Региональная экономика и управление: электронный научный журнал // Номер журнала: №2 (62), 2020

Проблемы конвергенции производительности труда по видам экономической деятельности в Российской Федерации и Курской области

Convergence and divergence of labor productivity by type of economic activity in the Russian Federation and Kursk region

Авторы


кандидат экономических наук, доцент, кафедра менеджмента и информационных технологий
Россия, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, Курский филиал
zar.59@mail.ru


Россия, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, Курский филиал
s-kurasova15@yandex.ru

Аннотация

В работе проведены исследования происходящих процессов конвергенции и дивергенции производительности труда по видам экономической деятельности в Российской федерации и Курской области.
Гипотезой исследования явилось предположение, что более высокая производительность труда, отдача на вложенные факторы капитала наблюдается в России не в отраслях глубокой переработки, а в отраслях добычи полезных ископаемых.
В ходе исследования были сделаны выводы об отсутствии конвергенции показателя производительности труда по отраслям, что является препятствием для развития обрабатывающих отраслей, препятствием для переориентации народного хозяйства страны от сырьевой к инновационной модели развития.

Ключевые слова

Российская Федерация, Курская область, валовой внутренний продукт, валовой региональный продукт, вид экономической деятельности, производительность труда, конвергенция, дивергенция, сырьевая модель.

Рекомендуемая ссылка
Зарецкая Вера Григорьевна , Курасова Светлана Евгеньевна
Проблемы конвергенции производительности труда по видам экономической деятельности в Российской Федерации и Курской области// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №2 (62). Номер статьи: 6206. Дата публикации: . Режим доступа: https://eee-region.ru/article/6206/
Authors

Zaretskaya V.G.
PhD in Economics, Associate Professor, Department of Management and Information Technology
Russia, Financial University under the Government of the Russian Federation, Kursk branch
zar.59@mail.ru

Kurasova S.E.
Russia, Financial University under the Government of the Russian Federation, Kursk branch
s-kurasova15@yandex.ru

Abstract

The paper studies the ongoing processes of convergence and divergence of labor productivity by type of economic activity in the Russian Federation and the Kursk region.
The hypothesis of the study was the assumption that higher productivity of labor, return on invested capital factors is observed in Russia not in the sectors of deep processing, but in the sectors of mining.
In the course of the study, conclusions were drawn about the lack of convergence of the labor productivity indicator by industry, which is an obstacle to the development of manufacturing industries, an obstacle to the reorientation of the country's national economy from raw materials to an innovative development model.

Keywords

Russian Federation, Kursk region, gross domestic product, gross regional product, type of economic activity, labor productivity, convergence, divergence, raw material model.

Suggested Citation
Zaretskaya V.G. , Kurasova S.E.
Convergence and divergence of labor productivity by type of economic activity in the Russian Federation and Kursk region. Regional economy and management: electronic scientific journal. №2 (62). Art. #6206. Date issued: 2020-04-29. Available at: https://eee-region.ru/article/6206/

Print Friendly, PDF & Email

Введение

С начала двухтысячных годов актуальной в научных и политических кругах считается тема преодоления сырьевого характера экономики страны, переход на инновационный путь развития. По нашему мнению, сырьевой характер экономики и трудности переориентации связаны с объективными факторами развития, преодоление которых возможно либо большими политическими и административными усилиями, либо при кардинальном изменении условий и цен внешней торговли для России.

Данная статья является продолжением исследования, выполненного одним из авторов в 2012 году [5]. Нам показалось интересным повторить расчеты, которые были проведены 8 лет назад и выявить изменения, произошедшие с того времени, проследить новые тенденции. Поскольку исследование выполнено в феврале-марте 2020 года, показатели по отдельным видам деятельности ограничиваются 2017 годом.

Гипотеза исследования. Мы считаем, что препятствием к внедрению инноваций в Российской Федерации является более низкий уровень производительности труда и, как следствие, рентабельности вложений в отраслях  обрабатывающей промышленности по отношению к отраслям добычи полезных ископаемых. Данное обстоятельство препятствует развитию этих отраслей, делает вложения в эти отрасли заведомо неэффективными, проигрывающими по отношению альтернативной доходности сырьевым отраслям. Таким образом, РФ попадает в сырьевую «ловушку», когда высокие цены на сырье ведут к деиндустриализации экономики и являются препятствием к инновационному развитию высокотехнологичных производств.

Предметом исследования являются показатели производительности труда по отдельным видам экономической деятельности, темпы роста производительности труда, а также процессы их конвергенции или дивергенции.

Производительность труда в стоимостном выражении является важнейшим показателем эффективности любой общественно-полезной деятельности. Повышение производительности труда – приоритетное направление развития экономики. Примерно с начала 70-х годов 20 века прекратилось догоняющее развитие России, уровень производительности труда как составлял, так и составляет в настоящее время 25-30% от передовых стран мира. Это обстоятельство, порожденное энергетическим кризисом, произошедшим 50 лет назад,  мы не смогли преодолеть в успешные по экономическому росту 2000-2008 год. Высокие цены на сырье делали для нас невыгодным вложения в переработку, однако события последнего года могут внести большие коррективы. В то же время, уже с начала 2000-х годов печатается множество научных статей, делаются политические заявления о необходимости переориентации экономики на инновационный путь развития [1,2,3,4,10,12].

С 2019 года осуществляется национальный проект «Производительность труда и поддержка занятости», ключевая цель которого — рост производительности труда на средних и крупных предприятиях базовых несырьевых отраслей экономики [ 8 ].

Вопрос о соотношении эффективности труда и добавленной стоимости по видам экономической деятельности (ВЭД) является актуальным в наше время. О сырьевом характере экономики страны, ее экспорте и путях преодоления сложившейся ситуации говорят уже на протяжении многих лет. Поэтому количественный анализ помогает нам понять характер сырьевой ориентации экономики.

Извлекая высокую добавленную стоимость, мы обеспечиваем экономическую целесообразность отдельных развития видов экономической деятельности. Исследуем, по какой причине экономика России носит сырьевой характер, почему на протяжении 20 лет нам не удается переломить эту ситуацию, переориентировать развитие экономики на отрасли высокой переработки.

 

Результаты исследований

Анализ структуры валовой добавленной стоимости позволяет рассчитать долю регионов сырьевой направленности и оценить разрывы по уровню производительности труда в отдельных секторах экономики по сырьевым и несырьевым регионам. Для того, что бы классифицировать регионы страны, воспользуемся методикой академика А. Гранберга [3] (табл 1). Сгруппируем все регионы по признакам наличия сырьевой модели экономики. Как мы ужу упоминали, в нашем распоряжении есть подобное исследование, которое было проведено по 2010 году. Проведем анализ изменений, если они есть.

 

Таблица 1 — Классификация регионов РФ по сырьевой направленности

Характеристика региона Субъект РФ Доля в суммарном ВРП, % Доля населения РФ, %
группа 1.

Доля добычи полезных ископаемых больше доли обрабатывающих производств

1.    Республика коми,
2.    Архангельская область (в том числе ненецкий автономный округ),
3.     Астраханская область ,
4.    Чеченская Республика,
5.    Республика Татарстан,
6.    Удмуртская Республика,
7.    Оренбургская область,
8.    Тюменская область (в том числе Ханты- мансийский автономный округ),
9.    Иркутская область,
10. Кемеровская область,
11.  Республика Тыва,
12. Республика Хакасия,
13.  Забайкальский край,
14. Томская область,
15. Республика Саха (Якутия),
16. Амурская область,
17. Магаданская область,
18. Сахалинская область,
19. Чукотский автономный округ
26,58% 17,70
группа 2.

Доля добычи полезных ископаемых и сельского хозяйства больше доли обрабатывающих производств

1.       Белгородская область,
2.       Курская область,
3.       Республика Карелия,
4.       Республика коми,
5.       Архангельская,
6.       Мурманская область,
7.        Республика Адыгея
8.         Краснодарский край,
9.       Республика Дагестан,
10.    Чеченская Республика,
11.    Республика Татарстан,
12.    Удмуртская Республика,
13.    Оренбургская область,
14.    Тюменская область
15.    Республика Алтай,
16.    Республика Бурятия,
17.    Республика Тыва,
18.    Республика Хакасия,
19.     Забайкальский край,
20.     Кемеровская область,
21.    Томская область,
22.    Республика Саха (Якутия),
23.    Амурская область,
24.    Магаданская область,
25.     Сахалинская область,
26.     Еврейская автономная область,
27.    Чукотский автономный округ
28.    Астраханская область,
29.    Республика Крым,
30.    Самарская область,
31.    Хабаровский край.
38,05% 36,85
группа 3.

Добыча полезных ископаемых и производство и распределение электричества, газа, воды больше доли обрабатывающих производств

1.      Республика Карелия,
2.      Республика Коми,
3.      Архангельская область (в том числе Ненецкий автономный округ, Мурманская область),
4.      Республика Калмыкия,
5.      Чеченская Республика,
6.      Республика Татарстан,
7.      Удмуртская Республика,
8.      Оренбургская область,
9.      Тюменская область (в том числе Ханты-мансийский автономный округ, Ямало-ненецкий автономный округ),
10.  Республика Тыва
11.   Республика Хакасия
12.   Забайкальский край,
13.   Кемеровская область
14.  Томская область,
15.  Республика Саха (Якутия),
16.  Камчатский край,
17.  Амурская область,
18.  Магаданская область,
19.   Сахалинская область,
20.   Еврейская Автономная область,
21.  Чукотский автономный округ,
22.  Иркутская область,
23.  Мурманская область.
29,15% 22,69

Примечание: рассчитано авторами  на основании данных Росстата URL: https://www.gks.ru/

 

Первая группа регионов это те, где доля добычи полезных ископаемых больше доли обрабатывающих производств.

Как мы видим из таблицы, в первую группу входят 19 регионов РФ, доля в суммарном ВРП на 2018 год составляет 26, 58% (против 21,84% в 2010). В эту группу входят супер сырьевые регионы. Мы видим, что ресурсная направленность в экономике не уменьшилась. Количество субъектов в первой группе увеличилась на один, их доля по населению выросла на 2%, а по доле  в ВВП на 4,74%. Сопоставление доли в ВВП с долей по населению говорит нам о том, насколько производительность труда в этих регионы выше, чем в среднем по стране. И этот разрыв увеличивается.

В группе 2 по методике Гранберга, относятся те субъекты,  доля добычи полезных ископаемых плюс сельское хозяйство (которое также можно расценить как сырьевой сектор экономики) больше доли обрабатывающих производств.  На основе расчетов доля в суммарном ВРП второй группы составила 38, 05% (против 31,5 в 2010 году). Таких регионов насчитывается 31 (в 2010 году35 регионов), доля в ВВП составляет 38,5% в отличии от 31,51% в 2010 году.

Третья группа формируется иным образом.  Теперь мы складываем долю добычи полезных ископаемых с производством и распределением электричества, газа, воды и сравниваем также с  долей обрабатывающих производств. Сделав нужные расчеты, доля в суммарном ВРП 3 группы составила 29, 15 %. (24,86% в 2010), количество таких субъектов сократилось до 23 против 25.

Из проведенного нами исследования становится ясно, что сырьевая направленность экономики за эти годы не изменилась, а скорее даже, усугубилась. Доля ВВП сырьевых регионов в общей массе ВВП выросла по всем трем группам

Несырьевые регионы весьма немногочисленны.  Они преобладают в Центральном федеральном округе. Из 18 субъектов ЦФО РФ к не сырьевым отнесено 13 субъектов. В Северо-Западном федеральном округе к несерьевым отнесено  7 субъектов из 10. Не сырьевых регионов в Южном федеральном округе — 4.  В Приволжском федеральном округе 9 субъектов РФ не сырьевые. В Уральском всего 3 субъекта. В Сибирском округе 4 не сырьевых субъекта.  Признаки несырьевых имеют 40 субъектов РФ из 85.

Как было показано выше, предметом данного исследования являются уровень и темпы роста производительности труда по отдельным видам экономической деятельности. Мы повторяем исследование, выполненных в 2012 году [5] в новых экономических реалиях.

В рамках настоящего исследования нами были выполнены расчеты валовой добавленной стоимости (ВДС) в расчете на одного занятого по РФ и Курской области, рассчитаны темпы роста производительности труда по добавленной стоимости за 12 лет. Мы считаем, что определение ВДС на одного занятого можно считать аналогом показателя производительности труда по чистой продукции, широко применяемого в российской и международной практике.

Источниками информации послужили данные Федеральной службы государственной статистики. Производительность труда, рассчитанная на одного занятого в РФ, представлена в таблице 2.

 

Таблица 2 — Валовая добавленная стоимость в расчете на одного занятого по Российской Федерации, тыс.руб.

Показатель 2005 г. 2006 г. 2007 г. 2008 г. 2009 г. 2010 г. 2011 г. 2014 г 2015г 2017г
Сельское и лесное хозяйство, охота, рыболовство 133 151 198 253 271 281 631 1306 1884 678
Добыча полезных ископаемых 1669 2095 2165 2434 2095 2699 4787 5897 6806 8032
Обрабатывающие производства 270 330 408 529 477 551 787 989 1149 1279
Производство и распределение электроэнергии, газа и воды 311 352 424 489 621 656 978 1144 1197 2159
Строительство 216 269 331 411 428 518 580 752 745 734
Оптовая и розничная торговля, ремонт автотранспортных средств, бытовых изделий 324 407 485 612 534 634 1098 1412 1404 907
Транспорт и связь 304 362 419 497 498 573 856 1029 1124 2693
Финансовая деятельность 506 627 770 954 1038 1134 1146 1422 1696 2777

Примечание: рассчитано авторами на основании данных Росстата URL: https://www.gks.ru/

 

Аналогично сгруппированы показатели и выполнены расчеты по Курской области.

 

Таблица 3 — Валовая добавленная стоимость в расчете на одного занятого по Курской области, тыс. руб.

Показатель  2005 2006 2007 2008 2009 2010 2015 2016 2017
Сельское хозяйство, охота,  лесное хозяйство, рыболовство и рыбоводство 101 118 131 230 209 273 1007 984 727
Добыча полезных ископаемых 1772 1790 2334 3583 1568 3773 2984 2840 1342
Обрабатывающие производства 124 152 219 313 384 462 883 929 550
Производство и распределение электроэнергии, газа и воды 783 786 990 987 1317 1614 1338 1442 2479
Строительство 115 113 162 269 247 270 733 801 372
Оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий 58 89 131 165 148 143 279 327 308
Гостиницы и рестораны 49 66 72 123 155 145 337 408 361
Транспорт и связь 204 280 313 391 363 604 581 602 844
Финансовая деятельность 40 21 23 55 81 76 123 209 132

Примечание: рассчитано авторами на основании данных Росстата URL: https://www.gks.ru/

 

При анализе этих таблиц мы видим, что показатели ВДС  в расчете на одного занятого отличаются по видам экономической деятельности в несколько раз.

Из таблицы 2 и 3 , можно сделать вывод, что обрабатывающие производства и другие виды деятельности существенно уступают добывающим производствам. Аналогично происходит и в других субъектах РФ.

Рассмотрим более подробно показатели производительности труда в Курской области. В таблице  3, мы можем увидеть практически такое же соотношение, показателей как и в РФ. Здесь также производительность труда по добавленной стоимости в добывающей отрасли превышает аналогичные показатели по всем остальным видам деятельности. Производительность труда по Валовой добавленной стоимости в Курской области по виду деятельности «добыча полезных ископаемых» превосходит показатель по виду деятельности «обрабатывающие производства» на 2017 г в 2,3 раза. Для того чтобы узнать, происходит ли постепенное сглаживание в уровнях производительности труда или разрыв нарастает, обратимся к показателям конвергенции или дивергенции.

Конвергенция или дивергенция по ВЭД бывает двух видов. Первое-это (β-конвергенция), тут следует сравнить темпы роста добавленной стоимости (производительности труда) по ВЭД. Если темпы роста с относительно низкой производительностью труда (отрасли – аутсайдеры) опережают темпы роста видов экономической деятельности лидеров, то это говорит о наличии процессов конвергенции и наоборот.

Второй способ, это расчет стандартного отклонения и коэффициента вариации производительности труда по видам экономической деятельности. Данная оценка называется σ-конвергенция. Если стандартное отклонение и коэффициент вариации уменьшаются, то в наличие процессы конвергенции, то есть отличия по видам экономической деятельности постепенно слаживаются, наблюдается процесс снижения различий в уровне производительности труда.

Показатели β  и  σ-конвергенции представлены в таблицах4 и 5.

Как видно из таблицы 4 в процессы конвергенции практически отсутствуют, хотя Российской Федерации дела идут несколько лучше, чем по Курской области. Темп роста производительности труда в обрабатывающих производствах все еще ниже, чем в добывающих (особенно в Курской области). Мы видим, что обрабатывающие производства, ВДС по которым на одного работающего в несколько раз ниже, не могут сократить свое отставание по производительности труда. Разрыв продолжает расти.

 

Таблица 4. Характеристика β-конвергенции (темп роста производительности труда по добавленной стоимости, 2017 г. относительно 2005 г.)

Вид экономической деятельности Курская область Российская Федерация
Сельское хозяйство, охота, лесное хозяйство, рыболовство и рыбоводство 7,18 5,11
Добыча полезных ископаемых 5,08 4,81
Обрабатывающие производства 4,44 4,73
Производство и распределение электроэнергии, газа и воды 3,17 6,95
Строительство 3,23 3,39
Оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования, гостиницы и рестораны 5,34 2,80
Транспорт и связь 7,40 8,87
Финансовая деятельность, операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг 4,14 5,49
Государственное управление и обеспечение военной безопасности; обязательное социальное обеспечение 3,28 4,77
Образование 8,72 5,28
Здравоохранение и предоставление социальных услуг 4,78 5,46
Предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг 3,68 5,66

Примечание: рассчитано авторами на основании данных Росстата URL: https://www.gks.ru/

 

Положительным явлением стало то, что по ВЭД «транспорт и связь» и «Производство и распределение электроэнергии, газа и воды» темпы роста производительности труда ро России выше чем по ВЭД «добыча полезных ископаемых».

 

Таблица 5 — Стандартное отклонение и коэффициент вариации производительности труда (расчет по добавленной стоимости на одного работающего по ВЭД, σ-конвергенция)

Показатель 2005 г. 2006 г. 2007 г. 2008 г. 2009 г. 2010 г. 2015г. 2017г.
Курская область
Стандартное отклонение 455,91 454,59 591,32 881,71 440,94 955,35 698,29 630,03
коэффициент вариации 1,72 1,53 1,60 1,75 1,11 1,57 0,92 0,89
Российская Федерация
Стандартное отклонение 411,52 517,97 528,60 592,13 506,89 659,11 1655,68 2022,50
коэффициент вариации 1,156 1,180 1,055 0,995 0,869 0,975 1,086 1,099

Примечание: рассчитано авторами на основании данных Росстата URL: https://www.gks.ru/

 

Интересно рассмотреть показатели σ-конвергенции, которые представлены в табл. 5. Коэффициент вариации показывает, насколько неоднороден показатель производительности труда по видам экономической деятельности.

Стандартное отклонение по Курской области гораздо ниже чем по России, то есть показатель более однороден. К тому же коэффициент вариации в РФ снизился за 12 лет в только 1,05, в Курской области в 2 раза, это говорит о том, что в Курской области процессы конвергенции идут более интенсивно, чем в России.

Представленные в Курской области виды деятельности распределены более равномерно по уровню добавленной стоимости на одного работающего, мы в некотором смысле видим противоречия данных по β- и σ-конвергенции.

Показатель σ-конвергенции носит более «комплексный» характер. Он показывает не темп роста в отдельной отрасли, а состояние процесса в целом. Темпы роста в отдельных ВЭД могут сильно различаться, но комплексная динамика процесса зависит также от доли отдельной отрасли в региональной экономики. Например, темп роста производительности труда в сельском хозяйстве Курской области был достаточно большим, доля его увеличилась, и это отразилось на уровне стандартного отклонения производительности труда. Также к уменьшению коэффициента вариации привело отставание темпов роста производительности труда по добыче полезных ископаемых в Курской области от средних по стране.

 

Выводы

Таким образом, проведенный в рамках настоящего исследования процесс позволил сделать нам следующие выводы.

  1. Процесс конвергенции производительности труда, который достаточно четко прослеживался в 2000-2008 годах, в настоящее время не наблюдается.
  2. Доля ВВП, производимая в сырьевых регионах РФ, увеличилась.
  3. Показатели β-конвергенции свидетельствует, что темп роста производительности труда по добывающей ВЭД несколько выше, чем по обрабатывающей. Этот разрыв незначителен, чем не менее он устойчив, дивергенция продолжается. Такие ВЭД, как транспортная, а также производство электричества, газа и воды, обогнали в темпах роста производительности труда добывающую ВЭД, то есть по этим отраслям конвергенция идет.
  4. В целом, с учетом всех шестнадцати ВЭД идет сглаживание в отличиях по уровню производительности труда, то есть наблюдается процесс σ-конвергенции. Он объясняется ростом производительности труда по сельскому хозяйству, а также по ВЭД, представляющим услуги.

По нашему мнению конвергенционные процессы производительности труда в Российской Федерации идут, что отражается в существенном падении коэффициента вариации производительности труда по ВЭД в регионах и РФ. В отраслевом аспекте она затрагивает далеко не все виды деятельности, продолжает наблюдаться так называемый «голландский синдром». Производительность труда в обрабатывающих производствах все еще существенно ниже, чем в добывающих отраслях и разрыв этот не сокращается.

Отрасли с сырьевой направленностью более привлекательны для инвестора, поскольку демонстрируют более высокую отдачу на факторы производства, в частности на человеческий капитал. А поскольку туда идут большие  объемы инвестиций, мы попадаем в замкнутый круг воспроизводства сырьевой экономики.

В момент написания данной работы мировая экономика вошла в очередную зону турбулентности. Сочетание неблагоприятных экономических условий и пандемии коронавируса отразилось не только на всех мировых фондовых площадках, но и на цене на углеводороды, и как следствие на достаточно резком падении рубля. Если в стабильном состоянии, выравнивание экономических условий для отдельных видов деятельности требовало большой политической воли, существенного налогового вмешательства, то современные условия могут существенно упростить проблему.  Падение курса рубля и цен на углеводороды сблизит условия для различных видов деятельности по извлечению добавленной стоимости на фактор производства, в том числе и производительность труда. Конкурентоспособность отечественных промышленных товаров повысится. От нас зависит, сможем ли мы воспользоваться этим шансом, направить инвестиции на развитие обрабатывающих отраслей, начать внедрение инноваций не в добывающие отрасли, а в отрасли промышленности.

 

Список использованных источников

  1. Агеева С. Д. Неравенство в ресурсных экономиках федеративного типа. //Регион: экономика и социология. – 2013. – №. 2. – С. 66-88.
  2. Виолин С. И. Типологизация регионов как основа для проведения дифференцированной государственной региональной политики //Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. – 2018. – №. 2018-54.
  3. Гранберг А. Есть ли будущее у сырьевых регионов России. VІ Международная кондратьевская конференция «Есть ли у России несырьевое будущее?». Доклады и выступления участников конференции. М.: Институт экономики РАН. 2008. 505 с.
  4. Гринберг Р.C. Есть ли несырьевое будущее у России? // Вестник Института экономики РАН. 2008. №1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/est-li-nesyrievoe-buduschee-u-rossii-1 (дата обращения: 19.04.2020).
  5. Зарецкая В.Г. , Дремова Л.А., Осиневич Л.М. Отраслевая конвергенция производительности труда как залог восприимчивости экономики РФ к инновациям. // Региональная экономика: теория и практика. 2013. № 33. С. 38-44.
  6. Официальный сайт Федеральной службы государственной статистики (Росстат). URL: http://www.gks.ru.
  7. Официальный сайт территориального органа Государственной статистики по Курской области: URL: http://www.kurkstat.gks.ru.
  8. Паспорт национального проекта «Производительность труда и поддержка занятости»http://government.ru/info/35567/,
  9. Показатели методы измерения производительности труда [Электронный ресурс]. Режим доступа:URL: https://studopedia.ru/19_310560_pokazateliimetodiizmereniyaproizvoditelnostitruda.html
  10. Полтерович В., Попов В., Тонис А. Механизмы «ресурсного проклятия» и экономическая политика //Вопросы экономики. – 2007. – Т. 6. – С. 4-27.
  11. Понятие производительности труда [Электронный ресурс]. Режим доступа:URL:  https://www.syl.ru/article/389934/proizvoditelnost—eto-ponyatie-i-pokazateli-proizvoditelnosti-truda
  12. Руцкий В. Н., Пыжев И. С. Институциональные проблемы и перспективы развития инновационного предпринимательства в ресурсной экономике //Journal of Institutional Studies (Журнал институциональных исследований). – 2015. – Т. 7. – №. 4.

 

References

  1. Ageeva S. D. Inequality in the resource economies of the federal type [Neravenstvo v resursnykh ekonomikakh federativnogo tipa] // Region: economics and sociology. — 2013. — No. 2. — S. 66-88.
  2. Violin S. I. Typologization of regions as the basis for a differentiated state regional policy [Tipologizatsiya regionov kak osnova dlya provedeniya differentsirovannoy gosudarstvennoy regionalnoy politiki ] // Regional Economics and Management: electronic scientific journal. — 2018. — No. 2018-54.
  3. Granberg A. Is there a future for the commodity regions of Russia [Est li budushcheye u syryevykh regionov Rossii]. VI International Kondratyev Conference «Does Russia have a non-resource future?» Reports and speeches of the conference participants. M .: Institute of Economics, RAS. 2008.505 p.
  4. Greenberg R. Does Russia have a non-resource future? [Est li nesyryevoye budushcheye u Rossii?] // Bulletin of the Institute of Economics, RAS. 2008. No. 1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/est-li-nesyrievoe-buduschee-u-rossii-1 (accessed: 04/19/2020).
  5. Zaretskaya V.G. , Dremova L.A., Osinevich L.M. Industry convergence of labor productivity as a guarantee of the susceptibility of the Russian economy to innovation. [Otraslevaya konvergentsiya proizvoditelnosti truda kak zalog vospriimchivosti ekonomiki RF k innovatsiyam] //Regional economics: theory and practice. 2013. No. 33. S. 38-44.
  6. The official website of the Federal State Statistics Service (Rosstat). URL: http://www.gks.ru.
  7. The official website of the territorial body of State statistics for the Kursk region: URL: http://www.kurkstat.gks.ru.
  8. Passport of the national project “Labor productivity and support for employment” [Pasport natsionalnogo proyekta «Proizvoditelnost truda i podderzhka zanyatosti»] http://government.ru/info/35567/,
  9. Polterovich V., Popov V., Tonis A. Mechanisms of the “resource curse” and economic policy [Mekhanizmy «resursnogo proklyatiya» i ekonomicheskaya politika] // Issues of Economics. — 2007. — T. 6. — S. 4-27.
  10. The concept of labor productivity [Ponyatiye proizvoditelnosti truda], [Electronic resource]. Access mode: URL: https://www.syl.ru/article/389934/proizvoditelnost—eto-ponyatie-i-pokazateli-proizvoditelnosti-truda
  11. Rutsky V.N., Pyzhev I.S. Institutional problems and prospects for the development of innovative entrepreneurship in a resource economy [Institutsionalnyye problemy i perspektivy razvitiya innovatsionnogo predprinimatelstva v resursnoy ekonomike] // Journal of Institutional Studies (Journal of Institutional Studies). — 2015. — T. 7. — No. 4.

Отраслевая экономика, Экономика труда