В условиях нарастания глобальной турбулентности, нарушения цепочек создания стоимости, санкционного давления на российскую экономику и других вызовов современности необходим особый подход к стратегическому управлению инновационными производственными экосистемами регионов. Он предполагает концентрацию управления на нивелировании рисков и усилении экономической резильентности, рассматриваемой как способность экосистем адаптироваться к воздействию перманентных шоков, сохраняя при этом устойчивость и трансформируя вызовы в возможности долгосрочного роста на основе инновационных решений. Целью статьи является декомпозиция методов стратегического управления инновационной производственной экосистемой региона с учетом фактора экономической резильентности. Детализированы инструменты управления, соотносимые с рассматриваемыми методами. Автор выделяет в отдельную группу методы усиления экономической резильентности, так как особое внимание к ним со стороны якорных участников экосистемы способствует ее «выживаемости» в периоды воздействия шоков. Отмечено, что при стратегировании инновационного развития российских регионов такой подход нацелен на поддержание баланса между стимулированием инновационной активности и обеспечением экономической безопасности. Для отдельных компаний проработка проблематики резильентности, ассоциированной с шоками, позволяет сформировать превентивные меры в интересах обеспечения непрерывности инновационных циклов, сохранения конкурентоспособности на национальном и международном рынках.

стратегическое управление, экономическая резильентность, инновационная производственная экосистема региона.

Статья подготовлена по теме НИР 2024-2026 гг. «Методология формирования и развития инновационных производственных экосистем регионов в условиях цифровой трансформации экономики» (№ гос. рег. 0327-2024-0022).

In the face of increasing global turbulence, disruptions to value chains, sanctions pressure on the Russian economy, and other contemporary challenges, a special approach to the strategic management of regional innovative production ecosystems is needed. This approach focuses management on mitigating risks and strengthening economic resilience, defined as the ability of ecosystems to adapt to the impact of permanent shocks while maintaining stability and transforming challenges into opportunities for long-term growth based on innovative solutions. The aim of this article is to decompose strategic management methods for regional innovative production ecosystems, taking into account the economic resilience factor. Management tools related to these methods are detailed. The author identifies methods for enhancing economic resilience as a separate group, as special attention to them by anchor ecosystem participants contributes to the ecosystem’s «survival» during periods of shock. It is noted that when strategizing the innovative development of Russian regions, this approach aims to maintain a balance between stimulating innovation and ensuring economic security. For individual companies, addressing the issue of resilience associated with shocks allows them to formulate preventative measures to ensure the continuity of innovation cycles and maintain competitiveness in national and international markets.

strategic management, economic resilience, innovative production ecosystem of the region.

The article was prepared on the topic of research and development for 2024-2026: “Methodology for the formation and development of innovative production ecosystems in regions in the context of digital transformation of the economy” (state registration number 0327-2024-0022).

Введение

Текущие геополитические, экономические и технологические вызовы, а также процессы структурной и цифровой трансформации национальной экономики предопределяют ключевую роль инновационной парадигмы при переходе России к модели опережающего развития на основе собственных разработок. Региональный уровень проблематики достижения технологического лидерства опосредовано связан с развитием инновационных производственных экосистем регионов (ИПЭР), представляющих собой совокупность локализованных генераторов и репликаторов инновационной деятельности, а также секторальных институтов (в совокупности – акторы ИПЭР), взаимодействующих в процессе трансформации знаний в новые материалы, продукты, технологические процессы на основе коэволюции и синергии [13].

В условиях нестабильности повышение эффективности стратегического управления ИПЭР опосредует формирование экономической резильентности, фундаментальные принципы которой были заложены во второй половине прошлого века. Дефиниция «резильентность» имеет моносемантичное значение, в других науках (психология, экология, социология, физика), рассматривается как способность систем, групп, индивидов, материалов к поддержанию устойчивости, восстановлению и адаптации после воздействия шоков. В границах системного и экосистемного подходов концептуализацию экономической резильентности на первоначальном этапе проводили зарубежные авторы: Р. Мартин, П. Сунли [18, 19], С. Дэвис [16], Р. Тинч [20], С. Лагард [17] и др. В ряду российских ученых, продолжающих исследования по данному направлению в настоящее время, особо следует выделить работы Н.В. Смородинской [11], В.В. Акбердиной [1], О.А. Романовой [10], Ю.Г. Мысляковой [7], А.И. Сутыгиной [12], И.В. Никулиной [8] и др.

На уровне регионов методология стратегического управления ИПЭР, учитывающая фактор экономической резильентности, представляет собой комплексный подход, направленный на защиту и маневренность экосистем, создание адаптивной среды эффективного взаимодействия региональных акторов в интересах реализации всех стадий инновационного цикла. Такой подход интегрирует методы и инструментарий управления, применяемые ключевыми акторами – оркестраторами экосистем (профильная государственная структура, якорная технологическая компания, региональный оператор) в целях адаптации к шокам и кризисам без потери ИПЭР их целостности и функционала. Формирование адаптивной среды ИПЭР позволяет экосистемам преодолевать шоки (геополитические изменения, санкционные режимы, структурные и технологические сдвиги, экономические кризисы, нарушение логистических коридоров, пандемия и др.), и далее – трансформировать вызовы в новые возможности развития.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью повышения устойчивости инновационных экосистем регионов России к условиям глобальной нестабильности. Стратегическое управление, учитывающее фактор резильентности, позволит ИПЭР успешно встроиться в тренды цифровизации и платформизации, развивать производственные цепочки на базе отечественных технологических решений, повышая производительность и региональную конкурентоспособность, формировать диверсифицированную экономику, способную выдерживать вызовы современности.

Целью исследования является декомпозиция методов стратегического управления инновационными производственными экосистемами регионов в контексте экономической резильентности с детализацией конкретных инструментов управления.

Комплекс общенаучных методов исследования включает: аналитический, логический, обобщение, функциональную декомпозицию, графическую визуализацию данных.

Результаты исследований

Рассматривая достижение экономической резильентности как одну из ключевых целей стратегического управления ИПЭР, следует отметить, что соответствующие методы и инструменты в системе управления выстраиваются по типу иерархии. Методы определяют общие подходы и принципы управления, а инструменты представляют собой конкретные средства с помощью которых происходит трансформация экосистем. При этом динамический функционал ИПЭР поддерживается через механизмы управления. Инструменты и механизмы соотносятся как средства реализации и комплексная система приведения данных средств в действие. В ситуации, когда ИПЭР испытывает воздействие шока, оркестратору необходимо обеспечить сквозное взаимодействие: подключать необходимые методы по направлениям уязвимостей экосистемы, использовать соответствующие кризисной ситуации инструменты управления для смягчения шоковой нагрузки. В процессе этого также активируются механизмы, при помощи которых обеспечивается ускоренная сборка новых цепочек создания стоимости [3, 14].

Выделяют следующие группы методов стратегического управления:

1. Нормативно-правовые – формируют регламент функционирования ИПЭР: федеральное и региональное законодательство, в том числе преференциальные и экспериментальные правовые режимы («регуляторные песочницы»); законодательная реализация защиты прав интеллектуальной собственности и финансирования НИОКР, социальной ответственности и др. Инструментарий в рамках данной группы методов должен быть ориентирован, помимо прочего, на формирование правового базиса, обеспечивающего функции защиты и адаптации акторов к возможным шокам. К инструментам федерального уровня относятся указы Президента РФ, федеральные законы, стратегические документы по развитию отраслей и сфер деятельности. На региональном уровне это законы, стратегии и программы, разработанные управляющими системами субъектов РФ.

Для поддержки экономической резильентности документы стратегического планирования должны быть проработаны с учетом диверсификации экономики в интересах нивелирования зависимости от конъюнктуры отдельных отраслей, развития сквозных технологий (искусственного интеллекта, больших данных, робототехники, сенсорики, беспроводной связи и др.), способствующих быстрой «перепрошивке» производственных, логистических и иных процессов под ситуативные запросы, а также поддержку технологического предпринимательства, способного инициировать уникальные продукты и знания. На региональном уровне особое значение придается дифференцированному подходу, позволяющему учитывать специфику территорий, включая: уровень социально-экономического развития, пространственные особенности, научно-технологический, кадровый, инновационный потенциал. Это позволяет прицельно адаптировать национальные стратегические цели к региональным особенностям.

В условиях сохранения существенного уровня дифференциации регионов РФ по уровню социально-экономического и инновационного развития, а также отсутствия унификации в нормативно-правовом обеспечении инновационной деятельности, приоритетной остается регулярность методического обеспечения федерального уровня (рекомендации Минэкономразвития РФ по созданию инновационной инфраструктуры, оценке инновационного потенциала и рейтинговому ранжированию). Для регионов, характеризующихся низким уровнем социально-экономического развития, разработаны индивидуальные программы развития (ИПР). На их реализацию в 10-ти российских регионах Правительством РФ будет направлено 60 млрд руб. до 2030 года. Реализация ИПР началась в 2025 г. с принятия нормативной базы и запуска конкурсных процедур [6].

В целях повышения эффективности управления инновационным развитием необходима концентрация соответствующих полномочий в одном региональном ведомстве, формирующем стратегическую повестку ИПЭР и инициирующем нормативно-правовое обеспечение по созданию сбалансированной среды для генераторов инноваций.

Цифровая трансформация также обуславливает совершенствование сферы правового регулирования в части установления правил обмена данными и их защиты, использования  цифровых технологий, безопасности инфраструктуры, создания региональных цифровых платформ (в том числе государственных информационных систем – ГИС), используемых для взаимодействия инновационных акторов. В данном направлении актуальным является техническое регулирование: стандартизация протоколов обмена данными отдельных платформ в контурах экосистемы.

2. Институциональные методы – направлены на создание структур, функционал которых поддерживает коллаборационное взаимодействие акторов ИПЭР. Методы также обуславливают развитие государственно-частного партнерства (ГЧП) и снижение административных барьеров для инноваторов.

Инициация управляющей системой региональных институтов развития (агентств, корпораций, фондов, проектных офисов, центров технологического трансфера) позволяет:

• привлекать для ИПЭР средства федеральных институтов развития, а также предоставлять акторам региональные гранты и субсидии;
• развивать производственно-технологическую инфраструктуру для содействия акторам на различных стадиях инновационного цикла;
• оказывать экспертную поддержку (специализированные советы в региональных органах государственной власти, в составе которых эксперты с практическим опытом НИОКР, управления и бизнеса; дискуссионные площадки; региональные акселераторы).

Применительно к стратегическому управлению ИПЭР следует также отметить регламентацию кластерных инициатив в интересах связанности науки и реального сектора экономики. Она способствует закреплению «умной специализации», предусматривающей сосредоточение инновационного потенциала на наиболее конкурентоспособных, технологически развитых секторах экономики. Институциональный аспект предопределяет нормы и механизмы, регулирующие взаимодействие участников региональных инновационных кластеров, их соотносимость с акторами ИПЭР. Реализация программ развития кластеров, интегрированных в общерегиональные стратегии, предусматривает создание управляющих компаний и центров кластерного развития. При этом в современных условиях необходим учет адаптации классической модели кластерной структуры к цифровой трансформации и платформизации.

На формирование устойчивой системы формальных и неформальных правил взаимодействия государственного сектора и остальных акторов ИПЭР направлено ГЧП, объединяющее ресурсы инновационного развития, что особенно актуально в сфере масштабных долгосрочных капиталоемких проектов. ГЧП реализуется в различных форматах: концессионные соглашения, совместные предприятия, соглашения о государственном и муниципальном частном партнерстве, государственная контрактация. Механизм ГЧП позволяет ИПЭР распределять риски в инновационном цикле (инфраструктурные, технологические, регуляторные, операционные), снижая финансовую нагрузку отдельных акторов. Стабильность, отождествляемая с государственным участием в контрактах, формирует потенциал устойчивости региональных инновационных процессов. Формат ГЧП привлекает инвесторов в региональные проекты даже в условиях экономической нестабильности, напрямую усиливая ее резильентность.

Снижение административных барьеров в части устранения зарегулированности (упрощение процедур регистрации, лицензирования и контроля; устранение норм, сдерживающих коммерциализацию инноваций; совершенствование контрактации в сфере государственных закупок для стимулирования новейших технологий и др.) выступает «якорем резильентности» [15]. Разработка и внедрение региональных стандартов управления инновациями непосредственным образом направлены на развитие ИПЭР.

3. Инфраструктурные методы – формирование производственно-технологической, финансовой, научно-образовательной, кадровой и цифровой инфраструктуры, формирующей среду взаимодействия акторов инновационного цикла.

Производственно-технологическая инфраструктура направлена на технологический трансфер, развитие и коммерциализацию инноваций. К ней относятся специализированные площадки, обеспечивающие сопровождение инновационных проектов: индустриальные парки, технопарки, бизнес-инкубаторы, лаборатории, центры прототипирования, сертификации и стандартизации, инжиниринговые и учебно-деловые центры, коворкинги.

Аккумуляция инвестиционных ресурсов и организация системы финансового обеспечения проектов ИПЭР происходит за счет финансовой инфраструктуры. Ее элементами являются государственное и венчурное финансирование, банковский сектор, региональные фонды поддержки предпринимательства, бизнес-ангелы и частные инвесторы. Уровень развития финансовой инфраструктуры в регионе выступает критическим фактором роста так как через ее механизмы реализуется переход от научно-технических идей к коммерциализации и масштабированию проектов [9, 2].

На базе научно-образовательной инфраструктуры, включающей исследовательские институты, научные центры и университеты, проводятся НИОКР и готовятся кадры под запросы инновационно-ориентированной экономики. Фактор экономической резильентности предопределяет необходимость соответствующей адаптации образовательных программ. Так, особое значение придается сектору STEM-образования, объединяющего науку, технологии, инженерию и математику, а также вектору междисциплинарных компетенций, формирующих навыки работы на стыке нескольких технологий или сфер деятельности (инноватика, экономика, управление и др.).

Цифровая трансформация связана со сквозными цифровыми компетенциями в сферах искусственного интеллекта, аналитики больших данных, автоматизации, цифрового маркетинга, информационной безопасности, инструментария цифровых коммуникаций. Кроме того, поскольку работа в цифровой среде становится все более сегметированной (дистанционный, гибридный форматы), для современных специалистов значимыми являются так называемые «мягкие навыки»: экосистемное и критическое мышление, креативность, адаптивность и коммуникативность, эмоциональный интеллект, самообразование.

Кадровая инфраструктура ИПЭР представляет собой систему подготовки, развития и удержания специалистов, задействованных в инновационной деятельности. Она включает программы профессиональной переподготовки и повышения квалификации, системы мотивации и стимулирования, механизмы интеграции акторов. Для формирования потенциала резильентности важное значение приобретают: системы непрерывного образования, программы опережающей профессиональной подготовки школьников, совместные практико-ориентированные программы университетов и организаций реального сектора экономики, программы наставничества, цифровые образовательные платформы под актуальные запросы экономики. В условиях нарастания конкуренции за кадровые ресурсы и оттока квалифицированных специалистов в регионы с более развитой инфраструктурой, удержание кадров в ИПЭР является одной из основных задач оркестраторов экосистем. В данном аспекте необходима реализация программ стимулирования, мер поддержки молодых специалистов, технологического предпринимательства, включая: социальные гарантии, грантовые программы, льготное жилье, гибкую занятость, программы лояльности и др.

Цифровая инфраструктура, как технологическая основа взаимодействия акторов ИПЭР – это совокупность высокоскоростных цифровых сетей, региональных ГИС, цифровых платформ и экосистем, облачных сервисов, центров обработки данных. В методологии стратегического управления цифровую инфраструктуру целесообразно рассматривать как инструмент, усиливающий экономическую резильентность ИПЭР за счет автоматизации процессов, вариативности бизнес-моделей, увеличения скорости обработки информации, обеспечения гибкости управленческих подходов и повышения их качественных характеристик. Таким образом, формируется устойчивость к шокам поскольку цифровизация и платформизация, с одной стороны, обеспечивают непрерывность бизнес-процессов даже в нестабильных кризисных условиях, с другой – способствуют сокращению периодов восстановления после шоков.

Разработка собственного технологического стека (инструменты, фреймворки, базы данных) на уровне региона нацелена на обеспечение независимости ИПЭР от внешних вендоров и сторонних технологий, адаптацию под специфику задач. Это в целом снижает риски утечки информации, обеспечивая высокий уровень контроля цифровой инфраструктуры в регионе.

4. Фискальные методы способствуют регуляции экономической мотивации и стимулированию акторов ИПЭР в части снижения издержек компаний, нагрузки на фонд оплаты труда, обеспечения «подушки безопасности» в условиях рыночной волатильности и быстроразвивающихся инновационных сред.

В части инструментария фискальных методов следует выделить прямое государственное антикризисное субсидирование акторов ИПЭР за счет средств бюджетов с целью поддержания непрерывности инновационных циклов и сохранения высокотехнологичных производств. Формы субсидирования могут быть различными: на реализацию пилотных технологических проектов, инвестиционных проектов инновационных кластеров, на технологический трансфер (субсидирование затрат на НИОКР, изготовление опытных образцов, коммерциализацию технологий), специальные инвестиционные контракты (СПИК 2.0) для технологических компаний. Критериями субсидирования, как правило, выступают: готовые к реализации региональные государственные программы развития, долевое региональное софинансирование проектов, конкурсные процедуры, соответствие акторов ИПЭР определенному статусу (технологическая компания, участник промышленного кластера, включение компании в реестр Минпромторга РФ, отсутствие задолженностей и др.).

Следующим инструментом в группе фискальных методов являются налоговые льготы. Налоговый кодекс РФ (пп.16, п. 3., ст. 149) предусматривает освобождение от НДС выполнение компаниями НИОКР и технологических работ, относящихся к созданию либо усовершенствованию продукции и технологий. В настоящее время регионы РФ имеют право устанавливать для инновационных компаний пониженную ставку налога на прибыль. Также предусмотрено обнуление ставки имущественного налога, если имущество используется при проведении НИОКР в приоритетных отраслях экономики или для реализации капиталоемких инвестиционных проектов. Налоговая нагрузка снижается для компаний, получивших право применять к норме амортизации специальный коэффициент в отношении оборудования, также используемого при проведении НИОКР.

Для вновь зарегистрированных инновационных компаний применяется временный безналоговый период, что позволяет максимально сконцентрировать имеющиеся ресурсы на развитии. Инвестиционный налоговый вычет предусмотрен в совокупности не более 90 % суммы расходов на НИОКР. Для резидентов особых экономических зон и территорий опережающего развития разработан комплекс налоговых преференций. С 2026 года введена их привязка к реальным инвестициям в НИОКР и капитальные вложения. Для венчурных инвесторов и бизнес-ангелов в технологическом секторе также предусмотрены налоговые преференции: освобождение от НДФЛ при долгосрочном владении акциями, инвестиционные налоговые вычеты, льготы по налогу на прибыль и др.

Грантовые программы регионов являются механизмом финансирования инновационных проектов и направлены на стимулирование активности стартапов, сектора малых и средних предприятий, молодых ученых. Они позволяют прицельно распределять средства по ключевым направлениям, идентифицировать проекты с потенциалом рыночного масштабирования, а также учитывать специфику территориальных научных, производственных, технологических возможностей. Посредством совместных грантовых программ поддерживается взаимодействие акторов ИПЭР, укрепляется интеллектуальный капитал регионов.

К группе фискальных методов относится также инструментарий гарантированного спроса на инновации, реализуемый посредством государственных и муниципальных закупок. Такой подход законодательно закреплен в Федеральном законе 44-ФЗ от 05.04.2013 г. «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (офсетные контракты, контракты жизненного цикла, закупки инновационной продукции), а также в Федеральном законе 223-ФЗ от 18.07.2011 г. «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», регулирующем закупки госкорпораций, естественных монополий и компаний с государственным участием». С 2022 года инвестиционный минимум по офсетным контрактам снижен с 1 млрд до 100 млн рублей. С 2024 года долгосрочные соглашения со встречными обязательствами инвесторов и государства позволяют консолидировать потребности нескольких региональных заказчиков, действует механизм межрегиональных офсетных контрактов.

Закупки стимулируют акторов ИПЭР к разработке инновационной продукции в сферах неустойчивого рыночного спроса, делая рынок сбыта более предсказуемым. В слаборазвитых регионах роль государства как заказчика особенно важна, так как поддержка высокотехнологичных производств может выступать катализатором экономического развития [5]. Механизм государственной контрактации строго регламентирован и предполагает прохождение тендеров. Гарантированный спрос на инновации снижает риски технологических компаний, повышает уверенность инвесторов в финансировании проектов на разных стадиях инновационного цикла, опосредованно подтверждает зрелость технологии.

Государственные закупки позволяют оркестратору «перенастроить» экосистему на создание реально востребованных товаров. Это особенно актуально в ситуации, когда грантовые проекты регионов заканчиваются сразу же после завершения финансирования, демонстрируя свою дальнейшую бесперспективность.

5. Методы усиления экономической резильентности направлены на формирование защитно-адаптивных способностей ИПЭР к шокам, обеспечивая для экосистемы организационную гибкость, связанность, сетевую открытость и ресурсную избыточность. Базовым инструментом данной группы методов является разработка стратегической архитектуры ИПЭР, которая позволяет оркестратору экосистемы на начальном этапе выявить уникальные технологические компетенции региона и целенаправленно сконцентрировать потенциал и ресурсы на перспективных направлениях развития. Конфигурационное проектирование архитектуры ИПЭР должно предусматривать уникальность ресурсного потенциала и связей в отдельных экосистемах, при этом избегать слепого копирования универсальных моделей. Архитектура включает ядро – оркестратора, инновационных акторов (предприятия, исследовательские организации, образовательные учреждения, институты развития, органы региональной государственной власти), каналы их взаимодействия, технологические ниши, а также инфраструктурный и сервисный контуры экосистемы.

Для поддержки резильентности ИПЭР необходимо проектировать несколько технологических ниш, обеспечивая тем самым экосистемное разнообразие для того, чтобы кризис отдельной ниши не был губительным для всей экономики региона. Ориентация на вовлечение новых акторов ИПЭР снижает зависимость экосистемы от рыночной конъюнктуры отдельного направления или технологического лидера. Каналы поставок и технологические решения должны учитывать фактор необходимой избыточности и плотности связей акторов для оперативной перенастройки экосистемы в условиях воздействия шоков. Глубину проработки обеспечит проектирование архитектуры под разные типы шоков. Кроме того, архитектура ИПЭР должна предусматривать цифровой переход, т.е. проектный комплекс инструментов цифровой трансформации, включающий цифровые платформы, аналитические системы, перечень технологий, цифровые двойники и др.

Регулярная диагностика рисков и анализ уязвимостей ИПЭР также нацелены на усиление экономической резильентности. Это позволяет выявлять возможные проблемы компетенций и связей акторов, недостаточный уровень инновационной активности и финансирования, неоптимальное инфраструктурное обеспечение экосистемы, риски в сфере регионального управления, а также эндогенные риски. Для анализа используют: SWOT-анализ, PEST-анализ, резильенс-диагностику, метод четырех карт, статистические методы и экспертные оценки, анализ динамики макроэкономических, отраслевых и региональных показателей. Функционал оркестрации в части выявления, оценки рисков и уязвимостей направлен, главным образом, на последующую разработку мероприятий по их нивелированию.

Следующим инструментом является технологический аудит, который также следует рассматривать как процесс, интегрированный в стратегическое управление ИПЭР. Аудит направлен на объективную оценку технологического потенциала региона и определение реальной способности акторов ИПЭР к генерации, внедрению и масштабированию инноваций. Информационная база, формируемая в результате регулярного технологического аудита, позволяет формировать эффективную региональную инновационную политику.

Программно-индикативное планирование представляет собой гибридный подход в управлении ИПЭР, сочетающие элементы целевого программирования и определения индикаторов выполнения программ. Целевые программы могут быть ориентированы на создание или развитие инновационной инфраструктуры, поддержку технологического предпринимательства, кадровое обеспечение. В рамках подхода зачастую реализуются пилотные проекты, в процессе реализации которых происходит сбор данных по индикаторам, формируются дашборды и открытая отчетность. На основании информационной динамики программы подвергаются корректировке в целях концентрации ресурсов на точках роста.

В горизонте долгосрочного планирования (10-30 лет) используется инструментарий регионального форсайта. Это методика долгосрочного прогнозирования, направленная на выявление стратегически важных направлений НИОКР, технологий, инновационных ниш, способных оказать влияние на социально-экономическое развитие региона, усилить его конкурентные преимущества и экономическую резильентность.

В рамках регионального форсайта оркестратор использует: кластерный анализ, анкетирование, сценарное прогнозирование, экспертный метод Дельфи, бенчмаркинг и др. В проектные группы форсайта включаются все акторы ИПЭР. Таким образом происходит синхронизация интересов участников инновационной деятельности на основе сетевого взаимодействия. По результатам работы формируются дорожные карты, содержащие полную информацию по мероприятиям, срокам реализации и ответственным исполнителям. Также на основании результатов разрабатываются региональные инновационные стратегии. Инструментарий регионального форсайта предусматривает оперативную корректировку стратегических установок в соответствии с текущими вызовами и технологическими трендами. Выступая инструментом проактивного управления, форсайт повышает адаптивные характеристики региональных и отраслевых ИПЭР.

Стимулирование горизонтальных и вертикальных связей в инновационных экосистемах рассматривается как инструмент преодоления «инновационного парадокса» и увеличения скорости технологического трансфера. Управление сферой горизонтальных связей ИПЭР способствует формированию доверия в партнерствах равных акторов, обмену знаниями, концентрации на совместном решении сложных задач. Вертикальные связи выстраиваются по цепочке инновационного цикла (НИОКР-производство-коммерциализация инноваций) и способствуют повышению скорости практического внедрения инновационных решений.

Особая роль в поддержке экономической резильентности ИПЭР отведена межрегиональному сотрудничеству. Соглашения между акторами ИПЭР различных регионов направлены на формирование потоков обмена ресурсами и достижение общих интересов. Формат сотрудничества достаточно широк: межрегиональные консорциумы и кластеры, инфраструктурные проекты, ассоциации экономического взаимодействия, совместные программы социально-экономического развития, обмен передовым опытом в сфере производства инновационной продукции, сотрудничество на цифровых платформах и в экосистемах.

Международное сотрудничество ИПЭР расширяет горизонты внешних взаимодействий акторов и рассматривается как инструмент реализации национальных интересов, т.к. трансформирует локальные конкурентные преимущества в глобальные [4]. В рамках сотрудничества реализуется концепция открытых инноваций, проводятся совместные исследования, региональные компании получают выход на новые рынки, иностранный венчурный капитал привлекается для поддержки стартапов. Стандарты качества, характерные для международных рынков, способствуют как расширению многообразия управленческих стратегий, так и повышению качества продукции региональных акторов. Участие в международных проектах встраивает акторов ИПЭР в глобальные цепочки создания стоимости и, следовательно, интегрирует региональные экосистемы в глобальную инновационную экономику.

Создание страховых фондов инновационных акторов ИПЭР позволяет оркестратору нивелировать высокие инновационные риски и трансформировать их в управляемые параметры. В условиях перманетных шоков функционал фондов способствует снижению неопределенности и повышению выживаемости высокотехнологичных компаний. Защитный механизм фондов минимизирует ущерб, сопряженный с кризисами, поскольку страховое возмещение позволяет акторам восстановить ресурсный потенциал, «пересобраться» в сжатые сроки и продолжить инновационный процесс.

6. Информационно-консалтинговые методы – направлены на организацию и регулирование потоков данных и информации в инновационной экосистеме для синхронизации функционала акторов, а также на их консультационное сопровождение. Управление обозначенными потоками предполагает внимание оркестратора к инструментарию управления, который, в частности, включает: базы данных, ГИС, цифровые платформы, модули и сервисы, инструменты сквозной аналитики, каналы взаимодействий акторов (семинары, конференции, стратегические сессии, социальные медиа), форматы обмена данными. Каждая ИПЭР создает собственное информационное пространство. Разработка платформенных баз данных по отдельным акторам, отраслям и комплексам нацелена на оперативное выявление индустриальных и технологических флагманов в регионе. На основе агрегированной информации оркестратор может идентифицировать сложившиеся «провалы» по отдельным стадиям инновационного цикла. Помимо этого, обеспечивается возможность в динамике оценивать эффективность уже оказанной финансовой поддержки акторов со стороны государственного и коммерческого секторов. В контексте обеспечения резильентности эффективное управление потоками данных и информации позволит оперативно преодолевать информационный дисбаланс.

Использование оркестратором и акторами искусственного интеллекта и нейросетевых технологий оказывает влияние на экономическую резильентность ИПЭР так как позволяет быстро смоделировать последствия шоков. Возможности машинного обучения предусматривают анализ многомерных пространств по огромному множеству признаков. В результате после обработки данных могут быть выявлены, в том числе, неявные закономерности и корреляции. Их анализ в рамках стратегирования изменений направлен на диагностику потенциала развития ИПЭР, поиск новых точек роста. Создание цифровой копии ИПЭР (цифрового двойника) с помощью комбинации технологий позволяет провести виртуальное тестирование и проверить насколько экосистема способна сохранять устойчивость. Предиктивная аналитика направлена на формирование сценариев, прогнозов ситуативного реагирования ИПЭР на любые вызовы. Таким образом реализуется принцип превентивного управления в интересах обеспечения долгосрочной резильентности.

Создание интерактивных карт по инновациям – это цифровой инструмент по визуальному воплощению инновационных циклов, сетевых взаимодействий акторов и акцепторов ИПЭР, ресурсного обеспечения, контрактации и др. Карты формируют из больших массивов данных структурированные модели, что позволяет повысить эффективность управления экосистемой. Возможность цифровой фильтрации по пространственному, отраслевому охватам, а также по стадиям зрелости проектов обуславливает аналитическую глубину, помогает в поиске партнеров для реализации инновационных проектов.

В части консалтингового направления следует отметить создание специализированных экспертных и координационных центров для предоставления услуг инноваторам по типу «сервис одного окна». На базе центров организуется оказание комплекса услуг, таких как:

• консультации по вопросам интеллектуальной собственности, патентования, экспортных возможностей;
• профессиональная экспертиза проектов, оценка коммерческого потенциала инноваций, помощь в работе с заказчиками, подготовка проектов лицензионных соглашений;
• координация взаимодействий акторов ИПЭР, доступ к цифровым платформам и сервисам;
• навигация по федеральным и региональным мерам поддержки инноваторов.

Центры формируют для акторов единую операционную систему – сервисный интегратор входа в инновационную среду. Данный инструмент усиливает экономическую резильнтность ИПЭР, обеспечивая возможность «бесшовного» пути для стартапов и проектов, повышает инвестиционную привлекательность экосистемы за счет прозрачности и понятности процедур, а также скорость коммерциализации проектов.

На базе региональных центров реализуются акселерационные программы, представляющие собой интенсив поддержки технологических компаний. Механизм акселерации включает менторское сопровождение, проведение маркетинговых исследований, концептуализацию и образовательный блок по вопросам разработки коммерческих предложений, поиск инвесторов, оформление кейсов. Ключевая цель акселерационных программ «дорастить» проекты до уровня инвестиционной привлекательности. В кризисных условиях функционал акселераторов способствует мобилизации ресурсов ИПЭР и адаптации бизнес-моделей под реальные запросы рынков. Оперативное масштабирование успешных проектов способствует созданию новых рабочих мест, увеличивает налоговые поступления в региональные бюджеты, усиливая экономическую резильентность.

Декомпозиция методов стратегического управления ИПЭР в контексте экономической резильентности представлена на рис. 1.

Рисунок 1. Декомпозиция методов стратегического управления ИПЭР в контексте экономической резильентности

Источник: составлено автором.

Заключение

Представленная в исследовании декомпозиция методов стратегического управления ИПЭР позволяет структурировать видение методического контура управления экосистемой, учитывать специфику процессов, ассоциированных с шоками и кризисами, принимая во внимание значение и потенциал экономической резильентности. Углубленный анализ и последующий рациональный выбор инструментов управления, позволяющие реализовывать действенные механизмы абсорбции шоков и адаптации ИПЭР к нестабильности и новым вызовам, направлены в целом на повышение эффективности управления экосистемой.  Результаты декомпозиции могут быть использованы при разработке региональных стратегий инновационного и научно-технологического развития, корректировке мероприятий инновационной политики в условиях динамичных изменений внешней среды. Управленческий подход, учитывающий фактор экономической резильентности в развитии ИПЭР, обеспечивает поддержание баланса между стимулированием инновационной активности и обеспечением экономической безопасности регионов.

Список литературы

1. Акбердина, В.В. Факторы резильентности в российской экономике: сравнительный анализ за период 2000-2020 годы // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2021. Т. 17. № 8(401). С. 1412-1432.
2. Буньковский, Д.В. Обеспечение устойчивости региональной экономической системы на основе управления финансовыми рисками организаций // Экономика и управление: проблемы, решения. 2025. Т. 12. № 12 (165). С. 117-123.
3. Василенко, Е. В. Механизм формирования и развития региональной инновационной экосистемы // Вестник Волгоградского государственного университета. Экономика. 2025. Т. 27. № 1. С. 68-80.
4. Дмитриева, С.В. Роль инновационных экосистем в развитии региональной экономики и привлечении инвестиций // Экономика: вчера, сегодня, завтра. 2024. Т. 14.  № 9-1.  С. 647-656.
5. Дубровский, В.Ж., Иванова, В.О. Политика государственных закупок в национальной инновационной системе // Управленец. 2015. № 2(54).  С. 18-27.
6. Минэкономразвития РФ рекомендовало главам регионов взять реализацию мероприятий ИПР на особый контроль. [Электронный ресурс]. URL:https://economy.gov.ru/material/news/minekonomrazvitiya_rf_rekomendovalo_glavam_regionov_vzyat_realizaciyu_meropriyatiy_ipr_na_osobyy_kontrol.html#:~:text=Предусмотрена%20помощь%20бизнесу%20в%20условиях,внебюджетных%20инвестиций%20в%20экономику%20регионов. (дата обращения 15.05.2026).
7. Мыслякова, Ю.Г. Экономическая резильентность индустриальных регионов: инновационный аспект // Экономика и управление. 2022. Т. 28.  №12.  С. 1242-1251. 
8. Никулина, И.В., Гордячкова, О.В., Калаврий, Т.Ю., Вандерлинден, Ж. Резильентность социально-экономических систем: методологический аспект // Вопросы инновационной экономики. 2022.  Т. 12. № 1.  С. 659-668.
9. Победин, А.А. Инфраструктурный потенциал инновационной экосистемы региона: модели и методики оценки // Управление. 2025. Т. 13. № 2. С. 42-55.
10. Романова, О.А., Сиротин, Д.В., Пономарева, А.О. От экономики сопротивления – к резильентной экономике (на примере промышленного региона) // AlterEconomics. 2022. № 19(4). С. 620-637.
11. Смородинская, Н.В., Катуков Д.Д. Резильентность экономических систем в эпоху глобализации и внезапных шоков // Вестник Институт экономики РАН. 2021. № 5. С. 93-115.
12. Сутыгина, А.И. Резильентность агропроизводственных систем // Экономика сельского хозяйства России. 2024. № 11. С. 52-57.
13. Тополева, Т.Н. Моделирование цифровой платформы инновационной производственной экосистемы региона // Вестник Казанского государственного аграрного университета. 2024. Т. 19. № 4(76). С. 135-143.
14. Якимова, В.А., Панкова, С.В. Стратегии управления региональными экосистемами в условиях цифровой среды // Вестник НГУЭУ. 2024. № 3. С. 59-78.
15. Bristow, G., Healy, A. Innovation and regional economic resilience: an exploratory analysis // The Annals of Regional Science. – 2018. – No 60(5). – P. 1-20. 
16. Davies, S. Regional Resilience in the 2008-2010 downturn: Comparative Evidence from European countries // Cambridge Journal of Regions, Economy and Society. 2011. No. 4(3). P. 369-382.
17. Lagarde, С. Building a more resilient and inclusive Global Economy. IMF. 2017. [Электронный ресурс]. URL:https://www.imf.org/en/news/articles/2017/04/07/building-a-more-resilient-and-inclusive-global-economy-a-speech-by-christine-lagarde (дата обращения: 14.05.2026).
18. Martin, R. Regional Economic Resilience, Hysteresis and Recessionary Shocks // Journal of Economic Geography. 2012. No.12. P. 1-32.
19. Martin ,R., Sunley, P. On the notion of regional economic resilience: conceptualization and explanation // Journal of Economic Geography. 2014. No 15(1). P. 1-42.
20. Tinch, R. Resilience and resource management under risk. 1998. Norwich: School of Environmental Science: University of East Anglia.

References

1. Akberdina, V.V. Factors of Resilience in the Russian Economy: A Comparative Analysis of the Period 2000–2020 [Faktory rezil’entnosti v rossiiskoi ekonomike: sravnitel’nyi analiz za period 2000–2020 gg.] // National Interests: Priorities and Security. 2021. Vol. 17. No. 8(401). Pp. 1412–1432. 
2. Bunkovskii, D.V. Ensuring the Stability of a Regional Economic System Based on Financial Risk Management of Organizations [Obespechenie ustoiichivosti regional’noi ekonomicheskoi sistemy na osnove upravleniia finansovymi riskami organizatsii] // Economics and Management: Problems, Solutions. 2025. Vol. 12. No. 12(165). Pp. 117–123. 
3. Vasilenko, E.V. Mechanism of Formation and Development of a Regional Innovation Ecosystem [Mekhanizm formirovaniia i razvitiia regional’noi innovatsionnoi ekosistemy] // Bulletin of Volgograd State University. Economics. 2025. Vol. 27. No. 1. Pp. 68–80. 
4. Dmitrieva, S.V. The Role of Innovation Ecosystems in Regional Economic Development and Investment Attraction [Rol’ innovatsionnykh ekosistem v razvitii regional’noi ekonomiki i privlechenii investitsii] // Economics: Yesterday, Today, Tomorrow. 2024. Vol. 14. No. 9–1. Pp. 647–656. 
5. Dubrovskii, V.Zh., Ivanova, V.O. Public Procurement Policy in the National Innovation System [Politika gosudarstvennykh zakupok v natsional’noi innovatsionnoi sisteme] // The Manager. 2015. No. 2(54). Pp. 18–27. 
6. Ministry of Economic Development of the Russian Federation. Recommended Regional Heads to Exercise Special Control over the Implementation of IPS Measures [Ministerstvo ekonomrazvitiia RF rekomendovalo glavam regionov vziat’ realizatsiiu meropriiatii IPS na osobyi kontrol’]. Electronic resource. Available at: https://economy.gov.ru/material/news/minekonomrazvitiya_rf_rekomendovalo_glavam_regionov_vzyat_realizaciyu_meropriyatiy_ipr_na_osobyy_kontrol.html#:~:text=Предусмотрена%20помощь%20бизнесу%20в%20условиях,внебюджетных%20инвестиций%20в%20экономику%20регионов. Accessed: 2026-05-15.
7. Mysliakova, Iu.G. Economic Resilience of Industrial Regions: Innovation Aspect [Ekonomicheskaia rezil’entnost’ industrial’nykh regionov: innovatsionnyi aspekt] // Economics and Management. 2022. Vol. 28. No. 12. Pp. 1242–1251. 
8. Nikulina, I.V., Gordiachkova, O.V., Kalavrii, T.Iu., Vanderlinden, Zh. Resilience of Socio-Economic Systems: Methodological Aspect [Rezil’entnost’ sotsial’no-ekonomicheskikh sistem: metodologicheskii aspekt] // Journal of Innovation Economy. 2022. Vol. 12. No. 1. Pp. 659–668. 
9. Pobedin, A.A. Infrastructure Potential of an Innovative Regional Ecosystem: Models and Methods of Assessment [Infrastrukturnyi potentsial innovatsionnoi ekosistemy regiona: modeli i metodiki otsenki] // Management. 2025. Vol. 13. No. 2. Pp. 42–55. 
10. Romanova, O.A., Sirotin, D.V., Ponomareva, A.O. From a Resistance Economy to a Resilient Economy (Case Study of an Industrial Region) [Ot ekonomiki soprotivleniia – k rezil’entnoi ekonomike (na primere promyshlennogo regiona)] // AlterEconomics. 2022. No. 19(4). Pp. 620–637. 
11. Smorodinskaia, N.V., Katukov, D.D. Resilience of Economic Systems in the Era of Globalization and Sudden Shocks [Rezil’entnost’ ekonomicheskikh sistem v epokhu globalizatsii i vnezapnykh shokov] // Bulletin of the Institute of Economics of the Russian Academy of Sciences. 2021. No. 5. Pp. 93–115. 
12. Sutygina, A.I. Resilience of Agro-Industrial Systems [Rezil’entnost’ agroproizvodstvennykh sistem] // Agricultural Economics of Russia. 2024. No. 11. Pp. 52–57. 
13. Topoleva, T.N. Modeling a Digital Platform of an Innovative Manufacturing Ecosystem of a Region [Modelirovanie tsifrovoi platformy innovatsionnoi proizvodstvennoi ekosistemy regiona] // Bulletin of Kazan State Agrarian University. 2024. Vol. 19. No. 4(76). Pp. 135–143. 
14. Yakimova, V.A., Pankova, S.V. Strategies for Managing Regional Ecosystems in the Digital Environment [Strategii upravleniia regional’nymi ekosistemami v usloviiakh tsifrovoi sredy] // Bulletin of NSUEM. 2024. No. 3. Pp. 59–78. 
15. Bristow, G., Healy, A. Innovation and regional economic resilience: an exploratory analysis // The Annals of Regional Science. – 2018. – No 60(5). – P. 1-20. 
16. Davies, S. Regional Resilience in the 2008-2010 downturn: Comparative Evidence from European countries // Cambridge Journal of Regions, Economy and Society. 2011. No. 4(3). P. 369-382.
17. Lagarde, С. Building a more resilient and inclusive Global Economy. 2017. [Электронный ресурс]. URL:https://www.imf.org/en/news/articles/2017/04/07/building-a-more-resilient-and-inclusive-global-economy-a-speech-by-christine-lagarde (дата обращения: 14.05.2026).
18. Martin, R. Regional Economic Resilience, Hysteresis and Recessionary Shocks // Journal of Economic Geography. 2012. 12.  P. 1-32.
19. Martin ,R., Sunley, P. On the notion of regional economic resilience: conceptualization and explanation // Journal of Economic Geography. 2014. No 15(1). P. 1-42.
20. Tinch, R. Resilience and resource management under risk. 1998. Norwich: School of Environmental Science: University of East Anglia.