian Foundation for Basic Research, grant 18-010-01007 « Arctic financial flows: the formation, distribution and use of value added in the conditions of industrial development of new spaces».

Suggested Citation

Zakharchuk Ekaterina Aleksandrovna

Impact of industrial development of the Arctic territories on the financial development of municipalities// Regional economy and management: electronic scientific journal. ISSN 1999-2645. — №1 (65). Art. #6618. Date issued: 12.01.2021. Available at: https://eee-region.ru/article/6501/ 

DOI: 10.24412/1999-2645-2021-165-1

Print Friendly, PDF & Email

Введение

Разработка месторождений углеводородного сырья в Арктической зоне Российской Федерации в последние годы достаточно сильно активизировалось. Освоение новых нефтегазовых провинций в основном затрагивает арктические районы Ненецкого, Ямало-Ненецкого автономных округов, а также Красноярского края, поскольку в данных регионах имеются уже достаточно хорошо разведанные месторождения, готовые к промышленной разработке. Смещение активности в разработке новых запасов в суровые и труднодоступные районы Арктики вызвано истощением традиционных месторождений нефти и газа, расположенных в Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком автономных округах. Новые центры добычи формируются на полуострове Ямал, Тазовского и Гыданского полуостровов, находящихся вдали от крупных населенных пунктов Арктики. В перспективе крупным центром добычи нефти может стать полуостров Таймыр, по которому в настоящее время обсуждается комплексное освоение месторождений Ванкорского и Восточно-Таймырского кластеров, с возможностью экспорта нефти Северным морским путем через планируемый к строительству порт в бухте Север. Таким образом, реализация данных проектов открывает широкие перспективы для восполнения падающей добычи на старых месторождениях и позволяет сформировать новую инфраструктуру на Арктических территориях.

Однако интенсивная разработка таких запасов углеводородного сырья, в первую очередь, связана с высокими издержками по обустройству месторождений, поскольку они оторваны от основных центров расселения Арктики. Так, например, освоение Бованенковского нефтегазоконденсатного месторождения началось именно со строительства железнодорожной магистрали к объекту, поскольку остальные варианты доставки грузов были менее эффективными. Аналогичная ситуация, при освоении арктических запасов, складывается по привлечению трудовых ресурсов, поскольку необходимо привлекать персонал из других территорий, так как местные трудовые ресурсы сильно ограничены. Как правило, привлечение наемных работников, занятых в обустройстве и эксплуатации месторождений Арктической зоны РФ в настоящее время проводится так называемым вахтовым методом, при котором персонал привлекается на достаточно продолжительное время (1-3 месяца) на объекты, при этом располагаясь во временных сооружениях (вахтовые поселки). В этом случае привлекаются работники как из других регионов страны (межрегиональная вахта), так и специалисты из районов интенсивной добычи (внутри региональная вахта), комбинируя приток рабочей силы в зависимости от задач по освоению месторождений.

Несмотря на достаточную изученность проблем освоения новых месторождений в отдаленных арктических условиях, в настоящее время слабо определены вопросы движения финансовых ресурсов на таких территориях. Спецификой промышленного освоения арктических территорий состоит в том, что на разных стадиях освоения и эксплуатации месторождений углеводородного сырья возникают разнонаправленные финансовые потоки, а также высокая степень их оттока/притока. Поэтому задачей настоящего исследования является разработка модели оценки финансовых потоков внутри муниципального образования, применительно к арктическим территориям, находящимся на разных стадиях промышленного развития. В данном контексте важной задачей выступает определение объема финансовых ресурсов, остающегося в распоряжении арктических муниципальных образований по всем направлениям: бюджет, население и предприятия. И, соответственно, выделение финансового «эффекта» от разработки полезных ископаемых для местных сообществ.

 

Теоретические основы

Исследование проблем развития территорий, где основным видом деятельности является добыча углеводородного сырья, в нашей стране ведутся с момента образования таких регионов. Во времена Советского Союза, в условиях бурного развития нефтегазового комплекса, финансовые проблемы развития муниципальных образований в основном рассматривались с позиции обустройства мест проживания населения. Дело в том, что интенсивное освоение месторождений углеводородного сырья, преимущественно в Западной Сибири, значительно обгоняло обустройство прилегающих к ним городов и поселков, как в плане строительства жилья, так и социальной инфраструктуры. Сложившаяся в СССР система регулирования финансовых ресурсов значительно ограничивала муниципальные образования, как в объеме финансовых ресурсов, так и в приоритетах выделения необходимых материально-технических ресурсов. Поэтому основные финансовые ресурсы на территории контролировали предприятия, работающие в муниципальном образовании, зачастую участвуя в строительстве самих городов и поселков. Изучением разрывов в производственном и социальном развитии территории и было приковано внимание исследователей того времени, поскольку в плановой экономике распределение ресурсов играло более важную роль, чем финансовая составляющая.

С переходом экономики России на рыночные рельсы, резко изменилась роль и финансовые возможности региональных и муниципальных органов власти. Развитие федерализма позволило таким территориям претендовать на часть финансовых потоков от добычи углеводородного сырья, и, самое главное, распределять их по своему усмотрению. Несмотря на то, что основные финансовые ресурсы сосредоточены на предприятиях, занимающихся добычей природных ресурсов, территории стали более независимыми в разработке планов и стратегий, используя бюджетные доходы для реализации своих обязательств. К тому же, с органов власти и предприятий были сняты обязательства по обеспечению населения жильем, что существенно высвободило финансовые ресурсы муниципалитетов. Поэтому в научной литературе, начиная с 90-х годов прошлого века, исследуются вопросы финансового развития таких территорий с точки зрения эффективности их использования, а также социально-экономического развития в целом.

В работах новосибирской школы рассматриваются различные аспекты развития сырьевых территорий, например в работе [1] рассматриваются возможности устойчивого развития Тюменской области, в другой работе тех же авторов [2] предлагается методический подход к стратегии устойчивого социально-экономического развития сырьевых территорий. В продолжение данных исследований, авторский коллектив в работе [3] выделены методологические походы к разработке и анализу альтернатив развития регионов ресурсного типа. Отмечается, что для данного типа регионов может быть две основные альтернативы развития: это дальнейшее развитие ресурсных отраслей промышленности, с постепенным их угасанием, либо развитие реиндустриализации на основе увеличения инвестиций и инноваций.

Развитие инструментария оценки социальной инфраструктуры Севера и Арктики посвящены работы Торопушиной Е.Е. [4, 5]. Автор отмечает, что особенности климата северных территорий требует формирования специальных подходов к развитию сфер здравоохранения и образования. В то же время, социальная инфраструктура в данном регионе выступает сама по себе как источник устойчивого развития, поскольку от уровня ее развития и эффективности функционирования напрямую зависит возможность повышения основных качественных характеристик населения.

В работе [6] рассматриваются проблемы качества жизни коренного населения Арктики. В частотности, автор провела объективно-субъективный анализ качества жизни населения арктического региона, который  выявил факторы, оказывающие влияние на качество жизни коренных малочисленных народов. В итоге, были сформированы рекомендации, направленные на повышение привлекательности территорий Арктики для жизнедеятельности.

Проблемы качественного прогнозирования социально-экономического развития Арктической зоны освещаются в работе архангельских ученых [7]. Они отмечают, что, несмотря на обилие различных моделей по прогнозированию развития различных объектов, для такого макрорегиона как Арктика, необходимо разработка научно обоснованного, достоверного и надежного прогноза, учитывающая специфику территории. Авторами сделана попытка разработки такого прогноза, на основе системы показателей социально-экономического развития, с учетом специфики регионального развития.

В последние годы, при изучении Арктического региона, исследователями стали прорабатываться пространственные аспекты его развития. Например, в работе [8] проведен анализ основных причин формирования межрегиональной дифференциации в России, выделены основные подпространства, составляющие единое социально-экономическое пространство. Непосредственно пространственные аспекты развития Арктической зоны рассмотрены в работе дальневосточных ученых [9]. Ими выделены неблагоприятные факторы развития производства, к ним отнесены суровые природно-климатические условия, транспортная отдаленность от основных населенных регионов, недостаточно развития инфраструктура и малая численность трудовых ресурсов. На примере Якутии показана неравномерность пространственного развития Арктической зоны региона [10], выделены особые методы развития территорий Сахи, например разработки стратегии многоцелевого развития, дифференцированного подхода к освоению природных ресурсов, инновационных проектов по адаптации населения к тяжелым условиям.

Другим направлением исследований арктического комплекса выступает определение условий, эффективности и перспектив развития нефтегазового комплекса арктических территорий.

В работах российских ученых [11, 12] рассматриваются особенности функционирования промышленности Арктики, в которых выделяют повышенные затраты на благоустройство, а также четкое разделение на добывающую промышленность и вспомогательную (сервисную). Также в работе утверждается, что после периода деиндустрализации, с начало 2000-х Арктика переживает новую индустриализацию, при котором проходят качественные изменения в компоновке территориальных структур.

На примере Ирака и Российской Федерации рассмотрена проблема инвестирования корпораций в нефтегазовые месторождения в работе [13]. Выделены общие черты, в том числе неспособность частных корпораций инвестировать в разведку и обустройство месторождений, поэтому автором предлагается использование новой модели финансовых взаимоотношений между государством и бизнесом на основе долгосрочной аренды.

Вопросы эффективности разработки и эксплуатации нефтяных месторождений в условиях действующей налоговой системы рассмотрены в работах [14, 15]. В частности, анализ действующей налоговой системы показал, что применяемый подход к дифференциации налогообложения является недостаточным для успешного развития нефтяной отрасли на территории Восточной и Западной Сибири. Месторождения с низким дебитом по добыче нефти в условиях высокого налогообложения не могут быть рентабельны, автор предлагает для таких месторождений заменить  налог на добычу полезных ископаемых на процентную ставку.

Стратегические приоритеты развития нефтегазового комплекса Красноярского края, в контексте Стратегии социально-экономического развития региона до 2030 г., приведены в работе [16]. Отмечается, что, по мнению автора, задача региона в развитии нефтедобычи заключается в быстром решении возникающих проблем у компаний, а также встраивания других отраслей, для получения синергетического эффекта.

Таким образом, в российской научной литературе социально-экономическое развитие северных и арктических территорий взаимосвязано с основной производственной деятельностью нефте- и газодобывающих компаний. Это естественно, поскольку промышленное развитие в суровых природных условиях неотделимо от освоения природных богатств, обеспечивая социально-экономическое развитие территорий. В то же время, публикаций, взаимно увязывающих промышленное развитие территорий и экономическое благополучие местного населения в современных условиях значительно меньше. Как правило, такая зависимость рассматривается через призму социально-экономического развития региона, поскольку на муниципальном уровне мало статистической информации в открытом доступе. Тем не менее, именно масштаб и способы освоения месторождений углеводородного сырья оказывают значительное влияние на распределение добавленной стоимости между местными экономическими агентами, предопределяя уровень социально-экономического развития территориальных сообществ.

 

Методология

Методологически, исследование влияния промышленного освоения арктических территорий на финансовое развитие муниципальных образований, базируется на принципах построения Системы национальных счетов (СНС). В данных счетах заложены теоретические постулаты о кругообороте финансовых ресурсов в экономике, где производственный сектор и сфера услуг выступают источником формирования добавленной стоимости, государственный бюджет распределяет часть добавленной стоимости между субъектами экономики, а конечным потребителем произведенной продукции выступает население. Таким образом, с учетом внешнеэкономической деятельности, финансовые ресурсы зарождаются и используются в рамках единой экономической системы, обеспечивая кругооборот финансовых ресурсов от производства товаров и услуг до их конечного потребления. Поскольку основным объектом СНС является национальная экономика, данные теоретические положения реализуются в виде расчета определенных таблиц и счетов на уровне государства. Итоговым показателем, характеризующим вновь созданное богатство в данной системе, выступает добавленная стоимость, или валовой внутренний продукт (ВВП) для экономики в целом, валовой региональный продукт (ВРП) для региона. В то же время, валовой продукт является неким показателем эффективности функционирования экономики, и не обязательно характеризует уровень жизни (богатства) населения. Например, доходы, созданные в национальной экономике, могут, тем или иным путем, «экспортированы» в другие государства посредством заработной платы трудовых мигрантов, изъятия прибыли корпорациями или выплат долгов по кредитным линиям. И наоборот, национальные экономики, оказывающие услуги в определенных областях, могут изымать добавленную стоимость из других стран, фактически используя некую ренту (пример – финансовая система США).

На территориальном уровне наблюдаются те же самые процессы. Однако в отличие от национальной системы, где практически все внешнеэкономические операции регистрируются, внутри страны перемещение добавленной стоимости от территории к территории практически никак не контролируется и не поддается учету. Поэтому показатель валового регионального продукта, широко используемого при оценке экономического развития территорий, недостаточно информативен в плане понимания происходящих процессов распределения и использования добавленной стоимости. Особенно ярко данные процессы проявляются на арктических территориях, где местное население составляет, как правило, небольшую часть используемых трудовых ресурсов. Использование вахтового метода, привлечение работников из других регионов и стран для обслуживания и строительства производственных объектов может свидетельствовать о перетоке финансовых ресурсов из данного региона, и недостаточности средств для собственного развития.

Другой стороной процесса оттока/притока финансовых ресурсов на арктических территориях выступают экономические и хозяйственные условия деятельности добывающих предприятий. Дело в том, что нефтегазовая отрасль достаточно сильно капиталоемкая, а для разработки месторождений нужны крупные инвестиции. Как правило, при разработке отдаленных месторождений на территории муниципального образования возникает положительный финансовый приток в виде инвестиций, значительно превышающий по объему местную добавленную стоимость. Разработка месторождений требует как поставку оборудования (не отражается в добавленной стоимости территорий), так и использование рабочей силы в различных сферах, что в итоге приводит к резкому скачку формируемой добавленной стоимости в муниципальном образовании (в основном, в сфере строительства и сервисных отраслях). На этапе разработки месторождения «полезность» для территории зависит от количества местных трудовых ресурсов, занятых в обустройстве, а также формируемой налоговой базой в сервисных отраслях. С точки зрения предприятий, расходы в строительство производственных объектов рассматривается как долгосрочная инвестиция, которая должна быть возвращена через определенный период времени с заданной доходностью.

После завершения обустройства месторождения, следует этап эксплуатации (добычи). На данном этапе меняются структура занятых по видам деятельности в муниципальном образовании, со смещением на промышленное производство. На данном этапе потоки финансовых ресурсов кардинально меняются, начинается формирование добавленной стоимости внутри территории благодаря началу промышленной добычи полезных ископаемых. С точки зрения предприятий, эксплуатирующих месторождения, происходит возврат инвестиций из добавленной стоимости, обеспечивая положительный финансовый поток. В этом случае, для муниципального образования, в случае продолжения разработки и обустройства месторождений или других объектов, мы можем зафиксировать использование добавленной стоимости в инвестиции, то есть некоторое реинвестирование полученного дохода в рамках территории. Если программа инвестиций выполнена, то наблюдается сильный отток добавленной стоимости из территории, его глубина зависит от условий социально-экономического развития муниципального образования. Схематически данные процессы представлены на рисунке 1, где наглядно представлена динамика формирования добавленной стоимости и оттока/притока капитала.

В целях достижения основной цели исследования – определения динамики финансовых потоков арктических муниципальных образований, необходимо определится с объектами исследования, находящихся на различных фазах формирования добавленной стоимости. Это необходимо, чтобы определить условия и факторы, влияющие на формирование и распределение добавленной стоимости и соотнести полученные результаты с представленной теоретической моделью.

 

Теоретическая модель формирования добавленной стоимости в арктических территориях во взаимосвязи с инвестициями

Рис. 1 – Теоретическая модель формирования добавленной стоимости в арктических территориях во взаимосвязи с инвестициями

 

В этой связи, в качестве объектов исследования Арктических территорий были определены три муниципальных образования. Первый – это г. Новый Уренгой, спецификой которого является высокая степень локализации трудовых ресурсов (самый крупный город Ямало-Ненецкого автономного округа, с населением более 100 тыс. человек), а также большой ореол хозяйственного ведения. Второе муниципальное образование – это Туруханский район Красноярского края, где в активной фазе добычи расположено Ванкорское месторождение нефти, однако его эксплуатация производится вахтовым методом, что позволяет выделить особенности распределения финансовых потоков. К тому же, на соседних территориях края планируется разработка крупных месторождений нефти, являющихся продолжением Ванкора, что позволит смоделировать динамику финансовых потоков в будущем. Третий объект исследования – Ямальский район ЯНАО, характеризующийся активной фазой разработки месторождений природного газа, это Баваненковое (ПАО Газпром) и Южно-Тамбейское газоконденсатное месторождение (ОАО «Ямал СПГ»).

Методически, определение движения финансовых ресурсов на территориях муниципальных образований основывается на построении финансовых балансов муниципальных образований. Данная авторская методика подробно рассмотрена в работах [17,18]. Спецификой муниципального уровня при построении финансовых балансов выступает поиск источников информации для наполнения счетов, в данном использовались все доступные базы данных: Росстата, Минфина РФ, Федерального Казначейства и т.д.

 

Полученные результаты

Для расчета добавленной стоимости муниципальных образований в мире применяется несколько подходов, и ни один из них не является универсальным. Применение того или иного метода зависит от условий сбора и публикации статистических данных, структуры экономики и т.д. Как уже отмечалось, нами разработан авторский подход к расчету добавленной стоимости территорий местного уровня, в основе которого лежит распределение данных региональных таблиц образования доходов по фонду заработной платы муниципальных образований в разрезе видов экономической деятельности. В данном исследовании, для расчета добавленной стоимости исследуемых арктических муниципальных образований нами были сформированы таблицы по заработной плате всех территорий региона (в данном случае это ЯНАО и Красноярский Край) из база данных Росстата за 2013-2018 гг., и проведены расчеты соотношения фонда оплаты труда муниципальных образований и региональных таблиц добавленной стоимости.

Исходя из проведенных расчетов, можно сравнить динамику и объем добавленной стоимости выделенных муниципальных образований за исследуемый период (рис. 2).

 

Результаты расчетов валовой добавленной стоимости арктических территорий, 2013-2018 гг., млн. руб.

Рис. 2 – Результаты расчетов валовой добавленной стоимости арктических территорий, 2013-2018 гг., млн. руб.

 

Из рисунка видно, что в Туруханском районе прирост добавленной стоимости достаточно стабилен, поскольку основной актив муниципального образования – Ванкорское месторождение нефти – вышел в устойчивую фазу добычи. К тому же из трех исследуемых муниципальных образований Туруханский район демонстрирует невысокий уровень добавленной стоимости, в пределах 10-12 млрд. руб.

Добавленная стоимость муниципальных образований Ямала демонстрируют впечатляющие результаты, как по динамике прироста, так и в абсолютных цифрах. Новый Уренгой нарастил добавленную стоимость за исследуемые шесть лет чуть более чем в 2 раза, и поскольку вблизи самого города расположены месторождения с падающей добычей, вероятнее всего, такой результат был достигнут за счет включения в зону хозяйственного ведения отдаленных запасов углеводородного сырья. Ямальский район, поскольку на его территории только начинается промышленная добыча природного газа, демонстрирует последовательный сильный прирост добавленной стоимости, за период 2013-2018 гг. ВДС муниципального образования увеличился почти в 4 раза и составил больше половины добавленной стоимости г. Новый Уренгой.

Для понимания структуры экономического развития данных территорий, был проведен анализ добавленной стоимости по видам экономической деятельности, который позволяет как определить вклад отраслей в развитие муниципальных образований, так и сравнить структуру добавленной стоимости на разных этапах освоения месторождений углеводородного сырья.

 

Таблица 1 – Структура добавленной стоимости Ямальского муниципального района ЯНАО, 2013-2018 гг., в % от ВДС

2013 2014 2015 2016 2017 2018
Добыча полезных ископаемых 21,86 21,93 30,02 21,86 34,55 41,56
Строительство 34,29 53,02 51,18 65,37 59,83 49,47
Транспорт 13,18 9,05 5,86 4,17 1,16 1,87
Оптовая  и розничная торговля 4,98 6,17 3,25 2,01 0,00 2,86
Операции с недвижимостью 3,90 3,50 3,94 3,04 2,35 1,54
Всего в ВДС 78,21 93,68 94,24 96,45 97,88 97,30

Источник: рассчитано автором

 

В таблице 1 представлены расчеты по структуре ВДС Ямальского района ЯНАО. Как видно из таблицы, выделенные пять видов деятельности района формируют более 95 % добавленной стоимости территории. В связи с проведением работ по строительству Ямал-СПГ в порту Сабетта, в исследуемый период резко возросла доля строительства в добавленной стоимости, достигнув в 2016 г. пиковых значений почти двух третей. Затем доля строительства снизилась, и к 2018 г. наблюдается примерно равная доля с добычей, совместно они формируют более 90% ВДС Ямальского района. Также, вымывается роль других видов деятельности, особенно транспортной отрасли.

 

Таблица 2 – Структура добавленной стоимости г. Новый Уренгой ЯНАО, 2013-2018 гг., в % от ВДС

2013 2014 2015 2016 2017 2018
Добыча полезных ископаемых 54,71 50,54 57,20 62,44 54,19 76,67
Строительство 9,61 16,22 12,17 10,73 8,94 6,55
Транспорт 8,23 7,47 5,30 5,79 14,45 3,06
Оптовая  и розничная торговля 12,84 12,64 12,36 8,84 6,50 5,47
Операции с недвижимостью 8,04 6,92 7,14 6,33 5,72 3,02
Всего в ВДС 93,44 93,79 94,17 94,13 89,80 94,77

Источник: рассчитано автором

 

Как видно из следующей таблицы 2, роль добычи полезных ископаемых в структуре валового продукта г. Новый Уренгой в последние годы лишь усиливается. В то же время, за счет развития других видов деятельности на территории муниципального образования, в сумме строительство и добыча занимает в среднем около 70% добавленной стоимости. В то же время, исходя из данных официальной статистики, в 2018 г. из 70,6 млрд. руб. начисленной заработной платы во всех отраслях муниципального образования, на добычу полезных ископаемых пришлось лишь 29,1 млрд. руб., а, например виды деятельности государственного сектора (здравоохранение, образование и т.д.) начислили заработной платы на сумму 12,8 млрд. руб.

 

Таблица 3 – Структура добавленной стоимости Туруханского муниципального района Красноярского Края, 2013-2018 гг., в % от ВДС

2013 2014 2015 2016 2017 2018
Добыча полезных ископаемых 23,83 26,59 39,32 40,15 44,01 44,32
Строительство 15,49 11,1 7,26 9,33 8,87 9
Транспорт 8,37 8,17 9,63 7,17 10,37 9,89
Оптовая  и розничная торговля 0,22 0,23 0,24 0,62 1,74 1,68
Операции с недвижимостью 15,92 15,14 15,11 14,97 5,1 7,2
Всего в ВДС 63,83 61,23 71,56 72,24 70,09 72,09

Источник: рассчитано автором

 

В Туруханском районе, как видно из таблицы 3, сложилась более диверсифицированная структура добавленной стоимости, на пять основных отраслей приходится около 65-70% от ВДС. Причины этого кроются как в невысоком (по меркам Ямала) уровне добычи углеводородного сырья на Ванкоре, так и географическими причинами, поскольку площадь района очень значительна и на территории расположены и другие промышленные узлы. В то же время вес добычи полезных ископаемых растет, замещая собой строительную отрасль.

Проанализировав структуру добавленной стоимости выделенных арктических территорий, на следующем этапе исследования мы сформировали финансовые балансы муниципальных образований, результаты расчетов за 2016 г. представлены в таблице 4.

 

Таблица 4 – Финансовые балансы арктических муниципальных образований, 2016 г., млн. руб.

Финансовые балансы арктических муниципальных образований, 2016 г., млн. руб.

 

Из нее видно, что предприятиями Ямальского района были инвестировано более 605 млрд. руб., при 250 млрд. собственной добавленной стоимости, поэтому данная территория единственная имеет положительный баланс по привлечению средств. В Туруханском районе половина «заработанных» средств предприятий было реинвестировано, поэтому отток капитала составил небольшую величину, около 10% ВДС. Наиболее сильный отток средств предприятий наблюдался в г. Новый Уренгой, было изъято 63% средств, инвестиции составили около десяти процентов.

Налоговые платежи данных территорий во все уровни бюджетной системы являются также очень значительными. Так, например, налоги на производство и импорт (в основном, за счет налога на добычу полезных ископаемых) в Туруханском районе превысили добавленную стоимость в 1,5 раза. Эти платежи фактически не учитываются в составе добавленной стоимости территорий, что значительно снижает вес территорий в формировании общественного продукта. В Новом Уренгое «недосчитались» порядка 119 млрд. руб., в Ямальском районе данный показатель ниже из-за начальной фазы эксплуатации месторождений природного газа и налоговых льгот. В итоге, бюджетные расходы в муниципальных образованиях исследуемых арктических территорий составили: в г Новый Уренгой 12,7% от собранных на территории налоговых платежей, в Ямальском муниципальном районе данный показатель равнялся 10,7%, в Туруханском районе – лишь 3,9%. Учитывая различные фазы освоения месторождений углеводородного сырья, а также заселенность территорий, можно сделать вывод, что чем меньше постоянного населения участвует в производственной деятельности градообразующих предприятий, тем меньше доля налогов, остающихся в распоряжении местных сообществ.

На наш взгляд, наиболее интересные выводы можно сделать при анализе проведенных расчетов по доходам и расходам домашних хозяйств (населения). Как видно из таблицы 4, доходы населения в г. Новый Уренгой были более чем в 2 раза выше, чем в Ямальском районе, и в 6 раз больше, чем Туруханском районе. Расходы населения именно на территории муниципальных образований, рассчитанные методом конечного потребления, показали, что в Ямальском МР из 42,7 млрд. руб. доходов были потрачены лишь 7,5 млрд. руб., или 17,5%. Остальные ресурсы были «вывезены» как местным населением, так и, в большей части, вахтовыми рабочими на другие территории. Лучше ситуация складывается в Туруханском МР, где на территории муниципального образования было израсходовано 42,2% полученных доходов, поскольку структура образования доходов не так сильно зависит от добывающей отрасли. По сравнению с муниципальными районами, г. Новый Уренгой «экспортировал» доходы граждан в незначительных объемах, из 90,2 млрд. руб. полученных средств за пределами города было израсходовано 22,5 млрд. руб., или около 25%.

В итоге, в целом по всем хозяйствующим субъектам, из экономики г. Новый Уренгой было изъято более 423 млрд. руб., Туруханского района – почти 136 млрд. руб., а единственным муниципальным образованием, привлекающим ресурсы, выступил Ямальский МР, с положительным притоком на сумму более 373 млрд. руб.

 

Выводы

Проведенные расчеты по структуре формирования добавленной стоимости арктических муниципальных образований и их финансовых балансов по институциональным секторам показали, что различные фазы освоения месторождений и использование разнообразных методов привлечения рабочей силы предопределяют конфигурации движения финансовых ресурсов на территориях.

Основываясь на проведенных авторских расчетах по динамике финансового развития трех арктических муниципальных образований за 2013-2018 гг., можно сделать ряд общих выводов.

1) Применяемый методический подход к расчету добавленной стоимости муниципальных образований, хотя и не лишен недостатков, однако позволяет определить динамику и структуру муниципального продукта. Наименьшую зависимость от нефтегазовой отрасли показал Туруханский МР, наибольшую – Ямальский МР, в г. Новый Уренгой, несмотря на развитую городскую инфраструктуру, экономика города определяется добычей полезных ископаемых.

2) Расчеты финансовых балансов показали, что сформированная в работе теоретическая модель формирования и использования добавленной стоимости производственного сектора подтверждается аналитическими расчетами. Исходя из них, можно увидеть, что Ямальский МР находится в фазе привлечения внешнего финансирования, Туруханский МР использует собственные средства для инвестиций, а г. Новый Уренгой является финансовым источником для реализации проектов вне территории города.

3) Значительным каналом оттока финансовых ресурсов у всех без исключения рассматриваемых территорий является государственный сектор. Изъятие финансовых ресурсов происходит через механизм налога на добычу полезных ископаемых, а доля остающихся в распоряжении муниципальных образований средств зависит от степени оседлости населения.

4) Использование вахтового метода привлечения работников для обустройства и эксплуатации нефтегазовых месторождений не позволяет территориям «перезапустить» финансовые ресурсы домашних хозяйств в сервисные сектора. В итоге, полученные доходы работников используются в других территориях, что снижает экономический потенциал арктических муниципальных образований.

В целом, проведенное исследование позволило определить достаточно устойчивые зависимости между структурой экономического развития муниципального образования, использованием методов привлечения рабочей силы, движением финансовых ресурсов и заселенностью территорий.  Результаты данного исследования могут быть использованы для дальнейших разработок в области определения факторов и условий социально-экономического развития арктических муниципальных образований.

 

Список литературы

  1. Крюков, В.А., Севастьянова, А.Е., Шмат, В.В. Предпосылки устойчивого эколого-экономического развития Тюменской области // Регион: экономика и социология. – 1994. – № 2. – С. 87–110.
  2. Крюков, В.А., Севастьянова, А.Е., Шмат, В.В. Методический подход к обоснованию стратегии устойчивого социально-экономического развития сырьевых территорий // Регион: экономика и социология. – 1997. – № 2. – С. 14–42.
  3. Крюков, В.А., Севастьянова, А.Е., Токарев, А.Н., Шмат, В.В. Эволюция подходов к анализу альтернатив развития регионов ресурсного типа // Труды Гранберговской конференции. Сборник докладов Международной конференции, посвященной 80-летию со дня рождения акад. А.Г. Гранберга. Институт экономики и организации промышленного производства Сибирского отделения Российской академии наук. 2017. С. 40-51.
  4. Торопушина, Е.Е. Методические подходы к оценке уровня развития социальной инфраструктуры регионов севера и Арктики России // Север и рынок: формирование экономического порядка. 2018. № 4 (60). С. 101-111. DOI: 10.25702/KSC.2220-802X.4.2018.60.101-111
  5. Торопушина, Е.Е. Социальная инфраструктура как фактор саморазвития территории российской Арктики // Север и рынок: формирование экономического порядка. 2018. № 5 (61). С. 14-23. DOI: 10.25702/KSC.2220-802X.5.2018.61.14-23
  6. Харитонова, Т.В. Оценка эффективности развития арктических территорий: социально-экономический аспект // Мониторинг. Наука и технологии. 2018. № S5. С. 52-57. DOI: https://doi.org/10.25714/MNT.2018.38.007
  7. Уханова, А.В., Смиренникова Е.В., Воронина Л.В. Система показателей прогнозирования социально-экономического развития Арктического макрорегиона // Вестник Пермского университета. Сер. «Экономика» = Perm University Herald. Economy. 2018. Том № 3. С. 416–432. doi: 10.17072/1994-9960-2018-3-416-432
    Ukhanova A.V., Smirennikova E.V., Voronina L.V. System of indicators for forecasting social and ecnomic development of the Arctic macroregion. Vestnik Permskogo universiteta. Seria Ekonomika = Perm University Herald. Economy, 2018, vol. 13, no. 3, pp. 416–432. doi: 10.17072/1994-9960-2018-3-416-432
  8. Макаров, И.Н., Дробот, Е.В., Авцинова, А.А., Филоненко, Н.Ю. Пространственное развитие России: проблемы межрегиональной дифференциации // Экономические отношения. – 2019. – Том 9. – № 4. – С. 2953-2964. – doi: 10.18334/eo.9.4.41347.
  9. Бакланов, П. Я., Мошков, А. В. Пространственная дифференциация структуры экономики регионов арктической зоны России // Экономика региона. – 2015 — №1 – С. 53-63 doi 10.17059/2015-1-5
  10. Тарасов, М.Е., Григорьев, В.П., Тарасова-Сивцева, О.М. Проблемные вопросы пространственного развития северных и арктических районов Якутии // Проблемы развития территории. 2014. № 3 (71) С. 55-66
  11. Пилясов, А.Н. Арктическая промышленность России в последние десятилетия: индустриализация, деиндустриализация, индустриализация 2.0 // Север и рынок: формирование экономического порядка. 2019. № 4 (66). С. 43-63. DOI: 10.25702/KSC.2220-802X-4-2019-66-43-63
  12. Пилясов, А.Н., Замятина, Н.Ю. Освоение Севера 2.0: вызовы формирования новой теории // Арктика и Север. 2019. № 34. С. 57–76. DOI: 10.17238/issn2221-2698.2019.34.57
  13. Bueavi, A.F. (2019) Model dolgosrochnyh fi nansovyh otnosheniy mezhdu gosudarstvom i neftedobyvayuschimi korporatsiyami s tselyu uvelicheniya investirovaniya v razrabotku neftegazovyh mestorozhdeniy [The model of long-term fi nancial relations between the state and oil-producing corporations in order to increase investment in the development of oil and gas fi elds]. Ekonomika, predprinimatelstvo i pravo. 9. (3). – 143-150. doi: 10.18334/epp.9.3.41139
  14. Блажевич, Б.В., Рахматуллина, Б.И. Влияние налоговых льгот на эффективность разработки новых месторождении // Нефтегазовое дело. 2013. Т. 11. № 3. С. 21-25.
  15. Иутина, М.М. Влияние налоговой нагрузки на эффективность освоения нефтегазовых объектов на территории Западной и Восточной Сибири // Интерэкспо Гео-Сибирь. 2010. №-1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-nalogovoy-nagruzki-na-effektivnost-osvoeniya-neftegazovyh-obektov-na-territorii-zapadnoy-i-vostochnoy-sibiri (дата обращения: 28.12.2020).
  16. Казанин, А. Г. Стратегические подходы к развитию нефтегазового комплекса на арктических территориях Красноярского края // Интеллект. Инновации. Инвестиции. – 2019. – № 5. – С. 67-77. DOI: 10.25198/2077-7175-2019-5-67.
  17. Захарчук, Е.А., Пасынков, А.Ф. Региональная балансовая модель финансовых потоков на основе секторального подхода системы национальных счетов // Экономика региона. 2017. Т. 13. № 1. С. 318-330. DOI: 10.17059/2017-1-28
  18. Захарчук, Е.А., Пасынков, А.Ф., Трифонова, П.С. Роль бюджетно-налоговой политики в формировании финансовых балансов регионов на примере Уральского федерального округа // Экономика. Налоги. Право. 2020. Т. 13. № 1. С. 86-98. DOI: 10.26794/1999-849X-2020-13-1-86-98

 

References

  1. Kryukov, V.A., Sevastyanova, A.E., Shmat, V.V. Prerequisites for sustainable ecological and economic development of the Tyumen region [Predposylki ustoychivogo ekologo-ekonomicheskogo razvitiya Tyumenskoy oblasti]// Region: economics and sociology. — 1994. — No. 2. — P. 87-110.
  2. Kryukov, V.A., Sevastyanova, A.E., Shmat, V.V. Methodical approach to substantiating the strategy of sustainable socio-economic development of raw materials [Metodicheskiy podkhod k obosnovaniyu strategii ustoychivogo sotsial’no-ekonomicheskogo razvitiya syr’yevykh territoriy]// Region: economics and sociology. — 1997. — No. 2. — P. 14–42.
  3. Kryukov, V.A., Sevastyanova, A.E., Tokarev, A.N., Shmat, V.V. Evolution of approaches to the analysis of alternatives for the development of resource-type regions [Evolyutsiya podkhodov k analizu al’ternativ razvitiya regionov resursnogo tipa]// Proceedings of the Granberg Conference. Collection of reports of the International Conference dedicated to the 80th anniversary of the birth of Acad. A.G. Granberg. Institute of Economics and Industrial Engineering of the Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences. 2017.S. 40-51.
  4. Toropushina, E.E. Methodological approaches to assessing the level of development of the social infrastructure of the regions of the North and the Arctic of Russia [Metodicheskiye podkhody k otsenke urovnya razvitiya sotsial’noy infrastruktury regionov severa i Arktiki Rossii]// North and Market: Formation of the Economic Order. 2018. No. 4 (60). S. 101-111. DOI: 10.25702 / KSC.2220-802X.4.2018.60.101-111
  5. Toropushina, E.E. Social infrastructure as a factor of self-development of the territory of the Russian Arctic [Sotsial’naya infrastruktura kak faktor samorazvitiya territorii rossiyskoy Arktiki]// North and the market: the formation of the economic order. 2018. No. 5 (61). S. 14-23. DOI: 10.25702 / KSC.2220-802X.5.2018.61.14-23
  6. Kharitonova, T.V. Assessment of the effectiveness of the development of the Arctic territories: socio-economic aspect [Otsenka effektivnosti razvitiya arkticheskikh territoriy: sotsial’no-ekonomicheskiy aspekt]// Monitoring. Science and technology. 2018. No. S5. S. 52-57. DOI: https://doi.org/10.25714/MNT.2018.38.007
  7. Ukhanova, A.V., Smirennikova, E.V., Voronina, L.V. System of indicators for forecasting social and ecnomic development of the Arctic microregion [Sistema pokazateley prognozirovaniya sotsial’no-ekonomicheskogo razvitiya Arkticheskogo makroregiona]. Vestnik Permskogo universiteta. Seria Ekonomika = Perm University Herald. Economy, 2018, vol. 13, no. 3, pp. 416-432. doi: 10.17072 / 1994-9960-2018-3-416-432
  8. Makarov, I.N., Drobot, E.V., Avtsinova, A.A., Filonenko, N.Yu. Spatial development of Russia: problems of interregional differentiation [Prostranstvennoye razvitiye Rossii: problemy mezhregional’noy differentsiatsii]// Economic relations. — 2019. — Volume 9. — No. 4. — P. 2953-2964. — doi: 10.18334 / eo.9.4.41347.
  9. Baklanov, P. Ya., Moshkov AV Spatial differentiation of the structure of the economy of the regions of the Arctic zone of Russia [Prostranstvennaya differentsiatsiya struktury ekonomiki regionov arkticheskoy zony Rossii]// Economy of the region. — 2015 — No. 1 — P. 53-63 doi 10.17059 / 2015-1-5
  10. Tarasov, M.E., Grigoriev, V.P., Tarasova-Sivtseva O.M. Problematic issues of spatial development of the northern and arctic regions of Yakutia [Problemnyye voprosy prostranstvennogo razvitiya severnykh i arkticheskikh rayonov Yakutii]// Problems of territory development. 2014. No. 3 (71) S. 55-66
  11. Pilyasov, A.N. Arctic industry in Russia in recent decades: industrialization, deindustrialization, industrialization 2.0 [Arkticheskaya promyshlennost’ Rossii v posledniye desyatiletiya: industrializatsiya, deindustrializatsiya, industrializatsiya 2.0]// North and the market: the formation of the economic order. 2019. No. 4 (66). S. 43-63. DOI: 10.25702 / KSC.2220-802X-4-2019-66-43-63
  12. Pilyasov, A.N., Zamyatina, N.Yu. Development of the North 2.0: challenges of making a new theory [Osvoyeniye Severa 2.0: vyzovy formirovaniya novoy teorii]. Arktika i Sever [Arc-tic and North], 2019, no. 34, pp. 57–76. DOI: 10.17238 / issn2221-2698.2019.34.57
  13. Bueavi, A.F. (2019) Model dolgosrochnyh fi nansovyh otnosheniy mezhdu gosudarstvom i neftedobyvayuschimi korporatsiyami s tselyu uvelicheniya investirovaniya v razrabotku neftegazovyh mestorozhdeniy [Model dolgosrochnyh fi nansovyh otnosheniy mezhdu gosudarstvom i neftedobyvayuschimi korporatsiyami s tselyu uvelicheniya investirovaniya v razrabotku neftegazovyh mestorozhdeniy]. Ekonomika, predprinimatelstvo i pravo. 9. (3). — 143-150. doi: 10.18334 / epp.9.3.41139
  14. Blazhevich, B.V., Rakhmatullina, B.I. The influence of tax incentives on the efficiency of developing new fields [Vliyaniye nalogovykh l’got na effektivnost’ razrabotki novykh mestorozhdenii]// Oil and Gas Business. 2013. T. 11.No. 3.P. 21-25.
  15. Iutina, M.M. The influence of the tax burden on the efficiency of the development of oil and gas facilities in Western and Eastern Siberia [Vliyaniye nalogovoy nagruzki na effektivnost’ osvoyeniya neftegazovykh ob»yektov na territorii Zapadnoy i Vostochnoy Sibiri]// Interexpo Geo-Siberia. 2010. No.-1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-nalogovoy-nagruzki-na-effektivnost-osvoeniya-neftegazovyh-obektov-na-territorii-zapadnoy-i-vostochnoy-sibiri (date of access: 28.12.2020).
  16. Kazanin, A.G. (2019) Strategic approaches to the development of the oil and gas complex in the Arctic territories of the Krasnoyarsk territory [Strategicheskiye podkhody k razvitiyu neftegazovogo kompleksa na arkticheskikh territoriyakh Krasnoyarskogo kraya]. Intellekt. Innovatsi. Investitsii [Intellect. Innovation. Investments]. Vol. 5, pp. 67-77. DOI: 10.25198 / 2077-7175-2019-5-67.
  17. Zakharchuk, E.A., Pasynkov, A.F. Regional balance model of financial flows based on the sectoral approach of the system of national accounts [Regional’naya balansovaya model’ finansovykh potokov na osnove sektoral’nogo podkhoda sistemy natsional’nykh schetov]// Economy of the region. 2017.Vol. 13.No. 1.P. 318-330. DOI: 10.17059 / 2017-1-28
  18. Zakharchuk, E.A., Pasynkov, A.F., Trifonova, P.S. The role of fiscal policy in the formation of financial balances of regions on the example of the Ural Federal District [Rol’ byudzhetno-nalogovoy politiki v formirovanii finansovykh balansov regionov na primere Ural’skogo federal’nogo okruga]// Economy. Taxes. Right. 2020.Vol. 13.No. 1.P. 86-98. DOI: 10.26794 / 1999-849X-2020-13-1-86-98