Региональная экономика и управление: электронный научный журнал // Номер журнала: №4 (64), 2020

Роль местных сообществ в достижении устойчивого территориального развития

The role of local communities in achieving sustainable development

Авторы


кандидат экономических наук, доцент, старший научный сотрудник
Россия, Федеральный исследовательский центр «Кольский научный центр Российской академии наук»
elenakorchak@mail.ru

Аннотация

Современная идея человечества – устойчивое территориальное развитие, согласованность экономической, социальной и экологической составляющих которого определяется вертикальной интеграцией всех уровней управления и согласованностью формируемой в целях достижения такого развития политикой на глобальном, национальном, региональном и местном уровнях. Цель настоящего исследования составил анализ роли местных сообществ в достижении устойчивого территориального развития; методы – общенаучные методы познания экономических явлений и методы институционального анализа. В ходе исследования обосновано, что важнейшую роль в достижении устойчивого территориального развития играют местные сообщества – социальные системы, обладающие свойствами территориальной компактности, ресурсной обеспеченности и общественными потребностями, социальной самоидентификации, а также способностью к воспроизводству и наличием элементов самоуправления. Системообразующими элементами местных сообществ являются население, территория, социальное взаимодействие, а также местное самоуправление, определяющее на основе ресурсных возможностей местного сообщества муниципальную политику. Механизмами достижения устойчивого территориального развития являются местные повестки дня – долгосрочные стратегии устойчивого территориального развития, основанные на принципах экономической, экологической и социальной устойчивости, и на формирование и реализацию которых огромное влияние оказывают приоритеты федеральной и региональной социально-экономической политики, а также деятельность хозяйствующих субъектов.

Ключевые слова

Местное сообщество, устойчивое территориальное развитие, муниципальная политика, благосостояние населения.

Финасирование

Публикация базируется на результатах выполнения НИОКТР АААА-А18-118051590115-9 «Социальные аспекты управления саморазвитием регионов и местных сообществ в Российской Арктике».

Рекомендуемая ссылка
Корчак Елена Анатольевна
Роль местных сообществ в достижении устойчивого территориального развития// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №4 (64). Номер статьи: 6411. Дата публикации: . Режим доступа: https://eee-region.ru/article/6411/
Authors

Korchak Elena Anatolievna
Associate Professor in Economics, senior researcher
Russia, Federal Research Centre “Kola Science Centre of the Russian Academy of Scieces”
elenakorchak@mail.ru

Abstract

The world's current idea is sustainable territorial development with economic, social and ecological alignment determined by the vertical integration of all management levels and the synergy of global, national, regional and local policies generated to secure this development. The purpose of this research was to review the role of local communities in achieving sustainable territorial development. Its methods included general scientific methods of obtaining knowledge about economic phenomena and institutional analysis methods. The research justified the essential role of local communities in achieving sustainable territorial development. These are social systems that have territorial compactness, sufficient resources and public needs, social self-identification, reproducibility and availability of self-government elements. The backbone elements of the local communities include their population, area, social interaction, as well as local self-government determining a municipal policy based on the resources available in the local community. The vehicles that help to achieve sustainable territorial development include local agenda such as long-term territorial sustainable development strategies based on the principles of economic, environmental and social sustainability which formation and implementation is hugely impacted by federal and regional social and economic policy priorities and business activities.

Keywords

Local community, sustainable development, municipal policy, welfare of the population.

Project finance

The publication is based on the results of R&D AAAA-A18-118051590115-9 “Social aspects of self-development management of regions and local communities in the Russian Arctic”.

Suggested Citation
Korchak Elena Anatolievna
The role of local communities in achieving sustainable development. Regional economy and management: electronic scientific journal. №4 (64). Art. #6411. Date issued: 2020-11-05. Available at: https://eee-region.ru/article/6411/

Print Friendly, PDF & Email

Введение

Острейшие глобальные проблемы человечества (перенаселение планеты, загрязнения окружающей среды, ограниченность природных ресурсов) привели к появлению в конце прошлого века концепции устойчивого развития. Основная идея человечества сегодня – общественно-территориальное развитие, в котором хозяйственная деятельность человека осуществляется на принципах рационального природопользования и обеспечения высоких стандартов благосостояния населения. Согласованность экономической, социальной и экологической составляющих устойчивого развития в рамках взаимодействия человека, экономической системы и природы на глобальном, национальном, региональном и местном уровнях определяется эффективностью управления – вертикальной интеграцией всех уровней управления и согласованностью разработки политики в достижении целей устойчивого территориального развития.

Вопросам достижения устойчивого территориального развития посвящены доклады Римского клуба (The Club of Rome) – международной общественной организации, цель деятельности которой состоит в привлечении внимания мировой общественности к глобальным проблемам отношений природы и человека – человечества, экономических систем и окружающей среды. Один из таких докладов – «The capacity to govern» (Способность к управлению; 2001 г.), в котором  профессор политологии Еврейского университета (Иерусалим, Израиль) И. Дрор (Y. Dror) на основе анализа проблем глобального управления и недостатков современных форм государственного управления обосновывает тезис о том, что «большинство повседневных проблем управления носит локальный характер и, соответственно, требует местной ответственности, при этом субсидиарность должна подчиняться директивам вышестоящих уровней управления [1, с. 4-6]».

 

Цель и методы исследования

Цель исследования заключалась в определении роли местных сообществ в достижении устойчивого территориального развития с применением общенаучных методов познания экономических явлений и методов институционального анализа.

 

Результаты исследования и их обсуждение

В 1976 г. на Первой международной конференции ООН (Хабитат I) в г. Ванкувере (Канада) одной из глобальных проблем, препятствующих достижению устойчивого территориального развития, была признана проблема урбанизации: «Сегодня населенные пункты развиваются не с учетом удовлетворения реальных человеческих потребностей, а в целях продвижения интересов крупных корпораций… В развитии населенных пунктов необходимы решения, которые делают экономические намерения слугой, а не хозяином человеческого духа [2]». По итогам этой конференции в 1977 г. были созданы межправительственный орган «Комиссия ООН по населенным пунктам» и исполнительный секретариат Комиссии – «Центр ООН по населенным пунктам Хаббитат»; в 1978 г. ООН была основана Программа по населенным пунктам ООН-Хабитат (The United Nations Human Settlements Programme, UN-HABITAT) – программа содействия устойчивому территориальному развитию.

Важным шагом в определении роли местных сообществ в достижении устойчивого территориального развития стало создание для стран – участниц Совета Европы в 1985 г. Европейской хартии местного самоуправления (ETS N 122) [3], обязавшей в таких странах конституционное закрепление регламентирующих независимость населенных пунктов юридических норм. Фундаментальными принципами местного самоуправления стали конституционное регулирование автономии местного самоуправления, его политической, административной и финансовой независимости, субсидиарности, а также контроля значительной части публичных обязательств в интересах местных сообществ. В 1992 г. Европейской хартией городов были закреплены принципы эффективного управления городским хозяйством в рамках реализации прав местных сообществ на безопасность, «здоровую» окружающую среду, занятость, жилье, мобильность, здоровье, спорт, культуру и устойчивое территориальное развитие [4, с. 17; 5, с. 143].

В 1994 г. Комитетом министров Совета Европы был учрежден Конгресс местных и региональных властей, основной ролью которого стало представительство местных органов самоуправления стран – участниц Совета Европы, в т.ч. в вопросах содействия местной демократии и укрепления местного самоуправления в соответствии с Европейской хартией местного самоуправления [3]. В этом же году в г. Ольборге (Дания) участниками Европейской Конференции по устойчивому развитию больших и малых городов Европы в Хартии «Города Европы на пути к устойчивому развитию» [6] была актуализирована ключевая роль местных сообществ в достижении устойчивого территориального развития – процессах изменения стиля общественной жизни, моделей потребления и производства, пространственной структуры размещения производства и расселения. Подписавшие Хартию представители больших и малых европейских городов обязались включиться в процесс разработки местных повесток дня на XXI век посредством подготовки собственных долгосрочных стратегий устойчивого территориального развития, основанных на принципах экономической, экологической и социальной устойчивости. Само понятие устойчивого территориального развития в документе было определено как созидательный местный процесс, направленный на достижение сбалансированности городского развития на основе эффективного самоуправления, повышения эффективности использования природных ресурсов, снижения нагрузки на природный капитал, а также стремления к социальной справедливости. Под последней подразумевалось снижение неравномерности распределения материальных благ и услуг, обеспечение социальных потребностей населения, повышение качества жизни и обеспечение долговременной занятости.

Следующим шагом в определении роли местных сообществ в достижении устойчивого территориального развития стали Стамбульская декларация по населенным пунктам и Повестка дня Хабитат (II Конференция ООН по населенным пунктам, г. Стамбул, Турция, 1996 г.). Первым документом были закреплены обязательства государств и правительств по достижению устойчивого территориального развития населенных пунктов (решение проблем неустойчивых структур потребления и производства, демографических изменений, бездомности и роста нищеты, безработицы, деградации окружающей среды), вторым – всемерный план действий по устойчивому территориальному развитию населенных пунктов (включающий вопросы эффективного городского планирования и укрепления финансового и институционального потенциалов местных сообществ).

В 2001 г. Мировому сообществу был представлен доклад ООН «Cities in a Globalizing World: Global Report on Human Settlements 2001» [7], в котором содержались результаты исследования условий и тенденций развития населенных пунктов со времени проведения Хабитат II. В ходе проведенного исследования авторы обосновали тенденции усугубления социального неравенства, пространственной сегрегации и социальной изоляции, а именно: неравномерное распределение выгод и издержек глобализации (снижение реальных доходов населения, рост стоимости жизни, увеличение числа малоимущих домохозяйств) и не сбалансированный характер глобализации (несбалансированность целей глобализации с ролью правительств, частного сектора и гражданского общества в механизмах сотрудничества). Общим итогом доклада стал вывод о том, что именно местные сообщества являются связующим звеном между глобализацией и развитием человеческого потенциала: «специфические и функциональные особенности местных сообществ имеют весомое значение в достижении устойчивого территориального развития, поскольку именно на основе расширения возможностей участия местных сообществ в управлении территориальным развитием увеличиваются шансы достижения социальной справедливости и экологической устойчивости… именно местные сообщества сегодня должны играть роль «агентов перемен» и основных «акторов достижения» устойчивого территориального развития [8]». Особого, по мнению авторов исследования, внимания требует необходимость проведения на местном уровне эффективной политики в отношении малоимущих слоев населения в целях развития их нереализованного потенциала с пользой для всего общества.

В этом же году на специальной сессии Генеральной ассамблеи (с учетом выводов глобального доклада «Cities in a Globalizing World: Global Report on Human Settlements 2001») Декларацией о городах и других населенных пунктах в новом тысячелетии в очередной раз было подтверждено особо важное значение «развития населенных пунктов как ключевого фактора устойчивого территориального развития [8]».

В 2012 г. ООН – Хабитат был представлен инструментарий для измерения устойчивости городов «Индекс благосостояния города» [2], в дальнейшем (2013 г.) преобразовав его в глобальную Инициативу по повышению благосостояния городов – глобальную платформу сопоставления уровня развития городов и выявления проблем в благосостоянии местных сообществ.

Сегодня в состав программ ООН – Хабитат входят следующие [2]:

  • Программа локализации Повестки дня на XXI век, реализующая в местных сообществах отдельные мероприятия Повестки дня на XXI век;
  • Программа борьбы со стихийными бедствиями, реализующая мероприятия по ликвидации последствий стихийных бедствий на локальном уровне;
  • Программа обмена опытом и методикой местного управления в целях повышения благосостояния населения;
  • Программа устойчивого развития городов, направленная на укрепление потенциалов местных сообществ.

Для практической поддержки в разработке местных стратегий устойчивого территориального развития в 2013 г. был создан онлайн-инструментарий «Справочная основа для устойчивых городов» (RFSC) – многоцелевой механизм принятия решений и коммуникаций, содержащий обширную базу соответствующих показателей и специальную документацию [9]. В состав управляющей команды такого механизма вошли, в том числе, Совет европейских муниципалитетов и регионов (The Council of European Municipalities and Regions, CEMR), объединивший национальные ассоциации местных и региональных правительств из 41 европейской страны и Центр исследований и экспертизы рисков, окружающей среды, мобильности и развития (Centre d’études et d’expertise sur les risques, l’environnement, la mobilité et l’aménagement, CEREMA). Суть проекта заключается в оказании помощи в разработке комплексных программ городского развития и местных стратегий реализации Целей устойчивого развития, а также в оценке текущих стратегий устойчивого территориального развития на основе определения приоритетов и целей местного развития, мероприятий по их достижению и выбора индикаторов для системы мониторинга реализации таких программ и стратегий. Среди параметров европейского видения городов будущего в проекте была определена территориальная устойчивость как способность местного сообщества к самоорганизации и адаптации к меняющимся условиям жизнедеятельности – достижениям научно-технического прогресса, климатическим изменениям, последствиям стихийных бедствий и техногенных катастроф, политическим беспорядкам и социальной напряженности.

В 2014 г. в целях повышения прозрачности управленческой деятельности и повышения доверия населения к органам местного самоуправления Международной организацией по стандартизации (International Organization for Standardization, ISO) были разработаны стандарты качества муниципального управления – ISO 18091 и ISO 37120. Стандарт ISO 18091 «Системы менеджмента качества. Руководящие указания по применению ISO 9001:2008 в местном самоуправлении» изначально содержал 39 показателей и систему оценки основных направлений деятельности органов местного самоуправления – институтов управления (совершенствование институциональной среды), экономической (устойчивое экономическое развитие) и социальной (всестороннее социальное развитие) сфер, поддержания соответствующего уровня окружающей среды (стабильное экологическое развитие). Среди показателей устойчивого экономического развития – продвижение инновационных экономических инициатив, стимулирование возможностей трудоустройства, продовольственная безопасность, стимулирование развития туризма, развитие транспортной и дорожной инфраструктур, содействие развитию малого и среднего предпринимательства; показателей всестороннего социального развития – стимулирование развития отраслей социальной сферы, стимулирование этнической и социальной интеграции; показателей стабильного экологического развития – ответственность за чистоту и вывоз мусора, эффективность системы землеустройства и охрана природных ресурсов. С применением такого стандарта в практике муниципального управления определяются проблемы социально-экономического развития местных сообществ и обосновываются задачи и приоритетные направления внедрения информационно-технологических решений в различных сферах жизнедеятельности местных сообществ [10].

Стандарт ISO 37120 «Устойчивое развитие населенных пунктов — показатели оценки услуг и городского качества жизни» [11] содержит систему показателей для оценки эффективности работы городских служб и предоставляемых муниципальных услуг. По таким показателям оценивается эффективность деятельности органов местного самоуправления в сфере благосостояния населения и эффективность стратегического управления местным сообществом (в 2019 г. стандарт был дополнен стандартами ISO 37122 «Устойчивые города – сообщества – показатели для умных городов» и ISO 37123 «Устойчивые города и сообщества – индикаторы устойчивости городов»).

Идентичным стандарту ISO 37120 в РФ стал стандарт ГОСТ Р ИСО 37120-2015 «Устойчивое развитие сообщества. Показатели городских услуг и качества жизни» (таблица 1).

 

Таблица 1 – Основные показатели благосостояния населения, характеризующие устойчивое территориальное развитие местного сообщества в России в соответствии с ГОСТом Р ИСО 37120-2015 [12]

Раздел Показатели
Экономика — уровень безработицы в городе;
— доля городского населения, живущего за чертой бедности
Образование — доля учащихся, получивших начальное образование;
— доля учащихся, получивших среднее образование
Энергетика — доля городского населения, имеющего санкционированное подключение к электросети
Окружающая среда — концентрация мелкодисперсных взвешенных частиц (РМ2.5);
— концентрация взвешенных частиц (РМ10);
— выбросы парниковых газов в тоннах на душу населения
Ликвидация пожаров и чрезвычайных ситуаций — количество пожарных на 100000 жителей;
— количество погибших в пожарах на 100000 жителей;
— количество погибших от природных катастроф на 100000 жителей
Здравоохранение — средняя продолжительность жизни;
— количество стационарных койко-мест в больницах на 100000 жителей;
— количество врачей на 100000 жителей;
— смертность детей в возрасте до 5 лет на 1000 младенцев, рожденных живыми
Безопасность — количество полицейских на 100000 жителей;
— количество убийств на 100000 жителей
Кров — доля городского населения, проживающего в трущобах
Твердые отходы — доля городского населения, обеспеченного услугой регулярного вывоза ТБО
Телекоммуникации и инновации — количество подключений к интернету в расчете на 100000 жителей;
— количество подключений к сотовой связи в расчете на 100000 жителей
Транспорт — километраж системы общественного транспорта высокой пропускной способности в расчете на 100000 жителей;
— километраж системы легковесного общественного транспорта в расчете на 100000 жителей
Градостроительство — площадь зеленых насаждений (в гектарах) на 100000 жителей
Сточные воды — доля городского населения, обеспеченного услугой отвода сточных вод;
— доля городских стоков, которые не проходят очистку
Вода и санитарно-гигиенические условия — доля городского населения, подключенного к питьевому водоснабжению;
— доля городского населения, имеющего постоянный доступ к улучшенной системе водоснабжения;
— доля городского населения, имеющего доступ к качественным санитарно-гигиеническим условиям

 

В системе показателей представлены основные (обязательные к использованию для оценки эффективности оказания услуг), вспомогательные (рекомендуемые) и профильные (базовые) статистические данные и исходные сведения. Так, в состав основных показателей, характеризующих экономику местных сообществ, входят показатели «доля бедного населения», среди вспомогательных – «доля населения, имеющего постоянную работу» и «уровень безработицы среди молодежи»; основных показателей, характеризующих сферу здравоохранения, – «средняя продолжительность жизни», вспомогательных – «количество самоубийств на 100000 жителей»; основных показателей, характеризующих безопасность жизнедеятельности, – «количество полицейских на 100000 жителей», вспомогательных – «время реагирования органов полиции на первичный вызов». Основная цель применения такого ГОСТа состоит в отслеживании и контроле прогресса в эффективности функционирования местного сообщества.

Общее видение будущей городской экономики до 2036 г. Было представлено в июле 2016 г. в г. Сурабая (Индонезия) в Установочном документе №7 «Стратегии экономического развития городов» Подготовительного комитета Конференции ООН по жилью и устойчивому городскому развитию. В рамках обоснования важности жизнедеятельности городов в достижении целей устойчивого территориального развития документом были определены ключевые принципы (инклюзивность, правовое обеспечение и сбалансированность экономического роста и городского развития) и благоприятные условия укрепления городской экономики, создания рабочих мест и повышения благосостояния населения (управляемость и подотчетность локальных, региональных и национальных институтов, поддержка предпринимательской активности и инновационной деятельности, социальное партнерство, качественная инфраструктура) [13].

В новейшей Программе развития городов, представленной в 2016 г. на Конференции ООН по жилью и устойчивому городскому развитию (Хабитат III) в г. Киото (Эквадор), была представлена парадигма городского развития, в число постулатов которой вошли следующие [14]:

  • устойчивое городское развитие в интересах социальной интеграции на основе эффективной пространственной организации (распределение возможностей и преимуществ урбанизации в целях реализации человеческого потенциала), координации взаимодействия органов государственной власти, органов местного самоуправления, неправительственных и некоммерческих организаций в целях привлечения инвестиций в городское развитие и пр.;
  • устойчивое и всеобщее городское процветание: последовательный устойчивый экономический рост при полной производительной занятости на основе внутреннего потенциала местных сообществ, их конкурентных преимуществ и местных ресурсов, внедрение моделей устойчивого потребления и производства, создание благоприятных условий для предпринимательской деятельности и инноваций и т.д.;
  • экологически устойчивое и стабильное городское развитие, в т.ч. содействие рациональному потреблению природных ресурсов на основе экологически рационального территориального планирования.

Таким образом, особое внимание мирового сообщества в контексте достижения устойчивого территориального развития сегодня обращено на развитие населенных пунктов – административно-территориальные единицы, объединяющие территориальные поселения, и продуцирующие необходимые изменения на региональном, национальном и глобальном уровнях.

В различных странах административно-территориальные единицы различаются по уровням в зависимости от правового положения, территориального подчинения, структурных задач территориального управления. Например, нижней административно-территориальной единицей Финляндии является община: в 19 провинциях страны расположены 311 муниципалитетов, включающих районы и деревни. В Лапландии (Lapin maakunta) расположен 21 муниципалитет, крупнейший из который – столица региона г. Рованиеми (Rovaniemi) c населением более 63 тыс. чел. (2020 г.). В Северной Остроботнии (Pohjois-Pohjanmaa) расположено 30 муниципалитетов, в т.ч. административный центр г. Оулу (Oulu) с численностью населения около 204 тыс. чел. В провинции Кайнуу (Kainuun maakunta) – 8, в т.ч. административный центр Каяна (Kajaani) с населением 36,7 тыс. чел.

На севере Канады [15] населенные пункты – это местные сообщества или их взаимосвязанные группы с численностью не менее 1 тыс. чел. и плотностью не менее 0,4 тыс. чел. на 1 кв. км. Территория Нунавута (Nunavut) объединяет 25 муниципалитетов (город Икалуит, Iqaluit –столица территории с численностью населения около 7,7 тыс. чел., и сельские поселения). В состав Северо-Западных территорий (Northwest Territories) входят крупнейшая община и столица региона – Йеллоунайф (Yellowknife) с численностью населения менее 20 тыс. чел. (2017 г.), деревня Форт-Симпсон (Fort Simpson) с численностью населения 1,2 тыс. чел., община Тлычо (Tłıchǫ), а также сельские поселения. Юкон (Yukon) включает 8 муниципалитетов, имеющих статус города или официальное название – деревня или город. Крупнейший муниципалитет – город Уайтхорс (Whitehorse), где проживает практически 70% населения Юкона, самый малочисленный – деревня Теслин (Teslin) с численностью населения около 120 чел.

Территория Аляски (США) подразделяется на бороу (16 единиц, в т.ч. муниципалитет Анкориджа – Anchorage с численностью населения 288 тыс. чел.), неорганизованные бороу (специфика «неорганизованности» которых обусловлена этнической составляющей населения, в т.ч. отсутствием заинтересованности в формировании органов местного самоуправления) и статистически обособленную местность Эвансвилл. Муниципалитеты штата подразделяются на управляемые (имеющие уставы и широкий спектр законодательных полномочий) и общего права (не имеющие уставов и наделяемые полномочиями «сверху»). На территории штата функционируют 6 консолидированных городских органов власти, среди них – округ и город Джуно (City and Borough of Juneau) – столица Аляски с численностью населения более 32 тыс. чел., управляемые Ассамблеей города и района.

В арктическую зону Норвегии входят провинция Свальбард (Svalbard) на интегрированной территории Шпицбергена (административный центр – Лонгийр, Longyearbyen с численностью населения более 2,3 тыс. чел., управляемый общинным советом); а также округа Тромс и Финнмарк (Troms og Finnmark), включающий 39 муниципалитетов, и Нурланн (Nordland), включающий 41 коммуну сельского или городского типа [16]. Столица первого – Тромсе (Tromsø) с общей численностью населения 64,4 тыс. чел. (2018 г.), второго – Буде (Bodø) с численностью населения 52,3 тыс. чел. (2020 г.).

В Российской Федерации в качестве административно-территориальных единиц законодательно закреплены муниципальные образования – муниципальный район, городское или сельское поселение, городской округ, городской округ с внутригородским делением, муниципальный округ, внутригородской район, внутригородская территория города федерального значения. Так, в состав Мурманской области (административный центр – г. Мурманск с численностью населения 287,8 тыс. чел.) в качестве административно-территориальных единиц (таблица 2) входят 6 районов, 6 городов областного значения и 5 закрытых административно-территориальных образований (ЗАТО); в рамках муниципального устройства – 12 городских округов и 5 муниципальных районов, в т.ч. 13 городских и 10 сельских поселений.

 

Таблица 2 – Административно-территориальное деление Мурманской области [17]

Поселение Населенные пункты
город Мурманск Г. Мурманск, в т.ч. Ленинский, Первомайский и Октябрьский округа
город Апатиты с подведомственной территорией г. Апатиты, н.п. Тик-Губа, ж.-д. ст. Хибины
город Кировск с подведомственной территорией г. Кировск, н.п. Коашва, н.п. Титан
город Мончегорск с подведомственной территорией г. Мончегорск, н.п. Лапландский заповедник, н.п. 25 км железной дороги Мончегорск – Оленья, н.п. 27 км железной дороги Мончегорск – Оленья
город Оленегорск с подведомственной территорией г. Оленегорск, н.п. Высокий, с. Имандра, ж.-д. ст. Лапландия, ж.-д. ст. Ягельный Бор
город Полярные Зори с подведомственной территорией г. Полярные Зори, н.п. Африканда, н.п. Зашеек
Ковдорский район г. Ковдор, с. Ёна, н.п. Ёнский, н.п. Куропта, н.п. Лейпи, н.п. Риколатва
Кандалакшский муниципальный район г.п. Кандалакша; г.п. Зеленоборский; с.п. Алакуртти; с.п. Зареченск
Кольский муниципальный район г.п. Кола; г.п. Верхнетуломский; г.п. Кильдинстрой; г.п. Молочный; г.п. Мурмаши; г.п. Туманный; с.п. Междуречье; с.п. Пушной; с.п. Териберка; с.п. Тулома; с.п. Ура-Губа
Ловозерский муниципальный район пгт. Ревда; с.п. Ловозеро
Печенгский муниципальный район г.п. Никель; г.п. Заполярный; г.п. Печенга; с.п. Корзуново; г.п. Умба; с.п. Варзуга
ЗАТО Александровск административные округа: Гаджиево, Полярный, Снежногорск
ЗАТО город Североморск г. Североморск, пгт. Сафоново, н.п. Северомосрк-3, н.п. Щукозеро
ЗАТО город Островной г. Островной, н.п. Корабельное, с. Лумбовка, н.п. Маяк Городецкий, н.п. Мыс Черный, н.п. Святой Нос, н.п. Терско-Орловский Маяк
ЗАТО город Заозёрск г. Заозёрск
ЗАТО поселок Видяево пос. Видяево, н.п. Чан-Ручей

 

В системе правовых категорий населенный пункт – это муниципальное образование, ядро которого образует местное сообщество. Местное сообщество оказывает влияние на формирование муниципальной политики в сфере достижения устойчивого территориального развития и как социальная система обладает такими свойствами, как компактность проживания на обозначенной географическими, экономическими и иными границами территории; ресурсная обеспеченность для удовлетворения основных потребностей жизнедеятельности; способность к воспроизводству территориальной группы населения и среды жизнедеятельности; социальная самоидентификация; общие потребности в организации условий жизнедеятельности; наличие элементов самоуправления [18, с. 5; 19, с. 49-50; 20, с. 262].

Системообразующими элементами местного сообщества являются население, территория, социальное взаимодействие, а также местное самоуправление, определяющее муниципальную политику на основе ресурсных возможностей местного сообщества. В Российской Федерации местное самоуправление в административно-территориальных единицах на местном уровне осуществляется в соответствии с Конституцией непосредственно «населением или через выборные органы местного самоуправления, наделенные собственными полномочиями по решению вопросов местного значения. В пределах муниципального образования формируется местный бюджет поселения, определяется муниципальная собственность, а также используются природные, экономические и человеческие ресурсы [21]».

Важным аспектом в управлении развитием муниципального образования является оптимальная поддержка государства местному сообществу [22, с. 144]: на федеральном уровне формируется общее видение развития общества (вырабатывается национальная стратегическая цель) и осуществляется децентрализация полномочий и ресурсов (на принципах субсидиарности и вертикальной интеграции) на региональный и местный уровни управления (здесь происходит интеграция экономических, социальных и экологических аспектов устойчивого территориального развития между региональными органами власти, органами местного самоуправления, бизнесом и местными сообществами).

Формирование и реализация муниципальной политики с позиций устойчивого территориального развития включает ряд взаимосвязанных и последовательно решаемых задач: анализ социально-экономического положения муниципального образования, выбор генеральной цели и реализующих ее подцелей, направлений и общей стратегии устойчивого территориального развития, разработка механизмов реализации такой стратегии. При этом основной задачей органов местного самоуправления является обеспечение комплексного решения вопросов обслуживания населения и достижение, тем самым, устойчивого территориального развития посредством взаимосогласованных действий региональных органов государственной власти и органов местного самоуправления с учетом специфических особенностей местных сообществ. В частности, малонаселенность, неравномерность расселения и монокорпоративность характерны для арктических местных сообществ [23, с. 143]: при разработке местных стратегий здесь должны учитываться планы развития градообразующих предприятий, поскольку такие ситуации, как исчерпание ресурсов или снижение в потребности продукции градообразующего предприятия, могут негативно сказаться на перспективах устойчивого территориального развития. Более того, учет такой специфики создает предпосылки для выхода с конкретными запланированными мероприятиями на региональный и федеральный уровни управления (для включения их в соответствующие централизованные и ведомственные целевые программы).

На практике сегодня реализация муниципальной политики характеризуется рядом системных проблем:

  • противоречия между декларируемыми целями и задачами в достижении устойчивого территориального развития на федеральном и региональном уровнях управления и недостаточными мерами по их осуществлению на местном уровне;
  • низкий уровень управленческого менеджмента, в т.ч. несоответствие уровня квалификации работников муниципального управления сложности задач в достижении целей устойчивого территориального развития (например, по данным Контрольно-счетной палаты Республики Карелия [24], в 2019 г., несмотря на невыполнение планов социально-экономического развития муниципалитетов в части увеличения объемов инвестиций в основной капитал, роста налоговых и неналоговых доходов местных бюджетов, снижения безработицы и роста заработной платы работников муниципальных организаций и учреждений, были превышены нормативы по расходам на содержание органов местного самоуправления. За невыполнение собственных обязательств муниципалитетам республики  были снижены размеры дотаций);
  • существенный разрыв между масштабом социальных проблем на местном уровне и ограниченными возможностями местных сообществ в их решении (так, самый низкий уровень заработных плат традиционно сложился у работников муниципальных организаций и учреждений).

Актуальная проблема – узость набора официальных статистических показателей (Росстата), не позволяющая с достаточной точностью анализировать процессы в сфере достижения устойчивого территориального развития. Так, одним из основных недостатков набора показателей благосостояния населения, используемых на муниципальном уровне, является отсутствие показателей, характеризующих уровень достаточности доходов для обеспечения социально приемлемого уровня потребления (например, – доля населения с доходами ниже величины прожиточного минимума).

 

Заключение

В достижении устойчивого территориального развития важную роль сегодня играют местные сообщества: ключевым фактором такого развития является муниципальная политика, формируемая и реализуемая на основе взаимосогласованных действий региональных органов государственной власти и органов местного самоуправления с учетом специфических особенностей местных сообществ. Муниципальная политика наиболее приближена к человеку, напрямую влияет на благосостояние населения и обеспечивает социальную устойчивость и, тем самым, экологическую и экономическую устойчивость местных сообществ. Основным условием в достижении устойчивого территориального развития является эффективность муниципального управления, а именно стратегический характер такого управления [25, с. 8], означающий разработку консолидированной позиции по поводу перспектив развития местного сообщества и последовательной реализации соответствующей территориальной политики с учетом конкретных целей и приоритетов обеспечения жизнедеятельности местных сообществ.

 

Список литературы и источников

  1. Argyris Ch. The Capacity to Govern (Book Reviews) // Political Science Quarterly. 2003. Vol. 118, no. 1. Pp. 175.
  2. ООН — Хабитат [Офиц. сайт]. URL: https://www.un.org/ru/ga/habitat/
  3. «Европейская хартия местного самоуправления» [Электронный ресурс] // Консультант Плюс [Офиц. сайт]. URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_20361/
  4. Гольтяева Е.О. Продвижение «права на город» для градостроительного развития // Architecture and modern information technologies. 2015. № 1 (30). С. 17.
  5. Черкасов А.И. Стандарты Совета Европы в сфере местного самоуправления и проблемы их реализации // Труды Института государства и права Российской академии наук. 2014. № 6. С. 129-145.
  6. Хартия «Города Европы на пути к устойчивому развитию». [Офиц. сайт]. URL: http://www.dzyalosh.ru/02-dostup/books/otcrit/r3-hartiy.html.
  7. Cities in a Globalizing World: Global Report on Human Settlements 2001. Available at https://www.un.org/en/events/pastevents/pdfs/Cities_in_a_globalizing_world_2001.pdf.
  8. Декларация о городах и других населенных пунктах в новом тысячелетии [Электронный ресурс] // Организация Объединенных Наций [Офиц. сайт]. URL: https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/habitatdec.shtml.
  9. The European Reference Framework for Sustainable Cities. Available at https://sustainabledevelopment.un.org/index.php?page=view&type=99&nr=86&menu=144.
  10. Устойчивое развитие регионов и городов России [Электронный ресурс] // Журнал Стратегия [Офиц. сайт]. URL: http://strategyjournal.ru/rossiya-i-mir/ustojchivoe-razvitie-regionov-i-gorodov-rossii/.
  11. ISO 37120 [Электронный ресурс] // Разрабатывая стандарты [Офиц. сайт]. URL: https://www.iso.org/ru/standard/68498.html.
  12. ГОСТ Р ИСО 37120-2015 Устойчивое развитие сообщества. Показатели городских услуг и качества жизни [Электронный ресурс] // Электронный фонд правовой и нормативно-технической документации [Офиц. сайт]. URL: http://docs.cntd.ru/document/1200123370.
  13. Установочный документ № 7: стратегии экономического развития городов [Электронный ресурс] // ООН – Хабитат [Офиц. сайт]. URL: http://habitat3.org/wp-content/uploads/Policy-Paper-7-Pусский.pdf.
  14. Новая Программа Развития Городов [Электронный ресурс] // Организация Объединенных Наций [Офиц. сайт]. URL: http://habitat3.org/wp-content/uploads/NUA-Russian.pdf.
  15. List of population centres in the Canadian Territories. Available at https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_population_centres_in_the_Canadian_Territories.
  16. Состав Норвегии. Муниципалитеты, коммуны и округа [Электронный ресурс] // Norwayura [Офиц. сайт]. URL: https://norwayural.ru/structure-of-norway.html
  17. Муниципальные образования Мурманской области / Федеральная служба государственной статистики, Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Мурманской области. Мурманск, 2017 – 198 с.
  18. Морозова Л.П. Факторы развития местного сообщества в условиях современной России (на примере местных сообществ Мурманской области) : автореф. дис. … канд. социол. наук. СПб., 2009. 25 с.
  19. Гущина И.А., Кондратович Д.Л., Положенцева О.А. Оценка взаимодействия местных сообществ и органов местного самоуправления Мурманской области: опыт социологического исследования // Вестник Алтайской академии экономики и права. 2019. № 11-1. С. 48-53. DOI: 10.17513/vaael.788.
  20. Иванов В.Н., Кобзова Ю.В. Основные изменения в современной российской концепции местного самоуправления // Вестник ЮУрГУ. 2006. № 5. С. 262-268.
  21. Конституция Российской Федерации [Электронный ресурс] // Консультант Плюс [Офиц. сайт]. URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_28399/
  22. Будаева Ц.Б., Дугарова А.А. Теоретические концепции местного самоуправления // Вестник Бурятского государственного университета. 2012. № 2. С. 138-145.
  23. Бурый О.В., Дмитриева Т.Е. Теоретические и практические вопросы создания самодостаточных арктических поселений // Известия Коми научного центра УрО РАН. 2015. №3 (23). С. 141-147.
  24. Муниципалитеты в Карелии не выполнили планы по развитию, но превысили – по зарплатам чиновников [Электронный ресурс] // Вести Карелии [Офиц. сайт]. URL: http://ru/news/_23857/
  25. Корчак Е.А. Муниципальное управление в сфере уровня жизни в северных и арктических местных сообществах РФ // Современные проблемы науки и образования. 2014. №5. С. 313.

 

References

  1. Argyris Ch. The Capacity to Govern (Book Reviews) // Political Science Quarterly. 2003. Vol. 118, no. 1. Pp. 175.
  2. UN — HABITAT. Available at https://www.un.org/ru/ga/habitat/.
  3. European Charter of Local Self-Government. Available at http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_20361/.
  4. Goltyaeva E. Promotion «right to the city» for urban development [Prodvizhenie «prava na gorod» dlja gradostroitel’nogo razvitija]// Architecture and modern information technologies, 2015, no. 1 (30). – p. 17.
  5. Cherkasov A.I. Council of Europe standards in the field of local self-government and problems of their implementation [Standarty Soveta Evropy v sfere mestnogo samoupravlenija i problemy ih realizacii]// Proceedings of the Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences, 2014, no. 6. – p. 129-145.
  6. Charter «European Cities on the Path to Sustainable Development». Available at http://www.dzyalosh.ru/02-dostup/books/otcrit/r3-hartiy.html.
  7. Cities in a Globalizing World: Global Report on Human Settlements 2001. Available at https://www.un.org/en/events/pastevents/pdfs/Cities_in_a_globalizing_world_2001.pdf.
  8. Declaration on Cities and Other Human Settlements in the New Millennium. Available at https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/habitatdec.shtml.
  9. The European Reference Framework for Sustainable Cities. Available at https://sustainabledevelopment.un.org/index.php?page=view&type=99&nr=86&menu=144.
  10. Sustainable development of regions and cities of Russia. Available at http://strategyjournal.ru/rossiya-i-mir/ustojchivoe-razvitie-regionov-i-gorodov-rossii/.
  11. ISO 37120. Available at https://www.iso.org/ru/standard/68498.html.
  12. GOST R ISO 37120-2015 Sustainable development of the community. Indicators of urban services and quality of life. Available at http://docs.cntd.ru/document/1200123370.
  13. Habitat III Policy Paper Framework 7 – Urban Economic Development Strategies. Available at http://habitat3.org.
  14. The New Urban Agenda. Available at http://habitat3.org/.
  15. List of population centres in the Canadian Territories. Available at https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_population_centres_in_the_Canadian_Territories.
  16. Composition of Norway. Municipalities, communes and counties. Available at https://norwayural.ru/structure-of-norway.html.
  17. Municipalities of the Murmansk Region / Federal State Statistics Service, Territorial Body of the Federal State Statistics Service for the Murmansk Region. Murmansk, 2017 — 198 p.
  18. Morozova L.P. Factors of local community development in the conditions of modern Russia (on the example of local communities in the Murmansk region) [Faktory razvitija mestnogo soobshhestva v uslovijah sovremennoj Rossii (na primere mestnyh soobshhestv Murmanskoj oblasti)]: Dissertation abstract. … Cand. sociol. sciences. SPb., 2009. 25 p.
  19. Gushchina I.A., Kondratovich D.L., Polozhentseva O.A. Assessment of the interaction of local communities and local governments in the Murmansk region: the experience of sociological research [Ocenka vzaimodejstvija mestnyh soobshhestv i organov mestnogo samoupravlenija Murmanskoj oblasti: opyt sociologicheskogo issledovanija]// Bulletin of the Altai Academy of Economics and Law, 2019, no. 11-1. – p. 48-53. DOI: 10.17513/vaael.788.
  20. Ivanov V.N., Kobzova Yu.V. Major changes in the modern Russian concept of local self-government [Osnovnye izmenenija v sovremennoj rossijskoj koncepcii mestnogo samoupravlenija]// Bulletin of SUSU, 2006, no. 5. – p. 262-268.
  21. Constitution of the Russian Federation. Available at http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_28399/.
  22. Budaeva T.B., Dugarova A.A. Theoretical concepts of local self-government [Teoreticheskie koncepcii mestnogo samoupravlenija]// Bulletin of the Buryat State University, 2012, no. 2. – p 138-145.
  23. Bury O.V., Dmitrieva T.E. Theoretical and practical issues of creating self-sufficient Arctic settlements [Teoreticheskie i prakticheskie voprosy sozdanija samodostatochnyh arkticheskih poselenij]// Izvestia of the Komi Scientific Center of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences, 2015, no. 3 (23). – p. 141-147.
  24. Municipalities in Karelia have not fulfilled their development plans, but have exceeded them in terms of officials’ salaries. Available at http://vestikarelii.ru/news/_23857/.
  25. Korchak E.A. Municipal governance in the sphere of living standards in the northern and arctic local communities of the Russian Federation [Municipal’noe upravlenie v sfere urovnja zhizni v severnyh i arkticheskih mestnyh soobshhestvah RF]// Modern problems of science and education, 2014. no. 5. – p. 313.

Региональное развитие