Главная страница » Публикации » №4 (72) » Пространственная организация добычи угольных ресурсов Арктической зоны РФ в современных условиях

Пространственная организация добычи угольных ресурсов Арктической зоны РФ в современных условиях

Problems of spatial organization of coal mineral and raw centers of the Arctic zone of the Russian federation in the conditions of sanction economic pressure

Авторы

Иванова Медея Владимировна
доктор экономических наук, доцент
Россия, Институт экономических проблем им Г.П.Лузина, ФИЦ КНЦ РАН
medeya999@gmail.com
Кошкарев Максим Владимирович
преподаватель
Россия, АНО «Институт деловой карьеры», г.Москва
karakas@inbox.ru

Аннотация

Актуальность статьи обусловлена необходимость повышения эффективности развития добывающей промышленности России на территории Арктической зоны. Из-за санкций, введенных против России, спрос на российский уголь на европейских рынках снижается. Европа ранее являлась привлекательным рынком для российского угля, но с августа Россия больше не сможет продавать здесь свой уголь. Теперь России приходится обращаться к более отдаленным рынкам, таким как Китай и Индия. В статье проведен анализ возможностей Северного морского пути в части транспортировки угля с учетом возможностей России в условиях санкционного давления. Обосновано значение освоения угольных месторождений в системе регионального хозяйства как источника роста, который состоит из важнейших минерально-сырьевых центров Арктической зоны Российской Федерации и создает условия для динамичного развития региона благодаря более полному использованию потенциала развития территорий.

Ключевые слова

Арктическая зона РФ, Арктика, Северный морской путь, добывающая промышленность, пространственная организация.

Рекомендуемая ссылка

Иванова Медея Владимировна , Кошкарев Максим Владимирович

Пространственная организация добычи угольных ресурсов Арктической зоны РФ в современных условиях// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №4 (72). Номер статьи: 7211. Дата публикации: 21.10.2022. Режим доступа: https://eee-region.ru/article/7211/

Authors

Ivanova Medeya Vladimirovna
doctor of economic sciences, associate professor
Russia, Institute of economic problems by G.P.Lusine
medeya999@gmail.com
Koshkarev Maksim Vladimirovich
lector
Russia, Institute of business career, Moscow
karakas@inbox.ru

Abstract

The relevance of the article is due to the need to improve the efficiency of the development of the mining industry in Russia in the Arctic zone. Due to the sanctions imposed against Russia, the demand for Russian coal in European markets is declining. Europe used to be an attractive market for Russian coal, but from August Russia will no longer be able to sell its coal here. Now Russia has to turn to less attractive markets such as China and India. The article analyzes the possibilities of the Northern Sea Route in terms of coal transportation, taking into account the possibilities of Russia in the conditions of sanctions pressure. The importance of the development of coal deposits in the system of the regional economy as a source of growth, which consists of the most important mineral resource centers of the Arctic zone of the Russian Federation and creates conditions for the dynamic development of the region due to a more complete use of the development potential of the territories, is substantiated.

Keywords

Arctic zone of the Russian Federation, Arctic, Northern Sea Route, mining industry, spatial organization.

Suggested Citation

Ivanova Medeya Vladimirovna , Koshkarev Maksim Vladimirovich

Problems of spatial organization of coal mineral and raw centers of the Arctic zone of the Russian federation in the conditions of sanction economic pressure// Regional economy and management: electronic scientific journal. ISSN 1999-2645. — №4 (72). Art. #7211. Date issued: 21.10.2022. Available at: https://eee-region.ru/article/7211/ 

Print Friendly, PDF & Email

Введение

Арктика — это единый целый регион, состоящий из морей, свободных или постоянно замерзших, или отдельных фрагментов — арктических льдов, островов и архипелагов с очень разными поверхностями. Его границы четко не определены. Однако критерий полярного круга — 66° 30′ северной широты — является наиболее широко признанным [9]. В официальных документах институтов ЕС термин «Арктическая зона» относится к области вокруг Северного полюса к северу от Полярного круга (66 ° 32 ‘северной широты).

Экономическое освоение и развитие Арктической зоны РФ (Речь идет о территориях, которые согласно Указа Президента РФ Российской Федерации от 2 мая 2014 года № 296 (с изменениями и дополнениями) отнесены к сухопутным территориям АЗ РФ) (далее АЗ РФ) в совокупности с акваториями арктических морей связано с природными ресурсами и организацией морских коммуникаций – Северного морского пути (далее СМП). СМП имеет особое значение для арктических регионов с большой протяженностью береговой линии и недостаточным развитием системы наземных коммуникаций круглогодичного действия, а также для арктических ресурсоодобывающих компаний. Геополитическое и транснациональное значение морского судоходства в Арктической зоне определено необходимостью контроля над богатыми природными ресурсами и морскими акваториями, а также транзитным значением Северного морского пути как внутреннего маршрута между северо-западными и дальневосточными регионами России. Развитие данного маршрута открывает возможности роста перевозок по трассе СМП к портам Тихоокеанского региона.

Пространственная организация добычи угольных ресурсов в АЗ РФ в первую очередь определена жесткими факторами размещения, которые определяются их расположением по отношению к крупным центрам развития, а также по отношению к основным путям сообщения, что подчеркивает значение транспортного фактора в теориях размещения.

В России развитие технической инфраструктуры, особенно развитие коммуникационная сеть, является одним из важнейших факторов, влияющих на привлечение прямых иностранных инвестиций. Экстенсивное развитие транспортной инфраструктуры может повлиять на соотношение транспортных расходов. Оценки и диагнозы российской транспортной инфраструктуры неоднократно готовились для целей различных исследований и стратегий. Вывод многих исследований был аналогичным, количественное и качественное состояние транспортной инфраструктуры в России находится на относительно низком уровне, что является препятствием для экономического и социального развития, снижая интерес иностранного капитала к инвестициям в Россию. При схожести инвестиционной привлекательности регионов выбор места все больше определяется качественными факторами, такими как наличие эффективной и надежной транспортно-коммуникационной инфраструктуры, в том числе международного значения.

Важность географического месторасположения и пространственной организации экономического хозяйства рассматривается в работах  [П.А. Минакира, Демьяненко А.Н. [8], Гранберга А.Г. [3], Ивашова Л.Г. [6] и др.] Понимание пространственных отношений между территориальными единицами (странами, регионами, муниципалитетами и т. д.) является основой законов, управляющих современной экономикой [4, 5, 7].

Освоение угольных ресурсов АЗ РФ, наряду с углеводородными проектами, также имеет большое значение, что отражено в Программе развития угольной промышленности России [13]. Программой предусмотрено создание новых центров добычи угля на новых месторождениях антрацитов на полуострове Таймыр в Арктической зоне Российской Федерации. Таким образом, развитие СМП и добыча угля в Арктике актуализируют вопрос о потенциальных возможностях реализации арктического угля в современных условиях.

 

Результаты исследования

 

1. Основные регулирующие документы

Стратегические планирующие документы России, изложенные в доктринах и федеральных законах, подчеркивают важность добывающей деятельности для Арктики и страны и необходимость перехода к новому этапу, основанному на рациональном использовании природных ресурсов, сокращении негативных экологических и социальных воздействий, а также минимизации операционных рисков. Стратегия имеет большое значение для руководства новым процессом принятия решений, однако ей не хватает законодательной поддержки. Развитие добычи полезных ископаемых в Арктике также обсуждается в региональной политике северных регионов России, в которой этот вопрос рассматривается более подробно.

В России добывающая (угольная) промышленность регулируется Российским Федеральным законом «О недрах», изданным в 1992 г., и Федеральным законом Российской Федерации «О соглашении о разделе продукции» 1995 г. Они устанавливают основу для переговоров по контрактам между государством и инвесторами на добычу полезных ископаемых для распределения доходов от производства. Согласно российскому законодательству, государство владеет всеми недрами, может нанять инвестора в качестве подрядчика по добыче полезных ископаемых, но сохраняет за собой право собственности на ресурсы. Российская система лицензирования основана на Законе о недрах, который требует от компаний, обладающих правами пользователя на землю, учитывать определенные обязательства, такие как предотвращение загрязнения промышленными отходами и соблюдение определенных технологических и экологических стандартов качества.  В 2020 году была утверждена Программа развития угольной промышленности России на период до 2035 года, определяющая приоритеты для данной отрасли. В этой Программе важная роль отводится Арктической зоне. Согласно существующим программным документам, ключевой составляющей формирующегося экономического и правового режима развития Российской Арктической зоны является формат «опорных зон развития». Согласно концепции, заложенной в Программе «Социально-экономического развития Арктической зоны Российской Федерации до 2025 года» (доработанной и утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 августа 2017 г. № 1064) [12]. Отдельно нужно выделить федеральную программу стратегического развития Арктической зоны от 2014 года, в которой заложены основы, в частности, в отношении Северного морского пути, и предлагается создать единую транспортную систему для всего региона [11]. Направления реализации данной идеи раскрываются в двух Федеральных проектах — Северный морской путь – 2024 и Северный морской путь — 2030.

На протяжении последних нескольких лет было принято более десятка нормативно-правовых актов, связанных с развитием Арктики и добывающей промышленности в ней. При этом за период июль-август 2022 г. были утверждены новые основополагающие документы, отражающие новейшие подходы к развитию Арктической зоны и угольной промышленности:

  • Морская доктрина РФ, утвержденная Указом президента РФ от 31 июля 2022 г. № 512 «Об утверждении морской доктрины Российской Федерации»;
  • Распоряжение Правительства РФ от 01.08.2022 № 2115-р «Об утверждении Плана развития Северного морского пути на период до 2035 года;
  • Постановление от 23 июля 2022 года №1318, распоряжение от 23 июля 2022 года №2019-р об изменении Кодекса торгового мореплавания, а также структуры управления СМП Росатомом, в которой 01 августа 2022 года создано ФГБУ (Федеральное государственное бюджетное учреждение) «Главное управление Северного морского пути».

В целом, хотя Россия внесла серьезные изменения в свою нормативно-правовую базу, но на практике турбулентность внешнего окружения оказывает негативной давление, приводит к отсутствию предсказуемости экономической системы, отсутствию координации, создает проблемы и риски для владельцев бизнеса и крупным инвесторам.

 

2. Санкционные ограничения (вызовы 2022)

Основным ограничением для российской угольной промышленности являются санкции ЕС. Так, в апреле 2022 года ЕС принял решение ввести угольное эмбарго в отношении России. ЕС первоначально предлагал 90-дневный переходный период для стран-членов, но по просьбе Германии и других стран он был продлен до 120 дней. Переходный период истек в полночь по местному времени 10 августа. Эмбарго официально вступило в силу с 11 августа 2022 г. В результате страны Евросоюза больше не могут импортировать российский уголь, несмотря на энергетический [14]. Эмбарго на уголь, введенное Европейским союзом, вызвало ряд негативных последствий, усугубив проблемы с поставками угля и резко подняв цены на уголь во всем мире. Поскольку глобальные поставки угля и природного газа продолжают расти, производители электроэнергии также пытаются накапливать топливо.

До того, как запрет на уголь вступил в силу, Европейский Союз уже заранее накопил огромные запасы. С марта по май 2022 года страны-члены ЕС импортировали из России угля на 28% больше, чем за тот же период прошлого года. За три месяца ЕС импортировал из России 29,4 млн тонн угля на сумму 9,3 млрд долларов США, средняя цена составляет около 317 долларов за тонну по сравнению со всего лишь 105 долларами за тонну за тот же период прошлого года. Кроме того, 45% годового импорта угля в ЕС приходится на Россию на общую сумму около 4,4 млрд долл. В 2022 году всего за три месяца было израсходовано 9,3 млрд долл. США [17].

В настоящее время Европейский союз активизирует усилия по закупке угля в таких странах, как Южная Африка, пытаясь заполнить рыночный пробел. Однако в ЕС принято считать, что, хотя уголь можно импортировать из других стран и регионов, его стоимость возрастет, а эмбарго на российский уголь также означает, что ЕС столкнется с ростом цен на электроэнергию и дальнейшими осложнениями. В этом энергетическом кризисе, который не наблюдался десятилетия, Европа оказалась в центре проблем. Экстремальные погодные условия привели к резкому падению выработки европейской гидро- и атомной энергии, а традиционные источники энергии, такие как уголь и природный газ, испытывают дефицит из-за международного положения. По-прежнему существует неопределенность в отношении того, как будет развиваться энергетический кризис, но можно предвидеть, что путь к энергетическому переходу в будущем по-прежнему будет полон проблем.

Следует отметить, что нет однозначного ответа на вопрос, сможет ли Европа найти достаточно энергии, чтобы заменить импорт российского угля, поскольку заполнение энергетических пробелов, таких как природный газ, за счет угля является сложной задачей. Перед лицом ограниченного глобального энергоснабжения многие страны пытаются сохранить традиционные источники энергии. Спрос на уголь не уменьшился, а увеличился, а ограничение выбросов углерода отошло на второй план. Многие европейские страны, включая Германию, Австрию, Нидерланды и Италию, заявили, что перезапустят угольные электростанции, чтобы сократить потребление газа.

Эмбарго на российский уголь еще больше усугубило положение стран ЕС. Возрождение значимости угля по мере роста цен на газ явно оказывает пагубное влияние на достижение целей перехода к «зеленой» энергетике. Замена угля природным газом возможны для борьбы с изменением климата, но для этого сначала нужно снизить цены. Сейчас уголь является лучшим вариантом на рынке, поскольку он дешевле всех других источников энергии. Кроме того, нехватка газа лежит в основе продолжающегося роста спроса на уголь в Европе, обусловленного спросом со стороны энергетического сектора.

Хотя глобальная трансформация энергетики в краткосрочной перспективе обратилась вспять, темпы последующей трансформации могут продолжать ускоряться. В мае 2022 года ЕС запустил программу REPowerEU, которая предусматривает дополнительный масштаб инвестиций в размере 210 млрд евро, чтобы к 2027 году покончить с зависимостью от поставок энергоносителей из России и ускорить темпы энергетического перехода ЕС. Согласно плану сокращения выбросов «Fit for 55», одобренному Европейским союзом в июле 2021 года, к 2030 году потребность ЕС в природном газе упадет на 116 миллиардов кубометров.

Конечно, растущий спрос на уголь наблюдается не только в Европе. Угольная электростанция Edgewater, принадлежащая United Energy Corp, 10 августа объявила, что продолжит работу до середины 2025 года, а не закроет электростанцию в этом году, как первоначально планировалось, из-за опасений по поводу нехватки энергии. Недавно было объявлено о строительстве пяти угольных электростанций по аналогичному плану.

В Японии гигант глобальной торговли сырьевыми товарами Glencore поставил уголь Nippon Steel Corp., крупнейшему производителю стали в Японии, по высокой цене в 375 долларов за тонну в рамках соглашения о поставках угля до марта следующего года.  В июне 2021 года годовая контрактная цена на энергетический уголь, достигнутая японской компанией Tohoku Electric Power Company и Glencore на 2021-2022 финансовый год, составляла всего 109,97 долларов США за тонну [17-18].

Уголь считается «самым грязным ископаемым источником энергии» и при сжигании выделяет больше углекислого газа, чем любое другое ископаемое топливо, а также оксиды азота и двуокись серы, которые могут серьезно загрязнить окружающую среду и нанести вред здоровью человека. Несмотря на это, перед лицом энергетического кризиса, энергетическая безопасность стала центром внимания всех стран, и уголь будет продолжать играть важную роль. Увеличение спроса на уголь может привести к перемене решения стран ЕС в отношении эмбарго угля, чтобы предотвратить внезапное прекращение энергоснабжения.

В период сложной ситуации на мировом энергетическом рынке как чистая энергия, так и ископаемая энергия должны взаимодействовать. Кризис ускорил рост расходов на чистую энергию, а опасения по поводу энергетической безопасности вызвали возобновление инвестиций в ископаемые виды топлива. Согласно ежегодному отчету об инвестициях в мировую энергетику, публикуемому МЭА, ожидается, что в этом году глобальные инвестиции в экологически чистую энергетику превысят 1,4 триллиона долларов США, что составляет почти три четверти общего роста инвестиций в энергетику. В то же время инвестиции в мировые поставки угля увеличатся на 10% в годовом исчислении по мере роста нагрузки на энергоснабжение [17, 18].

Но сегодня для решения проблемы нехватки энергоресурсов и обеспечения энергетической безопасности угольная генерация стала неизбежной для Европейского Союза. В будущем инвестиции в энергию ветра, солнечную энергию, водородную энергию, хранение энергии, энергосбережение и другие области будут продолжаться, но все это перспективы отдаленного будущего.

 

3. Новые возможности

Несмотря на ограничения уголь будет добываться и СМП будет развиваться, потому что уголь еще длительное время будет одним из наиболее востребованных источников энергии, Россия обладает крупнейшими запасами угля, в сложившихся условиях существует возможность географической диверсификации рынков сбыта.

Это позволяет искать новые направления и пути развития в изменившихся глобальных условиях. Для российской угольной отрасли эти вопросы весьма важны: Россия входит в тройку крупнейших экспортеров угля в мире. Но она должна спасти свою угольную промышленность от санкций. Китай является крупным потребителем энергии, и к энергетической безопасности относится серьезно. В начале этого года Индонезия, крупная страна-производитель угля, неожиданно объявила о запрете на экспорт угля. Международные цены на уголь резко выросли, поскольку Индонезия является крупнейшим источником импорта угля в Китай. Недостаток поставок индонезийского угля в Китай вызвал тревогу. Китай принял решение о необходимости развивать диверсифицированные каналы импорта энергии [19].

В феврале 2022 года Китай и Россия обсудили вопрос удвоения поставок угля, надеясь достичь цели по доведению экспорта российского угля в Китай до 100 млн тонн в ближайшие 3-5 лет. При этом, если цель в 100 млн тонн будет достигнута, Китай займет половину экспорта российского угля, в прошлом году экспорт российского угля в Китай увеличился на 38% до 53 млн тонн. Кроме того, китайско-российские спотовые сделки с углем рассчитываются в юанях. Стоит отметить, что с 1 мая 2022 года по 31 марта 2023 года Китай снизил импортный тариф на уголь до нуля. Различные признаки показывают, что китайско-российская торговля углем представляет собой ситуацию «взаимовыгодного сотрудничества» [19].

Переход Китая к нулевым тарифам на импорт угля в Россию в настоящее время, несомненно, является большим преимуществом для России. Основная причина, по которой Китай импортирует уголь из России намного ниже, чем Индонезия, заключается главным образом в том, что транспортировка угля между Китаем и Россией неудобна, но теперь эта проблема постепенно решена. По данным РЖД, Свердловское местное железнодорожное управление открыло новую линию контейнерного угольного экспресса, и Россия может непрерывно перевозить уголь из Пермского края в Китай. В апреле этого года Китай и Россия также достигли договоренности о том, что для увеличения грузопотока поездов в приграничных портах две страны будут постепенно увеличивать линии и поезда в приграничных портах [20].

Будучи вторым по величине рынком потребления угля в мире, Индия, конечно же, не упустит российский «дешевый уголь»: в марте этого года страна импортировала 1,04 млн тонн российского угля, что является новым максимумом с января 2020 года. Наблюдая за судами с углем, подходящими к портам на Дальнем Востоке России, Индия не может не быть «удовлетворенной»: эти российские угли разрешили кризис «нехватки угля», который преследовал страну в течение нескольких месяцев. 21 мая Индия также скорректировала ряд налогов на товары, среди которых ставка налога на импорт коксующегося угля была снижена до «нуля» [18].

В данной связи уместно выделить мнение исследователей М. В. Ивановой и А. С. Козьменко [5] о том, что на основе изучения основных подходов к пространственному управлению региональной экономикой М. В. Иванова и А. С. Козьменко  рассматривают реализацию положений пространственной экономики в случае Северного морского пути (СМП), который является центром «сборки» арктического пространства. Кроме того, раскрывается потенциал Северного морского пути как транспортно-логистической магистрали в зоне транзитных перевозок, транспортировки сырья [2]. Это подтверждают и статистические данные, на рисунках 1-2 представлена динамика грузоперевозок через СМП.

 

Рисунок 1 – Динамика груза, отправленного по СМП в течение 1933 — 2021 гг. (1000 тонн) [1, 2, 14]

 

Динамика транзитных грузов через СМП в течение 1933 - 2021 гг.

Рисунок 2 – Динамика транзитных грузов через СМП в течение 2010 — 2021 гг. (1000 тонн) [1, 2, 14]

 

Анализ динамики груза, отправленного по СМП, и транзитных грузов позволяет сделать вывод о том, что поставленные цели по развитию СМП вполне достижимы, в 2021 году грузоперевозки достигли 34,9 млн. тонн. Однако, в настоящее время объем перевозимого морским транспортом угля составляет чуть более 1% (рис.3).

 

Структура транзитных грузов через СМП, %

Рисунок 3 – Структура транзитных грузов через СМП, % [1, 2, 14]

 

Как мы видим, увеличение грузооборота по Северному морскому пути способно реализовать потенциал развития угольной промышленности Арктической зоны.

Несомненно, одним из важнейших факторов развития угледобывающей отрасли Арктики является государственное регулирование данных процессов. Отправной точкой для политического определения российской Арктики (называемой «Арктической зоной России») является указ Президента России №296 от 02.05.2014 г. «О сухопутных территориях Арктической зоны Российской Федерации», который сам по себе расширил регион по сравнению с предыдущей практикой. Указом Президента Российской Федерации №645 от 26.10.2020 г. «О Стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года» определены основные стратегические направления и целевые показатели развитие данных территорий и задействованных коммуникаций.

 

Заключение

Значение Арктической зоны для России весьма велико, это связано как с наличием огромного потенциала природных ресурсов, так и со значимостью данного региона в геополитической сфере. Несмотря на большие возможности угольная промышленность России может снизить поступательное развитие вследствие принятых против российской экономики санкций. В настоящем исследовании обосновано, что для успешного развития угольной отрасли необходимо соответствующее развитие транспортной инфраструктуры, поскольку недостаточный уровень транспортной системы может существенно ограничить дальнейшие перспективы.

Предложено совершенствование указанных процессов в контексте пространственной организации Арктической зоны при освоении ресурсов угля посредством взаимосвязи теории конкурентных преимуществ, теории полюсов роста, теории размещения с концепцией энергетических локалитетов, у которых маркерными объектами являются потенциальные ресурсы и уникальные запасы угольных ресурсов, при этом пространство выступает как экономический ресурс и как независимый производственный фактор конкурентоспособности региональной энергетической системы. Такими локалитетами, по мнению автора являются минерально-сырьевые центры Арктической зоны.

Основными вопросами развития минерально-сырьевых центров (МСЦ) Арктической зоны Российской Федерации в условиях санкционного экономического давления являются:

  • факторы экономического роста и регионального развития за счет пространственной организации региональной экономики Арктической зоны России,
  • национальные и региональные детерминанты размещения МСЦ;
  • влияние состояния Арктической зоны России на инфраструктурное обеспечение;
  • влияние загрязнения окружающей среды на экономические и социальные изменения в Арктической зоне России;
  • влияние географических условий МСЦ на экономическое и социальное положение региональной экономики;
  • децентрализация власти – необходимость местных решений местных проблем, поскольку добавление инициатив сверху является единственным способом их материализации в условиях геополитических рисков и неопределенностей.

Данный подход основан на пространственном распределении ресурсов и возможностей развития региона, то есть, организация региональной экономики арктических территорий обусловлена спецификой социально-экономических и природно-ресурсных характеристик региона с геополитическими тенденциями.

 

Список литературы

  1. Администрация СМП. 2021. Администрация Северного морского пути. URL: http://www.nsra.ru/
  2. Байназаров, Э. Севморпуть домой: объем перевозок по СМП собрались увеличить в 2,5 раза. URL: https://iz.ru/1326431/elnar-bainazarov/sevmorput-domoi-obem-perevozok-po-smp-sobralis-uvelichit-v-25-raza
  3. Гранберг, А. Г. Основы региональной экономики. М.: ГУ ВШЭ, 2006. 494 с.
  4. Иванова, М. В. Формирование региональной инновационной подсистемы: теория, методология, практика: дис. … д-ра экон. наук / Ин-т проблем региональной экономики. СПб., 2013. 348 с.
  5. Иванова, М. В. Пространственная организация морских коммуникаций Российской Арктики / М. В. Иванова, А. С. Козьменко // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. – 2021. – Т. 14. – № 2. – С. 92-104. – DOI 10.15838/esc.2021.2.74.6.
  6. Иванова, М. В. Пространственная организация морских коммуникаций Российской Арктики / М. В. Иванова, А. С. Козьменко // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. – 2021. – Т. 14. – № 2. – С. 92-104. – DOI 10.15838/esc.2021.2.74.6.
  7. Ивашов, Л. Г. Геополитика русской цивилизации. М.: Аргументы недели, 2020. 736 с.
  8. Минакир, П. А. В поисках пространственной гармонизации // Пространственная экономика. 2017. № 2. С. 7–15.
  9. Минакир, П. А., Демьяненко А. Н. Пространственная экономика: эволюция подходов и методология // Пространственная экономика. 2010. № 2. С. 6–32.
  10. Минакир, П. А. Пространственно-экономические аспекты освоения Арктики / П. А. Минакир, А. П. Горюнов // Вестник МГТУ, 2015. – Т. 18. – № 3. – С. 486-492.
  11. Постановление Правительства РФ от 21.04.2014 N 366 (ред. от 31.03.2020) «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации»
  12. Постановление Правительства РФ от 30.03.2021 N 484 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации»
  13. Распоряжение Правительства РФ «Об утверждении Программы развития угольной промышленности России на период до 2035 года» 13.06.2020 N 1582-р»//Справочно-правовая система КонсультантПлюс. URL:http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_355241/0fd442d57de41081cd4cd6ea295e04660e710947/
  14. Росатомфлот. 2021. Северный морской путь. URL: http://www.rosatomflot.ru/o-predpriyatii/deyatelnost/
  15. Coking coal prices: China’s major cities. URL: https://www.mysteel.net/price/346554_price/Coking-coal-prices—Chinas-major-cities.html
  16. Combes, P.P., Mayer, T. and Thisse, J-F., (2009), Economic Geography: The Integration of Regions and Nations. Princeton University Press
  17. СМП как национальная и международная транспортная коммуникация. Атомный флот. 05.05.2010.
  18. World Energy Investment 2022. URL: https://www.iea.org/reports/world-energy-investment-2022
  19. 中国4月进口俄罗斯焦煤创下新高!印度也行动:将煤炭进口税率降至零. <<Апрельский импорт коксующегося угля в Китай из России достиг нового максимума! Индия тоже снизила налог на импорт угля до нуля>>. URL: https://coal.in-en.com/html/coal-2614634.shtml
  20. 中国将俄煤炭关税降为零,美媒望政府出手阻止,白宫表示无能为力. <<Китай снижает тарифы на российский уголь до нуля, СМИ США надеются, что правительство это остановит, Белый дом говорит, что ничего нельзя сделать>>. URL: https://coal.in-en.com/html/coal-2614634.shtml

 

Bibliography

  1. Administration of the NSR. 2021. Administration of the Northern Sea Route [Administratsiya SMP. 2021. Administratsiya Severnogo morskogo puti]. URL: http://www.nsra.ru/
  2. Baynazarov, E. Northern Sea Route home: the volume of traffic along the NSR is going to be increased by 2.5 times [Sevmorput’ domoy: ob»yem perevozok po SMP sobralis’ uvelichit’ v 2,5 raza]. 2022. URL: https://iz.ru/1326431/elnar-bainazarov/sevmorput-domoi-obem-perevozok-po-smp-sobralis-uvelichit-v-25-raza
  3. Granberg, A. G. Fundamentals of the regional economy [Osnovy regional’noy ekonomiki]. M.: GU VSHE, 2006. 494 p.
  4. Ivanova, M. V. Formation of the regional innovation subsystem: theory, methodology, practice [Formirovaniye regional’noy innovatsionnoy podsistemy: teoriya, metodologiya, praktika]: dis. … Dr. Econ. Sciences / Institute of problems of regional economics. SPb., 2013. 348 p.
  5. Ivanova, M. V. Spatial organization of sea communications of the Russian Arctic [Prostranstvennaya organizatsiya morskikh kommunikatsiy Rossiyskoy Arktiki]/ M. V. Ivanova, A. S. Kozmenko // Economic and social changes: facts, trends, forecast. — 2021. — T. 14. — No. 2. — S. 92-104. – DOI 10.15838/esc.2021.2.74.6.
  6. Ivanova, M. V. Spatial organization of sea communications in the Russian Arctic [Prostranstvennaya organizatsiya morskikh kommunikatsiy Rossiyskoy Arktiki]/ M. V. Ivanova, A. S. Kozmenko // Economic and social changes: facts, trends, forecast. — 2021. — T. 14. — No. 2. — S. 92-104. – DOI 10.15838/esc.2021.2.74.6.
  7. Ivashov, L. G. Geopolitics of Russian civilization [Geopolitika russkoy tsivilizatsii]. M.: Arguments of the week, 2020. 736 p.
  8. Minakir, P. A. In search of spatial harmonization [V poiskakh prostranstvennoy garmonizatsii]// Spatial Economics. 2017. No. 2. P. 7–15.
  9. Minakir, P. A., Demyanenko A. N. Spatial Economics: Evolution of Approaches and Methodology [Prostranstvennaya ekonomika: evolyutsiya podkhodov i metodologiya]// Spatial Economics. 2010. No. 2. S. 6–32.
  10. Minakir, P. A. Spatial and economic aspects of the development of the Arctic [Prostranstvenno-ekonomicheskiye aspekty osvoyeniya Arktiki] / P. A. Minakir, A. P. Goryunov // Bulletin of MSTU, 2015. — V. 18. — No. 3. — P. 486-492.
  11. Decree of the Government of the Russian Federation of April 21, 2014 N 366 (as amended on March 31, 2020) «On approval of the state program of the Russian Federation «Socio-economic development of the Arctic zone of the Russian Federation» [Ob utverzhdenii gosudarstvennoy programmy Rossiyskoy Federatsii «Sotsial’no-ekonomicheskoye razvitiye Arkticheskoy zony Rossiyskoy Federatsii]
  12. Decree of the Government of the Russian Federation of March 30, 2021 N 484 «On approval of the state program of the Russian Federation «Socio-economic development of the Arctic zone of the Russian Federation» [Ob utverzhdenii gosudarstvennoy programmy Rossiyskoy Federatsii «Sotsial’no-ekonomicheskoye razvitiye Arkticheskoy zony Rossiyskoy Federatsii]
  13. Decree of the Government of the Russian Federation “On approval of the Program for the development of the coal industry of Russia for the period up to 2035” 06/13/2020 N 1582-r [Ob utverzhdenii Programmy razvitiya ugol’noy promyshlennosti Rossii na period do 2035 goda]//Reference legal system ConsultantPlus. URL:http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_355241/0fd442d57de41081cd4cd6ea295e04660e710947/
  14. Rosatomflot. 2021. Northern Sea Route [Rosatomflot. 2021. Severnyy morskoy put’]. URL: http://www.rosatomflot.ru/o-predpriyatii/deyatelnost/
  15. Coking coal prices: China’s major cities. URL: https://www.mysteel.net/price/346554_price/Coking-coal-prices—Chinas-major-cities.html
  16. Combes, P.P., Mayer, T. and Thisse, J-F., (2009), Economic Geography: The Integration of Regions and Nations. Princeton University Press
  17. PROATOM. NSR as a national and international transport communication [PROATOM. SMP kak natsional’naya i mezhdunarodnaya transportnaya kommunikatsiya. Atomnyy flot]. Nuclear fleet. 05/05/2010.
  18. World Energy Investment 2022. URL: https://www.iea.org/reports/world-energy-investment-2022
  19. 中国4月进口俄罗斯焦煤创下新高!印度也行动:将煤炭进口税率降至零. <<April imports of coking coal to China from Russia reached a new high! India also reduced the tax on coal imports to zero>>. URL: https://coal.in-en.com/html/coal-2614634.shtml
  20. 美媒望政府出手阻止,白宫表示无能为力. <<China cuts tariffs on Russian coal to zero, US media hope the government will stop it, White House says nothing can be done>>. URL: https://coal.in-en.com/html/coal-2614634.shtml

Еще в рубриках

Региональная экономика