Главная страница » Публикации » №4 (72) » Позиционирование Красноярского края среди регионов РФ по уровню инклюзивного развития

Позиционирование Красноярского края среди регионов РФ по уровню инклюзивного развития

Positioning of Krasnoyarsk territory among the regions of the Russian federation by the level of inclusive development

Авторы

Брюханова Елена Анатольевна
научный сотрудник отдела прогнозирования экономического развития Красноярского края
Россия, Институт экономики и организации промышленного производства СО РАН
eab@ksc.krasn.ru

Аннотация

Целью исследования является оценка уровня инклюзивного развития регионов РФ и позиционирование в данном рейтинге одного из ведущих регионов России - Красноярского края - для выявления наиболее проблемных точек его социально-экономического развития, что послужит основанием для разработки соответствующих мер социально-экономической политики региональных органов власти.
Для оценки уровня инклюзивного развития регионов РФ предложена система показателей, основанная на использовании адаптированной «Методики оценки инклюзивности экономик государств-членов Евразийского экономического союза».
Расчеты, проведенные на основе статистических данных за 2015-2020 гг., показали, что Красноярский край относится к регионам с низким уровнем инклюзивного развития. Анализ направлений инклюзивного развития свидетельствует: о низком уровне раз-вития высокотехнологичной инфраструктуры в регионе; о резком снижении финансирования здравоохранения; о проблемах бедности и неравенства населения края.

Ключевые слова

Красноярский край, региональное развитие, уровень инклюзивного развития, социально-экономическая политика региональных органов власти, рейтинг регионов РФ, оценка уровня инклюзивного развития регионов

Финансирование

Статья подготовлена по плану НИР ИЭОПП СО РАН, проект 5.6.3.2. (0260–2021–0005) «Движущие силы и механизмы развития кооперационных и интеграционных процессов в экономике Сибири» (№121040100279–5).

Рекомендуемая ссылка

Брюханова Елена Анатольевна

Позиционирование Красноярского края среди регионов РФ по уровню инклюзивного развития// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №4 (72). Номер статьи: 7221. Дата публикации: 17.11.2022. Режим доступа: https://eee-region.ru/article/7221/

Authors

Bryukhanova Elena Anatolevna
Researcher at the Department for Forecasting Economic Development of the Krasnoyarsk Territory
Russia, Institute of Economics and Organization of Industrial Production of the Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences
eab@ksc.krasn.ru

Abstract

The purpose of the study is to assess the level of inclusive development of the regions of the Russian Federation and position in this rating one of the leading regions of Russia - the Krasnoyar Territory - to identify the most problematic points of its socio-economic development, which will serve as the basis for the development of appropriate measures for the socio-economic policy of regional authorities.
To assess the level of inclusive development of the regions of the Russian Federation, a system of observers has been proposed, based on the use of an adapted "Methodology for assessing the inclusivity of the economies of the member states of the Eurasian Economic Union."
Calculations carried out on the basis of statistical data for 2015-2020 showed that the Krasnoyarsk Territory belongs to regions with a low level of inclusive development. The analysis of areas of inclusive development indicates: a low level of development of high-tech infrastructure in the region; about a sharp decrease in health care funding; on the problems of poverty and inequality of the population of the region.

Keywords

Krasnoyarsk Territory, regional development, level of inclusive development, socio-economic policy of regional authorities, rating of regions of the Russian Federation, assessment of the level of inclusive development of regions

Project finance

The research was carried out with the plan of research work of IEIE SB RAS, project 5.6.3.2. (0260–2021–0005) «Driving forces and mechanisms of cooperation and integration processes in the economy of Siberia» (No. 121040100279–5).

Suggested Citation

Bryukhanova Elena Anatolevna

Positioning of Krasnoyarsk territory among the regions of the Russian federation by the level of inclusive development// Regional economy and management: electronic scientific journal. ISSN 1999-2645. — №4 (72). Art. #7221. Date issued: 17.11.2022. Available at: https://eee-region.ru/article/7221/ 

Print Friendly, PDF & Email

Введение

В последние годы наблюдается усиление социального и экономического неравенства регионального развития, когда богатые природными ресурсами территории обеспечивают финансовую и экономическую стабильность страны, но при этом не имеют сопоставимого уровня социально-экономического развития и качества жизни населения.

Нивелирование неравенства развития территорий выдвигает проблему совершенствования системы оценки их социально-экономического развития, дополнения традиционных показателей экономического развития, основанных на расчете валового регионального продукта (ВРП) и ВРП на душу населения, показателями инклюзивного роста.

 

Постановка проблемы. Описание существующих подходов к ее решению

Оценка уровня инклюзивного развития региона требует разработки методического подхода и применения соответствующей системы показателей.

Попытка сформировать такую систему была предпринята в рамках разработки индекса инклюзивного развития – IDI (Inclusive Development Index), представленного в 2018 году на Всемирном экономическом форуме в Давосе [1-2]. Он включает в себя 12 параметров, объединенных в три группы: рост и развитие; инклюзивность; межпоколенческая справедливость и устойчивость.

В 2019 году Евразийская экономическая комиссия предложила еще один вариант индексной оценки инклюзивного развития [3-4]. Методика предполагает оценку инклюзивности экономики (оценка в статике, в сравнении с другими государствами мира) и экономического роста (оценка в динамике, в сравнении с предшествующими периодами) с учетом показателей прогресса, достигнутого в рамках борьбы с бедностью и неравенством, обеспечения экономического роста и занятости, развития инфраструктуры, совершенствования образования и здравоохранения.

Однако, международные методики, разработанные для оценки инклюзивного развития стран, не могут быть непосредственно применены для регионов в силу того, что составляющие их показатели не измеряются на региональном уровне и не имеют прямых соответствующих им аналогов. В этой связи исследователи, занимающиеся изучением региональных проблем социально-экономического развития, либо адаптируют международные методики для регионального уровня, либо предлагают свои подходы с учетом имеющихся показателей и доступности данных.

Расчет индекса инклюзивного развития для субъектов РФ производился Шарафутдиновым В.И, Измайловой Д.О. и Ахметшиным Э.М. [5], Бариновой В.А. и Земцовым С.П. [6], Михеевой Н.Н. [7], Заводских А.А. [8], Рытовой Е., Гутман С., Соуза С. [9] (таблица 1). Инклюзивность развития макрорегионов РФ в границах федеральных округов оценивалась Лясковской Е.А и Григорьевой К.А. [10], Казаковой С.М. [11], Гафаровым М.Р., Сафиуллиным М.Р. и Ельшиным Л.А. [12]. Специальные работы были посвящены разработке методики оценки уровня инклюзивного развития сельских [13], арктических [14], ресурсных и нересурсных [15-17] территорий.

 

Таблица 1 – Обобщение опыта расчета индекса инклюзивного развития для субъектов РФ

Исследовательские коллективы Комментарий
Шарафутдинов В.И, Измайлова Д.О. и Ахметшин Э.М. (Центр перспективных экономических исследований Академии наук Республики Татарстан; Набережночелнинский институт Казанского федерального университета) (2018 г.) Для исследования регионов России применена адаптированная версия методики оценки инклюзивного развития, предложенной экспертами ВЭФ.

Комплекс ключевых индикаторов инклюзивного развития дополнен показателем покупательной способности доходов.

Произведен расчет индекса инклюзивного развития для 26 регионов РФ, которые отнесены в группу со средним уровнем ВРП на душу населения, за период с 2012 по 2017 гг. Среди них – Красноярский край, который находится на 9 позиции (среднее значение индекса инклюзивного развития – 3,25) [5].

Баринова В.А., Земцов С.П. (Институт прикладных экономических исследований Российской Академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ) (2019 г.) Для анализа регионального развития России адаптирована методика построения индекса инклюзивности ВЭФ. Исключен индикатор «ВРП на душу населения».

Выявлено, что ряд развитых регионов, например Ленинградская, Тюменская, Калужская, Воронежская, Московская области, Республика Татарстан, Санкт-Петербург, с 1998 по 2016 г. существенно улучшили свои показатели, особенно в сфере увеличения долголетия, повышения доходов населения, снижения экологической нагрузки. Но в период с 2012 по 2015 г. значение индекса инклюзивного роста в России уменьшилось до уровня 2007 г., а его дифференциация между регионами резко возросла. Результаты десятилетней работы по повышению устойчивости и равномерности регионального развития оказались частично обнулены. В 2016 г. значение индекса восстановилось до уровня 2011 г.

Красноярский край включен в группу регионов, которая характеризуется высокими темпами роста экономики, но недостаточными темпами увеличения индекса инклюзивности.

Подтверждается гипотеза, что чем выше индекс инклюзивного роста региона, чем ниже в нем социальные и экологические риски, тем выше его устойчивость к внешним шокам [6].

Михеева Н.Н. (Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН) (2020 г.) Для оценки качественных аспектов регионального роста в долгосрочной перспективе предложен региональный индекс инклюзивного развития (РИИР). Специфика его построения состоит в том, что он ориентирован на более полный учет межрегионального неравенства и условий для роста регионов, т.е. обеспеченности производственной инфраструктурой, а также межрегиональногое неравенства в обеспеченности социальной инфраструктурой. В этом отношении он ближе по содержанию к индексу инклюзивного развития, предлагаемому Азиатским Банком развития.

Обоснован вывод о том, что индексы, характеризующие качественные аспекты экономического роста, не могут заменить ВРП при разработке экономической политики, но они являются важным дополнением количественных показателей.

Приведены показатели межрегиональной дифференциации среднедушевых показателей ВРП и регионального индекса инклюзивного развития на период 2001-2017 гг. по 79 субъектам РФ, исключая Чеченскую Республику, Республику Крым, Севастополь. Ненецкий автономный округ учтен в составе Архангельской области, Ханты-Мансийский (Югра) и Ямало-Ненецкий АО учтены в составе Тюменской области [7].

Заводских А.А. (НИУ «Высшая школа экономики») (2020 г.) На концептуальной базе индекса ВЭФ разработан авторский индекс инклюзивного развития регионов и представлен рейтинг регионов РФ.

В группу регионов-лидеров, в которых наблюдалось среднее значение общего индекса больше трёх или очень близкое к нему включены: Ненецкий АО, ЯмалоНенецкий АО, Магаданская и Мурманская области, Камчатский край, Чукотский АО, Москва, Ханты-Мансийский АО, С-Петербург, Сахалинская область.

Красноярский край входит в группу регионов с наименьшим значением индекса инклюзивности [8].

Рытовой Е., Гутман С., Соуза С. (Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого) (2021 г.) На концептуальной базе индекса ВЭФ разработан авторский индекс инклюзивного развития регионов и представлен рейтинг регионов РФ.

Инклюзивное развитие регионов России оценивалось специалистами по шкале от 0 до 7. Максимальный показатель продемонстрировала Москва — 4,92, а минимальный — Красноярский край (2,9). Среднее значение по стране составило 3,6.

В группу регионов-лидеров наряду с г.Москва вошли Ямало-Ненецкий, Ненецкий и Ханты-Мансийский округа, Камчатка. Также в первую десятку вошли Мурманская, Ленинградская и Калининградская области, Санкт-Петербург и Ингушетия [9].

Положение некоторых субъектов РФ в рейтинге вызвало у российских экспертов вопросы. Сомнения вызывали 10-е место Республики Ингушетия или 16-е место Республики Дагестан, которые замыкают классические рейтинги регионов по ВРП. Напротив, не совсем понятны 84-е и 85-е места Краснодарского и Красноярского краев, которые по рейтингу ВРП находятся в первой десятке российских регионов [18].

 

Предлагаемый методический подход

При формировании системы показателей для оценки уровня инклюзивного развития регионов РФ использовался набор показателей Методики оценки инклюзивности экономик государств-членов Евразийского экономического союза [4] с учетом возможностей региональной статистики и специфики регионального развития. В итоге были отобраны 17 показателей, сгруппированных по 5 направлениям (таблица 2).

 

Таблица 2 – Основные показатели для оценки уровня инклюзивного развития регионов РФ

№ п/п Направления № п/п Показатели
1 Бедность и неравенство 1 Денежные доходы в среднем на душу населения, долл по биржевому курсу
2 Доля населения с денежным доходом ниже величины прожиточного минимума, %
3 Коэффициент Джини
2 Экономический рост и занятость 4 Производительность труда, ВРП на одного занятого, долл по биржевому курсу
5 Уровень занятости населения в трудоспособном возрасте, %
6 Гендерный паритет среди безработных
7 Поселенческий паритет среди безработных
3 Инфраструктура 8 Число абонентов мобильной связи на 100 человек, ед.
9 Число пользователей сети Интернет на 100 человек, ед.
4 Образование 10 Валовой коэффициент охвата дошкольным образованием, в % от численности детей в возрасте 1-6 лет
11 Валовой коэффициент охвата образовательными программами начального, основного и среднего общего образования, %
12 Валовой коэффициент охвата образовательными программами среднего профессионального образования и высшего образования, %
13 Количество учащихся начального, общего и среднего образования на 1 учителя, чел.
14 Расходы консолидированного бюджета на образование, в % к ВРП
5 Продолжительность жизни и здравоохранение 15 Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
16 Число врачей на 10 000 человек населения
17 Расходы консолидированного бюджета на здравоохранение, в % к ВРП

 

Для оценки уровня инклюзивного развития регионов РФ использовались сводные индикаторы, которые определялись как для отдельных направлений инклюзивного развития, так и в целом для оценки уровня инклюзивности регионов РФ, и в основе расчета которых была заложена оценка соответствия фактических значений по отдельным критериям инклюзивности () целевым (пороговым) параметрам ():

  (1).

В том случае, если индикативный показатель отражает проявления негативных тенденций, сдерживающих инклюзивное развитие региона (например, доля населения с денежным доходом ниже величины прожиточного минимума, коэффициент Джини, количество учащихся начального, общего и среднего образования на 1 учителя), коэффициент сближения определялся как отношение порогового (оптимального) значения () к фактическому уровню ().

Среди используемых индикативных показателей выделяются показатели гендернего и поселенческого паритета среди безработных. Для данных показателей значение тем лучше, чем оно ближе к 1, и тем хуже, чем оно сильнее отличается от 1. При этом неважно, в какую сторону значение отклоняется от 1 – в большую или меньшую, т.к. направление отклонения указывает на то, какая именно группа населения находится в относительно худшем положении. Это обстоятельство принималось во внимание при расчетах.

Для получения интегрального показателя оценки инклюзивности применялся метод многомерной средней, обобщающий уровни характеристик исследуемой выборки:

  (2)

   (3)

где  — интегральный показатель инклюзивного развития региона r в период t;

— оценки уровня инклюзивного развития для отдельных направлений инклюзивного развития n;

 – количество индикаторов, используемых для оценки уровня инклюзивного развития для отдельных направлений инклюзивного развития n;

N — количество направлений оценки инклюзивного развития.

 

В качестве порогового уровня индикаторов инклюзивного развития в расчетах использовались: на первом этапе — значения показателей среднероссийского уровня; на втором этапе — значения индикаторов регионов-лидеров, выявленных на первом этапе.

Для сглаживания «случайных» изменений показателей инклюзивного развития, рассчитанных в погодовой динамике, предлагается использовать также усредненные их значения не менее, чем за 4-5 лет (в расчетах были использованы данные за 2015-2020 гг.).

В зависимости от полученного значения интегрального показателя инклюзивного развития определялся уровень инклюзивности развития регионов РФ в соответствии со следующей шкалой:

= 100% и выше   уровень инклюзивности высокий;

= 85-99%             уровень инклюзивности средний;

= 65-84%             уровень инклюзивности низкий;

= 64% и ниже     уровень инклюзивности критически низкий.

Для определения конвергенции был использован квадратический коэффициент вариации, позволяющий оценить δ-конвергенцию (сигма-конвергенцию) – уменьшение разброса значений отдельных показателей по регионам РФ. Расчет показателя производился по следующей формуле:

  (4)

где V – квадратический коэффициент вариации,

Xr − значение показателя в r-ом регионе,

− среднее значение показателя по всем регионам,

R – число регионов.

 

Чем ближе квадратический коэффициент вариации к нулю, тем меньше разброс значений показателя по регионам РФ. Следовательно, уменьшение квадратического коэффициента вариации указывает на усиление конвергенции значений показателя, т.е. сокращение «разрыва» между регионами по данному показателю. При этом в соответствии с общепринятой практикой в том случае, если квадратический коэффициент корреляции меньше 33%, считается, что разброс значений показателя по регионам невелик, т.е. можно сделать вывод о том, что в целом значения показателей по регионам достаточно близки.

Квадратический коэффициент вариации был рассчитан также для оценки сбалансированности уровня инклюзивного развития регионов РФ по отдельным направлениям инклюзивного развития.

Информационную базу исследования составили официальные данные Федеральной службы государственной статистики РФ.

Сформированная система показателей задавала систему координат для оценки позиций Красноярского края среди регионов РФ по уровню инклюзивного развития.

 

Обсуждение результатов

Ранжирование регионов РФ по уровню инклюзивного развития. Расчет интегрального индекса с использованием в качестве пороговых значений показателей среднероссийского уровня для 85 регионов России за период 2015-2020 гг. позволил сформировать рейтинг регионов РФ (таблица 3). При этом 44 региона РФ имели значения интегрального индекса выше или на уровне среднероссийского показателя, 41 регион РФ (в том числе Красноярский край) – ниже.

 

Таблица 3 – Лидеры и аутсайдеры рейтинга регионов России по уровню инклюзивного развития (среднее значение за период 2015-2020 гг.; РФ=100%)

Регионы-лидеры К ранг Регионы-аутсайдеры К ранг
Ненецкий автономный округ 140,9% 1 Брянская область 96,0% 76
Ямало-Ненецкий автономный округ 136,8% 2 Оренбургская область 95,7% 77
Чукотский автономный округ 130,8% 3 Ульяновская область 95,6% 78
Санкт-Петербург 127,1% 4 Республика Адыгея 95,1% 79
Москва 125,9% 5 Астраханская область 94,7% 80
Магаданская область 124,7% 6 Алтайский край 94,4% 81
Сахалинская область 119,7% 7 Волгоградская область 94,3% 82
Республика Тыва 114,8% 8 Республика Марий Эл 94,0% 83
Московская область 114,3% 9 Ставропольский край 92,4% 84
Ханты-Мансийский автономный округ – Югра 114,2% 10 Республика Дагестан 91,0% 85

 

Отмечается следующий уровень разброса значений показателя интегрального индекса по регионам России. Максимальное значение показателя (140,9% Ненецкий автономный округ) в 1,6 раза превышает уровень минимального значения показателя (91,0% Республика Дагестан); значение квадратического коэффициента вариации, рассчитанное для оценки разброса значений показателя интегрального индекса по регионам России, составило 9,7%.

Парадоксальным результатом является тот факт, что регион РФ, имеющий максимальное значение интегрального индекса инклюзивного развития – Ненецкий автономный округ – является регионом, имеющим самые низкие темпы роста ВРП в рассматриваемом периоде. Группировка регионов РФ по уровню инклюзивного развития и темпам роста ВРП приведена в таблице 4.

 

Таблица 4 — Группировка регионов России по уровню инклюзивного развития и темпам роста ВРП

Уровень инклюзивного развития за период 2015-2020 гг. Темп роста ВРП за период 2015-2020 гг.
выше среднероссийского уровня
(41 регион)
ниже среднероссийского уровня
(44 региона)
выше среднероссийского уровня
(44 региона)
Ямало-Ненецкий автономный округ, Чукотский автономный округ, Санкт-Петербург, Москва, Магаданская область, Московская область, Камчатский край, Республика Татарстан, Республика Алтай, Мурманская область, Ленинградская область, Севастополь, Чеченская Республика, Ярославская область, Тульская область, Нижегородская область, Курская область, Белгородская область, Тюменская область (без АО), Чувашская Республика, Республика Крым, Республика Мордовия (22 региона) Ненецкий автономный округ, Сахалинская область, Республика Тыва, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, Республика Саха (Якутия), Орловская область, Архангельская область (без АО), Республика Коми, Свердловская область, Республика Северная Осетия-Алания, Республика Бурятия, Хабаровский край, Республика Карелия, Челябинская область, Краснодарский край, Карачаево-Черкесская Республика, Удмуртская Республика, Смоленская область, Республика Ингушетия, Республика Калмыкия, Тверская область, Томская область (22 региона)
ниже среднероссийского уровня
(41 регион)
Калужская область, Новосибирская область, Пензенская область, Республика Хакасия, Воронежская область, Липецкая область, Кировская область, Калининградская область, Иркутская область, Владимирская область, Амурская область, Еврейская автономная область, Забайкальский край, Саратовская область, Ростовская область, Брянская область, Республика Адыгея, Астраханская область, Республика Дагестан (19 регионов) Ивановская область, Омская область, Костромская область, Рязанская область, Самарская область, Пермский край, Псковская область, Курганская область, Красноярский край, Вологодская область, Тамбовская область, Республика Башкортостан, Кемеровская область, Новгородская область, Кабардино-Балкарская Республика, Приморский край, Оренбургская область, Ульяновская область, Алтайский край, Волгоградская область, Республика Марий Эл, Ставропольский край (22 региона)

 

Кроме того, регион РФ, имеющий максимальное значение интегрального индекса инклюзивного развития – Ненецкий автономный округ – характеризуется наиболее несбалансированной системой частных индексов инклюзивного развития: значение квадратического коэффициента вариации, рассчитанное для оценки разброса значений частных индексов инклюзивного развития для данного региона, составило 61,7% (максимальное значение среди регионов РФ).

В группе регионов-лидеров выделим город Санкт-Петербург, как регион с наиболее сбалансированной системой частных индексов инклюзивного развития (значение квадратического коэффициента вариации — 8,7%), поэтому данный регион был выбран в качестве эталонного для второго этапа расчетов.

Группировка регионов РФ по результатам расчетов интегрального индекса с использованием в качестве пороговых значений показателей г.Санкт-Петербурга отражены в таблице 5. При этом 5 регионов РФ имели значения интегрального индекса 100% и выше (высокий уровень инклюзивности); 22 региона РФ имели значения интегрального индекса в диапазоне 85-99% (средний уровень инклюзивности) и 57 регионов РФ (в том числе Красноярский край) имели значения интегрального индекса ниже 85% (низкий уровень инклюзивности).

 

Таблица 5 — Группировка регионов России по темпам роста ВРП и уровню инклюзивного развития (в качестве пороговых рассматриваются значения г.Санкт-Петербурга)

Уровень инклюзивного развития за период 2015-2020 гг. Темп роста ВРП за период 2015-2020 гг.
выше среднероссийского уровня
(41 регион)
ниже среднероссийского уровня
(44 региона)
высокий
(5 регионов)
Ямало-Ненецкий автономный округ, Чукотский автономный округ, Магаданская область, Санкт-Петербург (4 региона) Ненецкий автономный округ (1 регион)
средний
(23 региона)
Москва, Республика Алтай, Камчатский край, Московская область, Чеченская Республика, Республика Татарстан, Мурманская область, Севастополь, Ленинградская область, Ярославская область, Республика Крым (11 регионов) Республика Тыва, Сахалинская область, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, Республика Саха (Якутия), Республика Ингушетия, Архангельская область (без АО), Республика Бурятия, Орловская область, Карачаево-Черкесская Республика, Республика Коми, Республика Северная Осетия-Алания, Республика Карелия (12 регионов)
низкий
(57 регионов)
Тульская область, Курская область, Чувашская Республика, Нижегородская область, Тюменская область (без АО), Республика Мордовия, Белгородская область, Республика Хакасия, Кировская область, Пензенская область, Новосибирская область, Еврейская автономная область, Калужская область, Иркутская область, Забайкальский край, Воронежская область, Калининградская область, Владимирская область, Липецкая область, Амурская область, Брянская область, Саратовская область, Ростовская область, Республика Адыгея, Астраханская область, Республика Дагестан (26 регионов) Республика Калмыкия, Свердловская область, Хабаровский край, Челябинская область, Удмуртская Республика, Смоленская область, Костромская область, Ивановская область, Краснодарский край, Курганская область, Томская область, Тверская область, Псковская область, Рязанская область, Кабардино-Балкарская Республика, Омская область, Вологодская область, Пермский край, Красноярский край, Тамбовская область, Кемеровская область, Республика Башкортостан, Самарская область, Ульяновская область, Новгородская область, Алтайский край, Приморский край, Оренбургская область, Республика Марий Эл, Волгоградская область, Ставропольский край (31 регион)

 

Результаты анализа конвергенции по группам показателей. Результаты анализа конвергенции по группам показателей приведены в таблице 6. Из общего количества показателей: для 5 показателей наблюдается существенный разброс значений по регионам РФ (квадратический коэффициент корреляции больше 33%); число показателей, по которым наблюдается конвергенция (7) меньше числа показателей, по которым наблюдается дивергенция (9). Агрегированные результаты анализа конвергенции регионов РФ с точки зрения инклюзивности роста сформулированы в таблице 7.

 

Таблица 6 — Результаты анализа конвергенции по группам показателей

Группа показателей Число показателей, для которых оценивалась конвергенция Число показателей, по которым наблюдается конвергенция Число показателей, разброс значений которых остается устойчивым Число показателей, по которым наблюдается дивергенция Число показателей, по которым наблюдается существенный разброс значений показателей
Бедность и неравенство 3 3 2
Экономический рост и занятость 4 1 3 1
Инфраструктура 2 1 1
Образование 5 3 2 1
Здравоохранение и продолжительность жизни 3 2 1 1
Итого 17 7 1 9 5

 

Таблица 7 — Агрегированные результаты анализа конвергенции регионов РФ с точки зрения инклюзивности роста

Группа показателей Резюме по итогам 2015-2020 гг.
Бедность и неравенство Отсутствует существенная конвергенция экономик регионов РФ при значительном разбросе значений ключевых показателей
Экономический рост и занятость Разброс значений показателей экономического роста достаточно велик, отмечается его незначительное снижение, наблюдается не высокий, но растущий уровень разброса значений показателей в части обеспечения инклюзивности на рынке труда
Инфраструктура Различия между регионами в части обеспечения доступа населения к высокотехнологичной инфраструктуре постепенно сокращаются
Образование Достигнут относительно высокий уровень конвергенции экономик регионов РФ в части обеспечения инклюзивности образования и здравоохранения, однако имеются существенные различия между регионами в части бюджетного финансирования расходов на образование и здравоохранение
Здравоохранение и продолжительность жизни

 

Профиль Красноярского края, приоритетные задачи для повышения инклюзивности регионального роста

Ранжирование основных показателей Красноярского края по уровню их соотношения с показателями РФ (рисунок 1) показывает сохранение в 2020 году сформировавшегося в предыдущие годы перекоса регионального профиля в сторону показателей, характеризующих потенциал и вклад региона в развитие экономики страны (правая часть круга по часовой стрелке) по сравнению с показателями, отражающими уровень социального развития и потребления в регионе (левая часть круга по часовой стрелке).

По сравнению с 2015 г. в 2020 г. удельный вес Красноярского края в соответствующих показателях РФ изменялся в диапазоне от +0,75 п.п. (поступление налоговых платежей в федеральный бюджет) до -0,87 п.п. (объем работ, выполненных по виду деятельности «Строительство») (рисунок 2).

 

Профиль Красноярского края в системе основных показателей социально-экономического развития РФ в 2020 году

Рисунок 1 – Профиль Красноярского края в системе основных показателей социально-экономического развития РФ в 2020 году

 

Изменение удельного веса Красноярского края в основных показателях РФ в 2020 г. по сравнению с 2015 г. (процентных пунктов)

Рисунок 2 — Изменение удельного веса Красноярского края в основных показателях РФ в 2020 г. по сравнению с 2015 г. (процентных пунктов)

Примечание: Номера показателей социально-экономического развития, проранжированных по убыванию изменения удельного веса Красноярского края в общероссийских объемах, соответствуют их номерам на рисунке 1.

 

Начиная с 2019 г., наблюдается отставание темпов роста ВРП в Красноярском крае от среднероссийского уровня (рисунок 3). В итоге темп роста ВРП в 2020 г. к уровню 2015 г. в Красноярском крае был ниже, чем в среднем по стране – соответственно, 102,0% и 104,9%; по данному показателю Красноярский край был лишь на 58 позиции среди регионов РФ.

 

Индексы физического объема валового регионального продукта в % к предыдущему году в РФ и Красноярском крае в 2000-2020 гг.

Рисунок 3 – Индексы физического объема валового регионального продукта в % к предыдущему году в РФ и Красноярском крае в 2000-2020 гг.

 

В соответствии с проведенными расчетами Красноярский край входит в группу регионов с уровнем инклюзивного развития ниже среднероссийского уровня (62 позиция, значение интегрального индикатора – 97,5%, значение квадратического коэффициента вариации, рассчитанного для оценки разброса значений частных индексов инклюзивного развития для региона, составило 9,9%), а при сопоставлении с регионом-лидером (г.Санкт-Петербург) – в группу регионов с низким уровнем инклюзивного развития (65 позиция, значение интегрального индикатора – 80,1%, значение квадратического коэффициента вариации — 12,9%).

Основные результаты расчетов интегрального и частных показателей инклюзивного развития Красноярского края по выделенным направлениям оценки представлены в таблицах 8-9, на рисунке 4.

 

Таблица 8 – Интегральный и частные показатели инклюзивного развития Красноярского края (сравнение со среднероссийским уровнем, средние данные за период 2015-2020 гг.)

Направления оценки инклюзивности Позиции Красноярского края Характеристика вариации
индексы инклюзивного развития оценка уровня инклюзивности относительно среднероссийского уровня ранг max min max/min квадратический коэффициент вариации
Бедность и неравенство 88,9% ниже 64 179,9% 67,0% 2,7 20,6%
Экономический рост и занятость 112,9% выше 17 287,9% 76,7% 3,1 25,2%
Инфраструктура 92,8% ниже 48 127,3% 54,6% 2,3 12,1%
Образование 100,5% выше 67 163,1% 78,7% 2,1 12,4%
Продолжительность жизни и здравоохранение 92,2% ниже 73 166,9% 81,3% 2,1 17,3%
Интегральный показатель инклюзивного развития 97,5% ниже 62 140,9% 91,0% 1,6 9,3%

 

Таблица 9 – Интегральный и частные показатели инклюзивного развития Красноярского края (сравнение с регионом лидером – г. Санкг-Петербургом, средние данные за период 2015-2020 гг.)

Направления оценки инклюзивности Позиции Красноярского края Характеристика вариации
индексы инклюзивного развития оценка уровня инклюзивности ранг max min max/min квадратический коэффициент вариации
Бедность и неравенство 70,7% низкая 62 130,0% 57,2% 2,3 17,1%
Экономический рост и занятость 86,6% средняя 15 230,7% 56,0% 4,1 27,9%
Инфраструктура 77,0% низкая 47 103,3% 49,8% 2,1 11,0%
Образование 94,7% средняя 67 167,7% 75,3% 2,2 14,7%
Продолжительность жизни и здравоохранение 71,5% низкая 74 129,9% 63,1% 2,1 17,1%
Интегральный показатель инклюзивного развития 80,1% низкая 65 114,0% 75,8% 1,5 8,6%

 

Частные индексы инклюзивного развития Красноярского края по выделенным направлениям оценки за период 2015-2020 гг.

Рисунок 4 – Частные индексы инклюзивного развития Красноярского края по выделенным направлениям оценки за период 2015-2020 гг.

 

Относительно лучшие позиции Красноярский край имеет по направлениям «Экономический рост и занятость», «Образование»; наиболее проблемными являются для региона направления «Инфраструктура», «Продолжительность жизни и здравоохранение», «Бедность и неравенство».

Индексы отдельных показателей инклюзивного развития Красноярского края (проранжированные в порядке их убывания при сравнении с регионом-лидером) представлены на рисунке 5.

Самые высокие индексы при сравнении со среднероссийским уровнем зафиксированы для показателя «Производительность труда» (134,2%), а при сравнении с регионом-лидером – для показателя «Расходы на образование» (119,3%); самые низкие значения как при сравнении со среднероссийским уровнем, так и при сравнении с регионом-лидером отмечаются для показателя «Доходы ниже прожиточного минимума» — соответственно 72,0% и 40,4%.

 

Индексы отдельных показателей инклюзивного развития Красноярского края (проранжированные в порядке убывания значений при сравнении с регионом-лидером)

Рисунок 5 – Индексы отдельных показателей инклюзивного развития Красноярского края (проранжированные в порядке убывания значений при сравнении с регионом-лидером)

 

Приоритетными задачами для повышения инклюзивности регионального роста являются: повышение денежных доходов населения и снижение уровня дифференциации населения по доходам; существенное увеличение расходов консолидированного бюджета на здравоохранение; повышение ожидаемой продолжительности жизни населения; развитие информационно-коммуникационной инфраструктуры, повышающей возможности формирования цифровой экономики.

 

Выводы

Современный этап экономического развития Красноярского края характеризуется ориентацией на приоритетное развитие добывающих отраслей и отраслей первого промышленного передела. Одним из важнейших рисков такого развития является периферийное положение региона в цепочках создаваемой добавленной стоимости, что во многом определяет низкую конкурентоспособность региона в обеспечении высокого качества жизни местного населения и экологического развития.

Актуальной проблемой является инициирование новых моделей экономического развития, основанных не только на традиционных экономических возможностях, связанных с развитием сырьевых отраслей и отраслей первого промышленного передела, но и на новые конкурентные преимущества, проведение глубоких структурных реформ, учет региональных особенностей предпринимательства, ментальности и образа жизни населения, на построение экономики знаний и использование уникальных научных и опытно-конструкторских разработок.

Это требует научного подхода к обоснованию обновленной региональной социально-экономической стратегии, а также специализированных экономических политик, обеспечивающих переход к инклюзивному социально-экономическому развитию.

Предлагаемая методика использует достаточно простую и доступную систему показателей и индикаторов, позволяет рассчитать уровень инклюзивного развития регионов РФ и определить приоритетные задачи для повышения инклюзивности их роста.

 

Литература

  1. The Inclusive Development Index 2018. Summary and Data Highlights. URL: https://www3.weforum.org/docs/WEF_Forum_IncGrwth_2018.pdf (дата обращения 01.10.2022).
  2. The Inclusive Growth and Development Report 2017. URL: http://www3.weforum.org/docs/WEF_Forum_IncGrwth_2017.pdf (дата обращения 01.10.2022).
  3. Inclusive growth of the Eurasian Economic Union Member States: assessments and opportunities. – URL : http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/Documents/Inclusive_growth_in_EAEU_Member.pdf (дата обращения 01.10.2022).
  4. Методика оценки инклюзивности экономик государств-членов ЕАЭС. URL: https://eec.eaeunion.org/upload/medialibrary/1fb/Protokol-NTS.pdf (дата обращения 01.10.2022).
  5. Шарафутдинов, Р.И., Измайлова, Д.О., Ахметшин, Э.М. Исследование национальных ключевых показателей эффективности инклюзивного роста и развития регионов Российской Федерации // Теоретическая и прикладная экономика. – 2018. – № 3. – C. 118-134.
  6. Баринова, В.А., Земцов, С.П. Инклюзивный рост и устойчивость регионов России // Регион: экономика и социология. — 2019. — № 1. — С.23-46.
  7. Михеева, Н.Н. Возможные альтернативы показателю валового регионального продукта // Проблемы прогнозирования. – 2020. — №1. – С. 32-42.
  8. Заводских, А.А. Построение индекса инклюзивного развития регионов // Псковский регионологический журнал. – 2020. — №2 (42). – C.19-41.
  9. Rytova, E., Gutman, S., Sousa, C. Regional Inclusive Development: An Assessment of Russian Regions. // Sustainability — 2021, — 13, — 5773. https://doi.org/10.3390/su13115773
  10. Лясковская, Е.А., Григорьева, К.А. Рейтинг инклюзивного развития макрорегионов Российской Федерации // Вестник ЮУрГУ. – Серия «Экономика и менеджмент». – 2018. – Т.12. — № 2. – С. 45-54.
  11. Казакова, С. М. Оценка устойчивости макрорегионов России на основе индекса инклюзивного развития // Региональная экономика. Юг России. — 2020. — Т. 8. — № 4. — С. 30–38.
  12. Гафаров, М.Р., Сафиуллин, М.Р., Ельшин, Л.А. Формализованная оценка инклюзивного экономического роста в регионах Приволжского федерального округа // Modern Economy Success. — 2021. — № 5. — С. 142-154.
  13. Мирошниченко, Т.А., Подгорская, С.В. Оценка инклюзивного развития сельских территорий регионов России // Аграрный вестник Урала. — 2022. — № 03 (218). — С. 83–94. DOI: 10.32417/1997-4868-2022-218-03-83-94.
  14. Шарафутдинов, Р.И., Герасимов, В.О., Дмитриева, И.С. Формирование инклюзивного роста и развития арктических регионов России через систему показателей человеческого капитала // Научные труды Северо-Западного института управления РАНХиГС. — 2019. — Т. 10. — № 4 (41). — С. 100-108.
  15. Севастьянова, А., Токарев, А., Шмат, В. Особенности применения концепции инклюзивного развития для регионов ресурсного типа // Регион: экономика и социология. – 2017.– № 1 (93). – С.213–236.
  16. Нагаева, О.С. Анализ уровня инклюзивного развития в ресурсных и нересурсных регионах России// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №1 (69). Номер статьи: 6905. Дата публикации: 31.01.2022. Режим доступа: https://eee-region.ru/article/6905/ DOI: 10.24412/1999-2645-2022-169-5.
  17. Поподько, Г.И. Инклюзивное развитие ресурсного региона// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №1 (65). Номер статьи: 6524. Дата публикации: 29.03.2021. Режим доступа: https://eee-region.ru/article/6524/ DOI: 10.24412/1999-2645-2021-165-24.
  18. Стали первыми: новый индекс развития регионов вывел наверх ХМАО и ЯНАО. URL: https://nangs.org/news/economics/stali-pervymi-novyj-indeks-razvitiya-regionov-vyvel-naverkh-khmao-i-yanao (дата обращения 01.10.2022).

References

  1. The Inclusive Development Index 2018. Summary and Data Highlights. Avialable at: https://www3.weforum.org/docs/WEF_Forum_IncGrwth_2018.pdf (accessed 1 October 2022).
  2. The Inclusive Growth and Development Report 2017. Avialable at: http://www3.weforum.org/docs/WEF_Forum_IncGrwth_2017.pdf (accessed 1 October 2022).
  3. Inclusive growth of the Eurasian Economic Union Member States: assessments and opportunities. Avialable at: http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/Documents/Inclusive_growth_in_EAEU_Member.pdf (accessed 1 October 2022).
  4. The Methodology on the EAEU Economies Inclusiveness Assessment [Metodika ocenki inklyuzivnosti ekonomik gosudarstv-chlenov EAEU]. Avialable at: https://eec.eaeunion.org/upload/medialibrary/1fb/Protokol-NTS.pdf (accessed 1 October 2022).
  5. Sharafutdinov, R.I., Izmajlova, D.O., Akhmetshin, E.M. (2018). Study of national key performance indicators for inclusive growth and development of regions of the Russian Federation [Issledovanie nacional’nyh klyuchevyh pokazatelej effektivnosti inklyuzivnogo rosta i razvitiya regionov Rossijskoj Federacii]. Journal Theoretical and Applied Economics [Teoreticheskaya i prikladnaya ekonomika]. No.3. Pp.118-134. (In Russ.).
  6. Barinova, V.A., Zemtsov, S.P. (2019). Inclusive growth and regional resilience in Russia [Inklyuzivnyj rost i ustojchivost’ regionov Rossii]. Journal Region: Ekonomika I Sotsiologiya [Region: ekonomika i sociologiya]. No.1. Pp.23-46. (In Russ.).
  7. Mikheeva, N.N. (2020). Possible alternatives to the gross regional product indicator [Vozmozhnye al’ternativy pokazatelyu valovogo regional’nogo produkta]. Journal Problemy Prognozirovaniya [Problemy prognozirovaniya]. No.1. Pp.32-42. (In Russ.).
  8. Zavodskikh, A.A. (2020). The calculation of the regional inclusive development index [Postroenie indeksa inklyuzivnogo razvitiya regionov] Pskov Journal of Regional Studies [Pskovskij regionologicheskij zhurnal]. No.2 (42). Pp.19-41. (In Russ.).
  9. Rytova, E., Gutman, S., Sousa, C. (2021). Regional inclusive development: an assessment of Russian Regions. Sustainability. 13, 5773. https://doi.org/10.3390/su13115773
  10. Lyaskovskaya, E.A., Grigorieva, K.M (2018). Ranking of inclusive development of macroregions of the Russian Federation [Rejting inklyuzivnogo razvitiya makroregionov Rossijskoj Federacii]. Bulletin of the South Ural State University. Series: Economics and Management [Vestnik YUUrGU. Seriya: Ekonomika i menedzhment]. v.12. No.2. Pp.45-54. (In Russ.).
  11. Kazakova, S.M. (2020). Sustainability assessment of Russian macro-regions by means of the index of inclusive development [Ocenka ustojchivosti makroregionov Rossii na osnove indeksa inklyuzivnogo razvitiya]. Journal Regional Economy. South of Russia [Regional’naya ekonomika. YUg Rossii]. v. 8. No.4. Pp.30–38. (In Russ.).
  12. Gafarov, M.R., Safiullin, M.R., Elshin, L.A. (2021). Formalized assessment of inclusive economic growth in the regions of the Volga federal district [Formalizovannaya ocenka inklyuzivnogo ekonomicheskogo rosta v regionah Privolzhskogo federal’nogo okruga]. Journal Modern Economy Success. No. 5. Pp. 142-154. (In Russ.).
  13. Miroshnichenko, T.A., Podgorskaya, S.V. (2022). Evaluation of inclusive development of rural areas of Russia regions [Ocenka inklyuzivnogo razvitiya sel’skih territorij regionov Rossii]. Agrarian Bulletin of the Urals [Agrarnyj vestnik Urala]. No. 03 (218). Pp.83–94. DOI: 10.32417/1997-4868-2022-218-03-83-94
  14. Sharafutdinov, R.I., Gerasimov, V.O., Dmitrieva, I.S. (2019). Formation of inclusive growth and development of the Arctic regions of Russia through a system of indicators of human capital [Formirovanie inklyuzivnogo rosta i razvitiya arkticheskih regionov Rossii cherez sistemu pokazatelej chelovecheskogo kapitala]. Scientific Works Of The Northwestern RANEaPS Management Institute [Nauchnye trudy Severo-Zapadnogo instituta upravleniya RANHiGS]. v.10. No.4 (41). Pp.100-108. (In Russ.).
  15. Sevastyanova,A., Tokarev, A., SHmat, V. (2017). Creating the conditions for innovation development of resource-based regions [Osobennosti primeneniya koncepcii inklyuzivnogo razvitiya dlya regionov resursnogo tipa]. Journal Region: Ekonomika I Sotsiologiya [Region: ekonomika i sociologiya]. No.1 (93). Pp.213–236. (In Russ.).
  16. Nagayeva, O.S. (2022). Analysis of inclusive development in resource-dependent and non-resource regions of Russia [Analiz urovnya inklyuzivnogo razvitiya v resursnyh i neresursnyh regionah Rossii]. Regional Economy And Management: Electronic Scientific Journal [Regional’naya ekonomika i upravlenie: elektronnyj nauchnyj zhurnal]. No.1 (69). Article number: 6905. Date of publication: 31 January 2022. Avialable at: https://eee-region.ru/article/6905/ (In Russ.). DOI: 10.24412/1999-2645-2022-169-5
  17. Popodko, G.I. (2021). The inclusive development of the resource region [Inklyuzivnoe razvitie resursnogo regiona]. Regional Economy And Management: Electronic Scientific Journal [Regional’naya ekonomika i upravlenie: elektronnyj nauchnyj zhurnal]. No.1 (65). Article number: 6524. Date of publication: 29 March 2021. Avialable at: https://eee-region.ru/article/6524/ (In Russ.). DOI: 10.24412/1999-2645-2021-165-24
  18. They became the first: the new regional development index brought the Khanty-Mansi Autonomous Okrug and the Yamalo-Nenets Autonomous Okrug to the top [Stali pervymi: novyj indeks razvitiya regionov vyvel naverh HMAO i YANAO]. Avialable at: https://nangs.org/news/economics/stali-pervymi-novyj-indeks-razvitiya-regionov-vyvel-naverkh-khmao-i-yanao (accessed 1 October 2022).

Еще в рубриках

Красноярский край