Главная страница » Публикации » №2 (70) » Оценка современных барьеров, влияющих на цифровизацию российского рынка труда

Оценка современных барьеров, влияющих на цифровизацию российского рынка труда

Assessment of modern barriers affecting digitalization Russian labor market


Авторы

Архипова Лидия Сергеевна
кандидат экономических наук, доцент кафедры национальной и региональной экономики
Россия, Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова
lidia.arkhipova@mail.ru
Мельникова Дарья Михайловна
кандидат экономических наук, доцент кафедры национальной и региональной экономики
Россия, Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова
dariammelnikova@gmail.com

Аннотация

Статья посвящена исследованию современных барьеров, которые сдерживают процессы цифровизации на российском рынка труда. Цель исследования состоит в оценке разноплановых тенденций в ходе развития цифровой экономики в регионах, в том числе на рынке труда. Задачи исследования – диагностика факторов, сдерживающих цифровизацию. К таковым, по мнению авторов, относятся недостаточно высокие цифровые навыки населения, дефицит квалифицированных кадров, невысокий уровень развития рынка робототехники, дефицит инвестиций, низкий уровень приобретения информационных товаров населением вследствие невысоких доходов, неравномерная территориальная обеспеченность организаций и населения сетью Интернет и другие. В связи с этим использованы общенаучные и специальные методы. Результаты представлены в выводах, где отмечено глобальное преимущество цифровизации экономики на фоне преимуществ нового технологического уклада.

Ключевые слова

регионы России, рынки труда, цифровизация рынка труда, препятствия и барьеры, цифровые навыки, типологизация регионов.

Рекомендуемая ссылка

Архипова Лидия Сергеевна , Мельникова Дарья Михайловна

Оценка современных барьеров, влияющих на цифровизацию российского рынка труда// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №2 (70). Номер статьи: 7002. Дата публикации: 06.04.2022. Режим доступа: https://eee-region.ru/article/7002/

DOI: 10.24412/1999-2645-2022-270-2

Authors

Arkhipova Lidiya Sergeevna
Ph.D. in Economics, associate Professor of the Department of National and Regional Economics
Russia, Plekhanov Russian University of Economics
lidia.arkhipova@mail.ru
Melnikova Darya Mikhailovna
Ph.D. in Economics, associate Professor of the Department of National and Regional Economics
Russia, Plekhanov Russian University of Economics
dariammelnikova@gmail.com

Abstract

The article is devoted to the study of modern barriers that hinder the processes of digitalization in the Russian labor market. The purpose of the study is to assess diverse trends in the development of the digital economy in the regions, including the labor market. The objectives of the study are to diagnose the factors hindering digitalization. These, according to the authors, include insufficiently high digital skills of the population, a shortage of qualified personnel, a low level of development of the robotics market, a lack of investment, a low level of acquisition of information goods by the population due to low incomes, uneven territorial provision of organizations and the population with the Internet, and others. In this regard, general scientific and special methods were used. The results are presented in the conclusions, where the global advantage of the digitalization of the economy against the background of the advantages of the new technological order is noted.

Keywords

regions of Russia, labor markets, digitalization of the labor market, obstacles and barriers, digital skills, typology of regions.

Suggested Citation

Arkhipova Lidiya Sergeevna , Melnikova Darya Mikhailovna

Assessment of modern barriers affecting digitalization Russian labor market// Regional economy and management: electronic scientific journal. ISSN 1999-2645. — №2 (70). Art. #7002. Date issued: 06.04.2022. Available at: https://eee-region.ru/article/7002/ 

DOI: 10.24412/1999-2645-2022-270-2

Print Friendly, PDF & Email

Введение

В настоящее время в российской экономике происходят кардинальные изменения во всех сферах деятельности и, в том числе, на рынке труда. Они вызваны к жизни различными процессами, в том числе цифровизацией, внедрением новейших информационных технологий. В экономически развитых странах набирает обороты новый технологический уклад, в котором роль цифровой экономики становится определяющей. По существу, цифровая экономика представляет собой социально-экономические отношения по поводу внедрения достижений цифровых информационно-коммуникационных технологий. Актуальность исследования состоит в том, цифровизация влечет за собой разноплановые тенденции, которые носят объективный характер. Избежать их невозможно, но важность событий очевидна, особенно учитывая развитие нового технологического уклада во всем развитом мире. В ходе подготовки статьи авторы опирались на материалы и исследования: результаты глубинных интервью сотрудников службы занятости Рязанской области, проведенных в 2021 году в рамках выполнения научно – исследовательской работы по теме  «Цифровизация рынка труда и занятости в России: тенденции и механизмы развития», финансируемой из средств ФГБОУ ВО «РЭУ им. Г.В. Плеханова» (Приказ № 867 от 28.06.2021 года); результаты экспертных дискуссий и опросов руководителей служб занятости регионов центрального федерального округа в рамках исследования «Организационные и финансовые механизмы поддержки занятости населения в 2021-2023 гг., направленные на сокращение уровня безработицы», выполняемого НИФИ по государственному заданию Минфина России (092-00001-21-00).

 

Научная и практическая проблематика. Цель и важность исследования.

Российская Федерация, несмотря на отставание от многих экономически развитых стран мира по уровню цифровизации, имеет огромный социально-экономический потенциал для активного развития цифровых технологий и его практического применения. Ведущую роль в цифровой экономике играют Соединенные Штаты Америки и Китайская Народная Республика. Позиции Российской Федерации в международных рейтингах цифрового развития свидетельствует о том, что по ряду показателей наша страна занимает средние позиции и входит в состав, как правило, ТОП-50. Так, по глобальному индексу сетевого взаимодействия – 42-е место (среди 79 стран), индексу инклюзивного интернета —  25-е место (среди 120 стран), индексу развития электронного правительства – 39-е место (среди 193 стран), индексу электронной торговли – 41-е место (среди 152 стран) [5].

В связи с этим, исследование факторов различной природы, которые способствуют развитию или, наоборот, сдерживают цифровизацию, имеет большую практическую значимость для расширения понимания вопроса теми, от кого зависят решения о приоритетном развитии этой сферы деятельности.

Практическая значимость вопроса отмечена в принятом в 2017 году Указе Президента Российской Федерации «Стратегия развития информационного общества Российской Федерации на 2017–2030 годы». В нем раскрыто сущностное содержание цифровой экономики, как хозяйственной деятельности, в которой ключевым фактором производства являются данные в цифровом виде, обработка больших объемов и использование результатов анализа которых по сравнению с традиционными формами хозяйствования позволяют существенно повысить эффективность различных видов производства, технологий, оборудования, хранения, продажи, доставки товаров и услуг [3].

Цель исследования заключается в оценке разноплановых тенденций в ходе развития цифровой экономики в регионах в контексте рынка труда и доступности интернет-технологий для населения.

Методы исследования. В качестве методологической основы исследования использованы общенаучные и специальные методы. Методы анализа и диагностики применялись в ходе всего исследования, в наибольшей степени они были необходимы для мониторинга региональных рынков труда, что позволило выявить степень их восприятия новых цифровых технологий.

Для оценки влияния цифровизации на региональные рынки труда применялся индикативный, сравнительный методы, а также метод типологизации субъектов Российской Федерации. Для выявления основных причин сдерживания или существующих барьеров в регионах использован факторный метод.

Результаты исследования получены на основе использования данных Федеральной службы государственной статистики Российской Федерации.

 

Результаты исследования

Безусловным является тот факт, что процесс цифровизации приводят к разноплановым тенденциям и фактам. Так, с одной стороны, трудоспособное население приобретает современные навыки и компетенции в области компьютерных технологий, появляется возможность осуществлять трудовую деятельность удаленно, значительно сокращаются и унифицируются многие процессы вследствие роботизации производственной деятельности, как следствие, растет производительность труда. С другой, происходит сокращение рабочих мест, растет дифференциация между регионами страны по доступности ресурсов сети Интернет, качеству сети, наличию навыков у населения для выполнения работ и услуг.

Новые технологии неизбежно связаны с изменениями на рынке труда, которые влекут за собой сокращение рабочих мест в тех секторах экономики, где устаревшие навыки рабочей силы потеряли свою конкурентоспособность. Вакансии открываются в новых сферах, где необходима высокая квалификация, новые знания и мотивация к труду. Это, предполагает значительные инвестиции как со стороны государства и компаний, так и населения, заинтересованного в карьерном росте и достойной оплате труда. В настоящее время потребность российской экономики в высококвалифицированных специалистах в области ИТ-технологий существенно превышает предложение.

Вследствие цифровизации экономики состоялось неизбежное высвобождение рабочих мест, на которых работники выполняли малозначимые функциональные обязанности, которые в результате внедрения инновационных технологических решений утратили свою значимость. Тем самым в секторе малоквалифицированного труда происходит высвобождение рабочих мест. С другой стороны, в сфере высокоинтеллектуальных профессий отмечается усиливающийся и неудовлетворенный спрос на квалифицированных специалистов, обладающих навыками и компетенциями, связанными с решением высокотехнологичных задач [4].

В обозримом будущем неизбежно произойдет замена рутинного труда низкой и средней квалификации. Не востребованными будут те, кто выполняет функции технического персонала, бухгалтеры, секретари, аудиторы и т.п. Тем самым, цифровая экономика дает серьезный вызов рынку труда, заменяя труд человека с помощью принципиально новых технологических решений.

Внедрение цифровых технологий способствует переходу от традиционной промышленной экономики к цифровой экономике. Оно влияет практически на все экономические, экологические и социальные аспекты развития государства и структурных изменений рынка труда и занятости. На стыке XX и XXI цифровая экономика способствовала развитию электронной коммерции, изменению производительности труда. Это оказало значительное влияние на уровень и качество жизни населения в экономически развитых странах.

Цифровая экономика привела к значительным изменениям в занятости населения, что выразилось в активном развитии модели гибкой занятости. Она включает самозанятость, внештатную занятость и неполную занятость. Население, участвующее на рынке труда, обеспечено интернет-платформами, цифровыми технологиями, многими видами ресурсов, способствующими снижению барьеров для входа на рынок труда и, тем самым, в экономику страны. Современные формы занятости предполагают отсутствие необходимости участия в традиционных организациях и предприятиях. Рабочие места осваиваются по-новому, в удаленном режиме, что приводит к оптимизации рынка труда, а также способствует росту занятости рабочей силы.

В России с 2014 года осуществляется подключение населенных пунктов с населением от 250 до 500 человек к сети «Интернет», в результате чего 5 млн. граждан России, проживающих почти в 14 тыс. таких населенных пунктов, получат доступ к сети «Интернет» [4].

При этом актуальным становится реализация основных направлений повышения конкурентоспособности российских информационных и коммуникационных технологий. Приоритеты отдаются подготовке квалифицированных кадров в сфере ИКТ. Одной из стратегических целей становится обеспечение национальных интересов, в число которых входит развитие человеческого потенциала, что имеет непосредственное отношение к рынку труда.

Основным стартовым условием развития цифровой экономики является внедрение коммуникационных технологий, для которых платформой является Интернет и мобильные устройства. В 2020 году сектор информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) в России значительно увеличился, темп роста составил 103%. Инвестиции в основной капитал организаций сектора достигли почти 850 млрд руб. или 4,2% от их общего объема в экономике (в 2019 г. — 3,9%) [5].

На российском рынке труда к 2021 году отмечается рост занятых в профессиях, связанных использованием информационно-коммуникационных технологий (9,2 млн человек или 13% от общей численности занятых в стране). В общей численности занятых в нашей стране такие специалисты составляют 2,5%. К ним относятся разработчики программного обеспечения, специалисты по базам данных, инженеры, специалисты среднего уровня квалификации, имеющие соответствующую квалификацию рабочие в области новых технологий [5].

В середине 2019 году Правительством Российской Федерации утверждена Национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации», в которой четко представлены ориентиры развития новейших сфер экономики. В программу входит проект «Кадры для цифровой экономики» в связи с необходимостью подготовки современных специалистов, способных вывести экономику страны на лидирующие позиции. В январе 2022 г. Минцифры России включило в Национальную программу еще три новых федеральных проекта, в числе которых «Развитие кадрового потенциала ИТ-отрасли» [1]. Тем самым обоснована актуальность данного вопроса и его своевременность.

Лидерами по цифровизации в России являются банковский сектор, ретейл (компании из сферы торговли) и телекоммуникационная отрасль. Среди отстающих — машиностроение и фармацевтика.

Для развития цифровизации на рынке труда и в экономике в целом существуют барьеры различного характера. К ним относятся, например, инновационные, инвестиционные, административные, организационно-экономические, пространственные, исторические, кадровые ограничения. Среди барьеров, сдерживающих развитие цифровизации рынка труда, можно выделить как те из них, которые преодолимы в обозримом будущем, так и объективно сохраняющие своё воздействие независимо от поставленных целей и задач.

В качестве мер, которые могут повысить «цифровую зрелость», эксперты выделяют развитие культуры «обучающейся организации», введение современных программ обучения сотрудников цифровым технологиям [12].

Таким образом, приобретение современных компетенций через обучение кадров становится одним из важнейших трендов, позволяющих разрушить барьеры для успешной цифровизации экономики в целом и рынка труда.

Далее в исследовании представлен анализ основных барьеров на пути цифровизации российской экономики и рынка труда.

Недостаточно высокие цифровые навыки населения и дефицит трудовых кадров. Определенным вызовом для развития цифровизации является проблема недостаточных компетенций, знаний и навыков у занятых граждан. А снижение удельного веса населения в трудоспособном возрасте свидетельствует о возможных ограничениях на рынке труда в краткосрочной перспективе. Безусловно, в условиях развитой цифровой экономики недостаток трудовых ресурсов заменяется искусственным интеллектом, но в текущий временной период в российских условиях его использование затруднено. Принципиальным отличием современных занятых в экономике от будущих возможностей является наличие у последних цифровых навыков, то есть таких компетенций, которые позволяют иметь современные навыки в ходе выполнения работ в интернете. Для этого необходимы навыки и компетенции в работе с программным обеспечением, большой охват информационных знаний и возможности их быстрого приобретения.

В настоящее время население активно участвует в освоении цифровых технологий, которые необходимы как для получения услуг, так и для реализации трудовых навыков. Ежегодно выпускаемый Высшей школой экономики информационный сборник «Индикаторы цифровой экономики» дает информацию о тех изменениях, которые происходят на российском рынке труда. Так, 42,2% трудоспособного населения страны с помощью электронной почты отправляют документы, работают с использованием текстового редактора – 40,4%. Это невысокие показатели по сравнению с экономически развитыми странами Европы. Например, в Дании и Исландии максимальные показатели удельного веса населения, занимающегося отправкой электронной почты с прикрепленными файлами, составляет, соответственно, 96 и 95%. Норвегия и Нидерланды выделяются по доле населения, работающего с текстовыми редакторами – 80 и 76%, соответственно [5].

Ряд индикаторов, свидетельствующих о наличии значительного человеческого и трудового потенциала в России, свидетельствует о положительных тенденциях. Так, за период 2010–2020 гг. доля занятого населения в экономике в возрасте 25–64 лет, имеющего высшее образование в общей численности занятого населения данной возрастной группы, составляет 36,5% (в 2010 г. – 30,1%). Численность студентов в вузах, обучающихся по направлению подготовки «Информатика и вычислительная техника», на 10 000 населения в 2020 г. увеличилась в 5 раз. Численность выпускников государственных вузов по направлению подготовки «Информатика и вычислительная техника» на 10 000 населения в 2020 г. выросла в 4 раза. Это свидетельствует о высокой готовности к восприятию цифровизации экономики.

Безусловно, имеется ряд индикаторов, показывающих наличие ряда проблем. Так, в России лишь 9% от общей численности населения в трудоспособном возрасте занимаются созданием электронных презентаций с использованием специальных программ. Тогда как в странах, занимающих лидирующие позиции эти показатели выше более чем в 5 раз (Исландия – 55%, Швейцария – 52%). Базовый уровень владения цифровыми навыками в России имеет 26,1% трудоспособного населения, выше базового уровня – 12,1%. В то же время в Исландии базовый уровень самый высокий, составляет 31% в Норвегии, по значению выше базового уровня лидирует Исландия – 61% [5].  Таким образом, занимаемые Россией позиции по уровню цифровых навыков трудоспособным населением, невысокие, что является одним из препятствий к повышению цифровизации рынка труда.

Недостаточно высокий уровень развития рынка робототехники и промышленной роботизации. Несмотря на отставание от экономически развитых стран по уровню роботизации экономики, в российских компаниях формируется высокий уровень цифровизации. Но реальный сектор экономики испытывает недостаток промышленных роботов. По экспертным оценкам Международной федерации робототехники, в Российской Федерации в настоящее время работают около 5 тыс. роботов, тогда как только в Китае это количество составляет 783 тыс., Евросоюзе это количество превышает 580 тыс., а в Японии – 355 тыс. В мире за последние годы (в период с 2016 по 2020 г.) было установлено 1,950 млн промышленных роботов, в России – около 5 тыс. (0,25%) [15]. При этом Россия значительно нарастила объемы устанавливаемых промышленных роботов начиная с 2018 года. В мире в среднем на 10 тыс. работников приходится 113 роботов, в России – 5 (в 20 раз меньше) [4]. Только эти данные свидетельствуют о необходимости наращивания информационного потенциала в реальном секторе экономике.

Перспективы роботизации производства в России значительные в силу большого накопленного опыта и знаний. Большое значение имеет и тот факт, что отставание от экономически развитых стран по развитию данной сферы может быть положительным фактом в контексте привлечения иностранных инвестиций, так как рынки ведущих стран уже заняты. В целом ситуация на российском рынке промышленной робототехники рассматривается экспертами в качестве положительной: несколько лет рынок демонстрирует ежегодный рост в несколько десятков процентов: с 2010 года, темпы роста российского рынок выросли с 230 роботов до 1410 проданных роботов в год, то есть более чем в 6 раз. Для оценки российского роботорынка в контексте мирового важен такой показатель как плотность роботизации, то есть количество роботов на 10 тыс. рабочих мест. В Российской Федерации по состоянию на 2019 г. он равен 6, тогда как в мире средний показатель плотности составляет 113 роботов, в Европе — 114, в США — 103, Азии — 118. Лидеры по плотности роботизации: Сингапур – 918, Республике Корея — 855, Японии — 364, Германии — 346, США – 228 и Китай – 187 [9].

Большое значение с точки зрения развития рынка труда и экономики имеет и тот факт, что в процессе производства робототехники участвует множество смежных производств и отраслей. Поэтому развитие данной сферы имеет кумулятивный эффект и способствует интеграции производств и регионов. В целом роботизация и автоматизация производства является мощным фактором повышения конкурентоспособности российских предприятий. В то же время процесс внедрения роботов в различных сферах социально-экономической деятельности имеет разноплановые тренды на рынке труда:

  • с одной стороны, он способствует снижению дефицита рабочей силы и даже её замещению;
  • с другой стороны, известно позитивное влияние, которое выражается в создании новых рабочих мест посредством спроса на квалифицированный труд, сопровождающийся комфортом на рабочем месте и более высокой оплатой труда.

Невысокие затраты на развитие цифровых технологий, дефицит инвестиций. По итогам 2020 г. данные о внутренних затратах предприятий и организаций свидетельствуют о росте затрат на научные исследования и разработки сектора информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) выше – 3,0% (в 2010 г. – 1,13%); небольшом снижении затрат на исследования и разработки к ВВП по итогам 2020 года, что составляет 1,1% (в 2010 г. – 1,13%). В области цифровых технологий доля внутренних затрат на исследования и разработки в общем объеме внутренних затрат на исследования и разработки составляет 2,8% [11].

Основная часть затрат предприятий на цифровые технологии приходится на закупку современного оборудования (46%). На втором месте в структуре затрат выделяются оплата услуг связи и закупка программного обеспечения (20%). Положительная динамика наблюдается в росте финансирования цифровизации в сфере государственного управления и социального обеспечения (в 1,7 раза), в сфере высшего образования (1,6 раза) и здравоохранения (1,3 раза) [8].

Степень восприимчивости регионов к цифровизации экономики отражается в индикаторе «Инвестиции в основной капитал», который раскрывает финансовые возможности компаний и организаций, расположенных в субъектах РФ.

В структуре главных целей инвестирования российских организаций лидируют инвестиции в основной капитал, направляемые в автоматизацию и механизацию производства (51%). Однако динамика с 2000 г. не демонстрирует поступательного роста, особенно вплоть до 2017 г. Негативной тенденцией является снижение привлекательности такой цели инвестирования, как внедрение новых производственных технологий с 41% в 2000 г. до 33% в 2020 г. Создание новых рабочих мест – еще одна цель инвестирования организаций. Её удельный вес среди других целей снизилась за 20 лет с 30 до 21%. Единственной позицией, характеризующейся приростом, является замена изношенной техники и оборудования, соответственно, с 56 до 67% (Рис. 1).

 

Динамика распределения организаций по оценке целей инвестирования в основной капитал в субъектах РФ, в % от общего числа организаций

Рисунок 1. Динамика распределения организаций по оценке целей инвестирования в основной капитал в субъектах РФ, в % от общего числа организаций

Составлено авторами по данным [11]

 

В структуре факторов, ограничивающих инвестиционную деятельность предприятий и организаций по состоянию на 2020 г. выделяются:

  • неопределенность в экономической ситуации (69% от общего числа организаций);
  • недостаток собственных финансовых средств (61%, соответственно);
  • инвестиционные риски (60%, соответственно);
  • высокие проценты коммерческих кредитов (58%).

Эти факторы носят объективный характер и отражают современные проблемы инвестирования, в том числе и в развитие цифровизации. Роль того или иного фактора, имеющего для российских компаний и организаций значительное влияние, демонстрируется в динамике за последние 20 лет в разноплановых трендах. Представленные факторы по-разному трансформируются в динамике. За период 2000–2020 гг. лидируют организации, где основным сдерживающим фактором выступает неопределенность экономической ситуации (рост на 20%). На втором месте находится такой важный фактор, как недостаток собственных финансовых средств у организаций (рост на 20%). На третьем месте – высокие инвестиционные риски (рост на 25%). Наименьший удельный вес приходится на те организации, для которых большое значение имеет низкая прибыль инвестиционной деятельности в основной капитал (8% в 2000 г. и 24% в 2020 г.). Однако рост этого фактора в 3 раза выделяет его среди всех других. Таким образом, анализ ситуации свидетельствует о низкой эффективности такого инструмента цифровизации, как инвестиционная деятельность (Рис. 2).

 

Динамика распределения организаций по факторам, ограничивающим инвестиционную деятельность в субъектах РФ, в % от общего числа организаций

Рисунок 2. Динамика распределения организаций по факторам, ограничивающим инвестиционную деятельность в субъектах РФ, в % от общего числа организаций

Составлено авторами по данным [11]

 

Возможности оценить эффективность мероприятий по цифровизации связана с наличием инвестиций в регионах. Стратегическим интересам государства отвечает направление инвестиций как в регионы, активно развивающиеся и реализующие крупные инвестиционные проекты, так и в отстающие регионы, которые нуждаются в улучшении социально-экономической ситуации. В связи с этим, статистические данные Федеральной службы государственной статистики свидетельствуют о формировании регионов-лидеров и аутсайдеров. Среди лидеров выделяются Ямало-Ненецкий автономный округ, Нижегородская область, Камчатский край, Омская область (Табл.1).

 

Таблица 1 – Типология регионов РФ по индексу физического объема инвестиций в основной капитал, 2020 г., в % к предыдущему году

Регионы-лидеры Индекс Регионы-аутсайдеры Индекс
Республика Калмыкия в 2,2 р. Тверская область 82,7
Хабаровский край 124,7 Республика Северная Осетия – Алания 82,4
Республика Марий Эл 123,5 Новгородская область 81,8
Камчатский край 121,2 Республика Мордовия 81,6
Нижегородская область 120,6 Карачаево-Черкесская Республика 77,4
Забайкальский край 120,5 Чувашская Республика 76,0
Ямало-Ненецкий автономный округ 115,4 Тульская область 67,8
Ивановская область 114,5 Республика Алтай 61,0
Республика Дагестан 113,6 г. Севастополь 59,1
Омская область 113,6 Республика Саха (Якутия) 50,9

Cоставлено авторами по данным [11]

 

Экономика этих регионов отличается высоким уровнем охвата сетью Интернет, активным использованием Интернет-ресурсов как среди населения, так и организаций. В группу регионов, занимающих последние десять позиций по индексу физического объема инвестиций, входят аутсайдеры по уровню валового регионального продукта на душу населения. Исключение составляют Тверская, Новгородская, Тульская области и Республика Саха (Якутия), в которых в предыдущие периоды индекс был значительно выше в силу реализации крупных инвестиционных проектов на их территории. Таким образом, территориальное пространство России отличается разной степенью восприимчивости к цифровизации, обусловленной разным социально-экономическим потенциалом регионов и рядом других объективных факторов.

Низкий уровень жизни населения, как фактор, сдерживающий приобретение информационных товаров. Одним из значительных препятствий для цифровизации является уровень жизни населения, несоответствующий критериям передовых стран с развитой экономикой. Известно, что важнейшей сферой социально-экономической деятельности, на которую оказывает влияние цифровая экономика, является рынок труда. Учитывая огромное территориальное пространство Российской Федерации, можно отметить особое значение российского пространства для цифровизации региональных рынков труда. Несмотря на глобальное сходство влияния цифровизации на рынок труда, социально-экономическое развитие регионов отличается большой дифференциацией. Наиболее развитые регионы с относительно высокими денежными доходами имеют больше возможностей для развития цифровизации по сравнению с регионами, отстающими по основным социально-экономическим показателям.

Анализ субъектов Российской Федерации по реальным располагаемым денежным доходам населения показывает разноплановую динамику. Этот вид доходов представляет собой денежные доходы за вычетом обязательных платежей (налоги и сборы, проценты по кредитам и т. д.), скорректированные на инфляцию (Табл.2).

 

Таблица 2 — Динамика реальных денежных доходов населения в регионах-лидерах РФ, в % к предыдущему году

Субъекты 2000 г. Субъекты 2020 г.
Ненецкий автономный округ 137,8 Республика Тыва 110,9
Ханты-Мансийский АО* — Югра 127,5 Ямало-Ненецкий АО* 106,8
Республика Дагестан 126,7 Чукотский АО* 105,2
Тюменская область 124,3 Республика Алтай 104,5
Забайкальский край 124,0 Магаданская область 104,3
Карачаево-Черкесская Республика 123,2 г. Севастополь 102,9
Кемеровская область 122,6 Республика Калмыкия 102,4
Республика Ингушетия 122,5 Камчатский край 102,1
Астраханская область 122,2 Тюменская область 101,6
Республика Северная Осетия – Алания 120,3 Республика Адыгея 101,4

 

Сокращение – АО – автономный округ
Cоставлено авторами по данным [11]

 

Результаты типологизации регионов по реальным денежным доходам, представленные в табл. 2, показывают снижение индекса реальных денежных доходов населения за последние 20 лет. Если в 2000 году регион-лидер показал рост 137,8% (Ненецкий автономный округ), то в 2020 году он составил лишь 110,9% (Республика Тыва).

Регионы, занимающие последние позиции в том же году, показали тем не менее рост в 100% за 2000 г. (за исключением Камчатского края и Чукотского автономного округа).  Помимо этого, можно отметить, что список регионов-лидеров кардинально изменился: в 2020 г. в их числе по состоянию на 2000 г. осталась лишь Тюменская область.

К группе отстающих субъектов РФ в 2020 г., где реальные денежные доходы не достигли 100% по отношению к предыдущему году, относился 61 субъект РФ, а в 2000 г. их было все два. Таким образом, реальные денежные доходы населения за двадцатилетний период существенно снизились, что рассматривается в качестве одного из факторов, сдерживающих использование интернета и возможность граждан приобретать информационные товары. Стоит отметить, что в группе отстающих по реальным денежным доходам в большинстве регионов доля населения, использующего сеть Интернет каждый день или почти каждый день, значительно уступает среднероссийскому значению. Лишь Республика Северная Осетия, Ставропольский край и Свердловская область превысили показатели по России в целом (Табл. 3).

 

Таблица 3 – Динамика реальных денежных доходов населения в регионах-аутсайдерах РФ, в % к предыдущему году

Субъекты 2000 Субъекты 2020
Республика Саха (Якутия) 105,3 Алтайский край 95,5
Пензенская область 104,8 Воронежская область 95,4
Республика Марий Эл 104,1 Нижегородская область 95,2
Тверская область 103,8 Республика Башкортостан 95,1
Московская область 103,4 Пермский край 95,1
Ульяновская область 102,3 Липецкая область 94,9
Воронежская область 100,9 Республика Северная Осетия – Алания 94,6
Магаданская область 100,1 Ставропольский край 94,5
Камчатский край 98,8 Тамбовская область 94,3
Чукотский АО* 98,5 Свердловская область 92,5

Сокращение – АО – автономный округ
Cоставлено авторами по данным [11]

 

Низкие доходы населения приводят к доминированию дешевого труда, который неблагоприятно влияет на цифровизацию экономики, приводит к стагнации.

Неравномерная территориальная обеспеченность организаций и населения сетью Интернет. Несмотря на то, что географический фактор становится малозначительным в осуществлении трудовой деятельности в онлайн формате, можно отметить большую дифференциацию между регионами РФ по численности активных абонентов современного широкополосного доступа к сети Интернет. Современные средства сети Интернет наиболее доступны относительно обеспеченным группам населения в благополучных с экономической точки зрения регионах. В них концентрируется бизнес, реальный сектор экономики, услуги, в том числе информационные. В отстающих пяти регионах Северного Кавказа самые низкие показатели (Табл. 4).

 

Таблица 4 – Численность активных абонентов фиксированного широкополосного доступа к сети Интернет на 100 человек населения РФ в 2020 г., в %

Регионы-лидеры Регионы- аутсайдеры Регионы-лидеры по уровню бедности
Новосибирская обл. 39,2 Ленинградская обл. 12,3 Республика Тыва 31,7
г. Москва 36,8 Чукотский автономный округ 12,0 Республика Ингушетия 30,0
Республика Карелия 33,7 Карачаево-Черкесская Республика 1,2 Кабардино-Балкарская Республика 24,2
Мурманская обл. 30,8 Кабардино-Балкарская Республика 11,1 Республика Алтай 23,8
г. Санкт-Петербург 29,8 Республика Адыгея 9,2 Еврейская авт. область 23,7
Воронежская обл. 28,5 Республика Алтай 8,6 Карачаево-Черкесская Республика 23,4
Республика Татарстан 28,0 Республика Тыва 6,9 Республика Калмыкия 22,7
Орловская обл. 27,5 Чеченская Республика 6,0 Забайкальский край 20,9
Калужская обл. 27,4 Республика Дагестан 4,2 Чеченская Республика 20,4
Тюменская обл. без АО 27,4 Республика Ингушетия 1,9 Республика Бурятия 20,0

Cоставлено автором по данным [11]

 

Стоит отметить, что в группе регионов-аутсайдеров не все субъекты относятся к отстающим по экономическому уровню развития. Здесь сырьевой регион – Чукотский автономный округ, где специфика экономики определяет преобладание вахтовиков, временных рабочих, не заинтересованных в дорогом качественном интернете. В этой же группе республики юга Сибири: Алтай и Тыва, в которых основная часть трудовых ресурсов занята в сельском хозяйстве, высокий уровень бедности (1 и 4-е места, соответственно, заняли в 2020 г.). Большинство регионов данной группы отличаются высоким уровнем безработицы с выделением республик Северного Кавказа и юга Сибири (Табл. 5).

В то же время позитивным прорывом является активное использование населением сети Интернет каждый день или почти каждый день. Эти данные Росстат приводит, исходя из данных выборочного обследования населения по вопросам использования ИКТ (в % от общей численности населения соответствующего субъекта Российской Федерации). Интернет используется для осуществления трудовой деятельности, а также покупок, приобретения интернет-услуг и т.п. В группу лидирующих регионов входят одни из наиболее успешных сырьевых регионов: Тюменская область с автономными округами, Республика Саха (Якутия), г. Москва), а также три республики Северного Кавказа.

 

Таблица 5 – Типология субъектов РФ по уровню безработицы за 2020 г., в %

Субъекты с высоким уровнем безработицы Субъекты с высоким уровнем бедности
Республика Ингушетия 29,8 Республика Тыва 31,7
Чеченская Республика 18,5 Республика Ингушетия 30,0
Республика Тыва 18,0 Кабардино-Балкарская Республика 24,2
Республика Дагестан 15,7 Республика Алтай 23,8
Республика Северная Осетия – Алания 15,4 Еврейская авт. Область 23,7
Кабардино-Балкарская Республика 14,8 Карачаево-Черкесская Республика 23,4
Карачаево-Черкесская Республика 14,7 Республика Калмыкия 22,7
Республика Алтай 14,0 Забайкальский край 20,9
Республика Бурятия 10,5 Чеченская Республика 20,4
Забайкальский край 9,8 Республика Бурятия 20,0

Cоставлено авторами по данным [11]

 

Невысокая доступность домашних хозяйств к сети Интернет. Если продолжить сравнение возможностей населения Российской Федерации в новой цифровой реальности по данному индикатору, то можно отметить, что лидирующие позиции в мире занимает Республика Корея, где доступность сети Интернет для домохозяйств составляет 100% от общего числа домохозяйств. Далее следуют такие страны, как Исландия – 98%, Великобритания – 97%, Нидерланды – 97%, Российская Федерация – 80% (в 2014 г. – 69,9%). По нашему мнению, к числу значительных барьеров это не может относиться в силу огромной территории России, где большие расстояния, рельеф, природно-климатические условия не могут не быть сдерживающими факторам для свободного доступа домохозяйств к сети Интернет.

За период с 2014 по 2020 гг. существенно вырос удельный вес домашних хозяйств, имеющих доступ к сети Интернет в регионах России. При этом первая тройка регионов-лидеров не изменилась, их составляют северные регионы, обеспечивающие домохозяйствам включение в информационное пространство или сферу IT-технологий. В регионах, где домохозяйства не имеют достаточной доступности к сети Интернет, показатели повысились с 52,2 до 63,4%. Для этой группы регионов характерна сельскохозяйственная специализация, исторически отличающиеся меньшим запросом на интернет-услуги (табл. 6).

 

Таблица 6 — Удельный вес домашних хозяйств, имевших доступ к сети Интернет в регионах РФ, (в % от общего числа домашних хозяйств соответствующего)

Регионы – лидеры
2014 г.  2020 г.
Российская Федерация 69,9 Российская Федерация 80,0
Ямало-Ненецкий    автономный округ 91,4 Ямало-Ненецкий    автономный округ 95,4
Магаданская область 86,4 Магаданская область 95,3
Ханты-Мансийский автономный округ – Югра 86,3 Ханты-Мансийский автономный округ – Югра 93,4
г. Санкт-Петербург 84,9 Республика Тыва 93,4
Калининградская область 81,6 Республика Саха (Якутия) 91,4
Регионы – аутсайдеры
Республика Бурятия 58,2 Липецкая область 68,9
Брянская область 56,1 Ульяновская область 68,9
Забайкальский край 55,0 Костромская область 68,3
Республика Дагестан 53,0 Тверская область 64,2
Республика Калмыкия 52,2 Республика Мордовия 63,4

Cоставлено автором по данным [11].

 

Среди факторов, сдерживающих использование интернета в домашних хозяйствах, выделяются отсутствие необходимости или нежелание пользоваться (14,1% от общего числа домашних хозяйств), а также недостаток навыков для работы в интернете (7,3%). Причем в домохозяйствах, расположенных в сельской местности, данные значения выше, соответственно, 18,7% и 10%. Таким образом, отсутствие значительных навыков работы в интернете в настоящее время является фактором, сдерживающим цифровизацию.

Среди целей использования интернета трудоспособным населением выделяется поиск вакансий. В России эта доля населения в 2019 году составила 8%. В то же время значительно большая часть трудоспособных прибегает к возможностям сети Интернет для поиска работы в Дании (38%) и Финляндии (34%).

К числу факторов, сдерживающих использование интернета населением трудоспособного возраста, относятся отсутствие необходимости, а также нежелание пользоваться, отсутствие интереса (71,8% от общей численности трудоспособного населения, не использующего интернет), недостаток навыков для работы в интернете (35,8%) и высокие затраты на подключение (16,2%). Стоит отметить, что значение двух последних факторов с 2018 г. увеличивается, а первого – снижается.

В Институте статистических исследований и экономики знаний Высшей школы экономики (ИСИЭЗ НИУ ВШЭ) разработан индекс цифровизации, отражающий использование цифровых технологий, как необходимое условие цифровизации. Он рассчитывается для экономики страны, бизнеса, сельского хозяйства, финансовой и социальной сфер, органов власти. Индексы демонстрируют уровень использования широкополосного интернета, облачных сервисов, RFID-технологий, ERP-систем, включенность организаций в электронную торговлю. В Российской Федерации он составляет величину, равную 32. Среди европейских стран выделяется Финляндия (52) и Дания (50) [5].

Индекс цифровизации и интенсивность использования цифровых технологий на предприятиях и в организациях по субъектам Российской Федерации в 2019 году составил 29. Региональный аспект, в соответствии с рассчитанным индексом, показывает наибольшие значения в промышленных регионах, таких как Пермский край (34), Республика Татарстан (34), Свердловская область (32), Ростовская область (31), Челябинская область (30), Кемеровская область (30), а также в столицах – Москва (35) и Санкт-Петербург (33). Самые низкие значения индекса наблюдаются в Сибири и на Дальнем Востоке.

Невысокая степень готовности рынка труда к цифровизации. Скорость развития современных технологических изменений вносит значительные коррективы как во всю экономическую систему страны, так и в экономику регионов, предприятий и организаций. Период адаптации сокращается и эффективно работать сможет только владение ключевыми цифровыми компетенциями. Уже в настоящее время, в независимости от своего размера и типа, организации развивают цифровые или информационные технологии, чтобы сохранить конкурентоспособность и ориентироваться на рост финансовых показателей. Исходя из этого становится очевидным, что цифровая экономика нуждается в новых квалифицированных кадрах, обладающих исключительными цифровыми компетенциями, способными разработать и внедрить в жизнь новые бизнес-модели. Все это дает сигнал современной системе образования. Постепенная цифровизация требует появления на рынке труда таких новых позиций, как директор по цифровой трансформации, digital-специалисты. Причем роль дополнительного профессионального образования и переквалификации увеличивается. От рядового сотрудника требуется не только владение технологиями, но и умение работать с аналитическими данными. Все большая ставка делается на развитие человеческого капитала компании, а хороший управленец должен стремиться к видению компании в цифровой экономике и трансляция этого образа сотрудникам. Чтобы опередить конкурентов в активно развивающейся цифровой экономике развивать соответствующие цифровые компетенции персонала, обеспечивать массовую цифровую грамотность и персонализацию образования необходимо в текущий период. С этой целью реализуется направление «Кадры для цифровой экономики» в рамках национального проекта «Цифровая экономика Российской Федерации», в соответствии с которыми министерствам и вузам поручено совместно разработать и обновить образовательные стандарты.

Новые навыки и знания, наравне с мобильностью, инициативностью и адаптивностью, приобретают особую ценность и являются системными элементами нарастающей конкуренции, появившейся в результате постепенной цифровизации рынка труда [7]. Новые технологии модифицируют рынок труда через новые профессии, структуру рабочих мест, занятость в сельском хозяйстве, удельный вес работников, занятых не рутинным трудом, базирующемся, в первую очередь, на совместных действиях и сложной коммуникации. Трудовая мобильность и конкуренция больше не ограничиваются территорией одной страны или региона, когда все больше работы может выполняться дистанционно.

Глобальные вызовы, имеющие макроэкономическое значение. Тенденции на рынке труда относится к числу сложно прогнозируемых процессов, поскольку развитие технологий лишь один из факторов, способствующих долгосрочным изменениям. На рынок труда России и скорость его цифровизации влияют и ряд других глобальных вызовов, свойственных и остальному миру:

  1. Рост демографических диспропорций (преобладание женского населения над мужским), старение населения. Население мира увеличивается, в основном за счет бедных стран, тогда как население России сокращается. При этом растет продолжительность жизни, но население стареет, уже каждый четвертый житель России (36,9 млн человек на 1 января 2021 г.) находится в пенсионном возрасте. Доля детей и подростков до 16 лет на четверть меньше, удельного веса лиц старше трудоспособного возраста. Старение населения характерно для подавляющего числа субъектов, а именно для 71. Максимальные значения или превышение старших возрастов над молодыми в Тамбовской и Тульской областях – в 2,0 раза; Республике Мордовия, Пензенской и Рязанской областях – 1,9 раза; Воронежской, Владимирской, Орловской, Псковской, Смоленской областях и г. Москве – 1,8 раза; Ивановской, Курской, Ленинградской, Липецкой, Новгородской, Саратовской, Тверской и Ульяновской областях – 1,7 раза [10]. Большинство перечисленных регионов относятся к Европейскому ядру, традиционно аккумулирующие промышленные и инновационные центры, нуждаются в подготовленных трудовых ресурсах и ждут от стареющего населения обучения на протяжении всей жизни во избежание дефицит кадров. При этом наблюдается положительная тенденция в скорости овладевания цифровыми навыками у населения в старшей возрастной группе 65-74 года по сравнению с населением в трудоспособном возрасте (25-34 года), что повышает шанс старшей возрастной группы найти место на рынке труда в связи с повышением пенсионного возраста (Табл. 7).

 

Таблица 7 − Цифровые навыки населения РФ по возрастным группам, в % от общей численности населения соответствующей возрастной группы

Виды навыков По возрастной группе
25-34 лет
По возрастной группе
65–74 лет
2018 2020 Изм. % 2018 2020 Изм. %
Отправка электронной почты с прикрепленными файлами 52,7 58,7 11,4 9,6 12,3 28,1
Работа с текстовым редактором 54 53,6 -0,7 12,3 12,2 -0,8
Копирование или перемещение файла или папки 48,1 51,2 6,4 7,4 8,7 17,6
Использование инструмента копирования и вставки в документе 31,8 38,1 19,8 3,8 5,5 44,7
Передача файлов между компьютером и
периферийными устройствами
47,1 40,9 -13,2 6,3 6,2 -1,6
Работа с электронными таблицами 28,3 31,6 11,7 2,5 3,1 24,0
Использование программ для редактирования фото-, видео и аудиофайлов 33,6 31,7 -5,7 3,5 5,2 48,6
Подключение и установка новых устройств 16,3 22,9 40,5 1,3 2,4 84,6
Создание электронных презентаций с использованием специальных программ 10,1 11,8 16,8 0,6 0,7 16,7
Поиск, загрузка, установка и
настройка программного обеспечения
5,2 9,5 82,7 0,3 0,6 100,0

Cоставлено автором по данным [5]

 

  1. Ускоренные темпы урбанизации, характеризующейся усиленной трудовой миграцией в крупные города, областные и региональные центры. Потенциально она может способствовать повышению качества жизни, но быстрое развитие городов может привести к росту социального неравенства. Все это усугубляется тем, что в городской и сельской местности по-прежнему велика доля населения с низким уровнем владения цифровыми навыками (38,1% и 46,4 % соответственно) от общей численности населения в возрасте старше 15 лет [10]. Такая ситуация в перспективе цифровизации может привести к «кадровому голоду» на рынке труда, что может спровоцировать замену искусственным интеллектом работников на низкоквалифицированных работа, рутинных и прочих операциях, поддающихся автоматизации. Ведь обучать персонал в разы дороже и пролонгировано во времени.
  2. Нарастание глобального дисбаланса, приобретающего системный и долговременный характер. Меняется механизм создания и распределения богатства с нарастающим разрывом между развитыми экономиками, базирующихся на технологиях, и развивающимися рынками, имеющих ориентацию на количественный рост производства. Обилие информации в современных реалиях меняет природу потребления и производства: увеличивается объем регистрируемых данных, используемых для создания добавочной стоимости, а специалисты по ИКТ (информационно-компьютерные технологии) по-прежнему локализуются в Европейских странах (Рис.3).

 

Специалисты по ИКТ по странам в 2020 г., в % от общей численности занятых

Рисунок 3 − Специалисты по ИКТ по странам в 2020 г., в % от общей численности занятых

Составлено авторами по данным [5]

 

  1. Российские специалисты, владеющие ИКТ, составляют всего 2,5% от общей численности всех занятых, уступая большинству своих западных соседей, что подтверждает факт усиления социального неравенства на глобальном и национальном уровне. Тем не менее, по оценкам компании McKinsey, одно новое рабочее место в секторе информационно-компьютерных технологий стимулирует создание 2–4 рабочих мест в экономике в целом [13].

В России пока максимально высокая доля занятых в профессиях, связанных с интенсивным использованием ИКТ, преобладает в таких сферах экономической деятельности, как финансовый и страховой сектор, государственное управление, научная и техническая деятельность. Невелика доля таких занятых в транспортировке и хранении, добыче полезных ископаемых и сельском хозяйстве (Рис. 4).

 

Структура занятых в профессиях, связанных с использованием ИКТ по видам экономической деятельности в РФ, 2020 г.

Рисунок 4 − Структура занятых в профессиях, связанных с использованием ИКТ по видам экономической деятельности в РФ, 2020 г.

Составлено авторами по данным [5]

 

  1. Усиление роли индивидуального предпринимателя, развитие фриланса, что навыков самоорганизации и коммуникативные способности. В докладе ЮНЕСКО кратко изложены обобщенные пожелания к навыкам и качествам будущего работника, исходя из запросов бизнеса и международных организаций, среди которых выделяются:
    • критическое мышление и лидерские качества;
    • цифровая грамотность, ИТ-навыки;
    • базовая финансовая, научная, математическая грамотность;
    • навыки межкультурного общения;
    • инициативность и быстрая адаптивность;
    • инженерно-инновационное мышление и понимание естественных наук [14].

Возрастание роли таких, в первую очередь, поведенческих навыков, и их востребованность в информационном обществе объясняется тем, что они менее всего поддаются автоматизации и роботизации. Наряду с навыками креативного мышления, самоуправления и гибкости в условиях цифровой трансформации по-прежнему актуальны технические компетенции (hard skills): создание новых бизнес-моделей (платформы, экосистемы, сети); анализ данных (data science); цифровая безопасность на уровне дизайна системы (security by design); владение хотя бы одной из прорывных технологий (искусственный интеллект, робототехника, облачные сервисы, интернет вещей) и т.д.

Важным аспектом жизнедеятельности становится непрерывное обучение на протяжении всей жизни- lifelong learning.  Формирование среды, способствующей этому, необходимо для обеспечения личной конкурентоспособности и востребованности в современном мире. Основными факторами востребованности кадров становится фундаментальное образование, активная адаптация к профессиональной среде, наращивание знаний, повышение квалификации.  Федеральный проект «Кадры для цифровой экономики» анонсирует достижение ряда показателей эффективности в сфере профессионального образования: количество выпускников вузов в год по направлениям, связанным с ИКТ, должно быть достигнуто в совокупности 120 тыс. чел; кол-во выпускников вузов и ссузов в год, обладающих цифровыми компетенциями – 800 тыс. чел. и т.д. [2]. Но за последние два года наблюдается негативная тенденция сокращения выпуска таких специалистов: «Информатика и вычислительная техника» — 20,3 тыс. чел. В 2020 г. (2019 г. — 31 тыс. чел.), «Электроника, радиотехника и системы связи» — 12,5 ты. чел. (2019 г. — 13 тыс. чел.), при этом совокупный выпуск бакалавров, специалистов и магистров по всем ключевым укрупненным группам подготовки в области цифровых технологий также сократился с 77,3 тыс. чел. в 2019 г. до 75,6 тыс. чел. в 2020 г. (Табл. 8).

Это свидетельствует о том, что достижение заявленных показателей эффективности потребует значительных усилий, в первую очередь, увеличения в 2–3 раза приема в вузы на соответствующие направления подготовки. Данная задача может быть решена за счет увеличения контрольных цифр приема, финансируемых из федерального бюджета по ИКТ-направлениям и специальностям.

Главные сложности цифровой трансформации рынка труда обусловлены:

  • критической нехваткой компетентных специалистов-преподавателей, постоянно обновляющих знания и инструменты работы для достижения высокого уровня цифровой грамотности, так как технологии имеют ограниченный жизненный срок.
  • ограничением скорости преобразований в силу того, что в России стоимость труда достаточно низкая, автоматизация зачастую невыгодна, и цифровые навыки нужны не более чем 3–5% работающих россиян [7].
  • неформальными институтами, то есть сложившимися традициями. Цифровизация же неизбежно предполагает изменение самих процессов для построения новой модели бизнеса на основе цифровой платформы, объединяющей бизнес компании с ее клиентами, партнерами, поставщиками и т. д.

 

Таблица 8 – Динамика выпускников по укрупненным группам направлений подготовки и специальностей в области цифровых технологий

Направления подготовки 2019 г. 2020 г. Изм.,
+/-
тыс. чел. в % от общего
выпуска
тыс. чел. в % от общего
выпуска
Математика и механика 6,2 0,7 6,4 0,8 3,2
Компьютерные и информационные науки 3,2 0,4 3,4 0,4 6,3
Информатика и вычислительная техника 31,0 3,4 30,3 3,6 -2,3
Информационная безопасность 4,5 0,5 4,6 0,5 2,2
Электроника, радиотехника и система связи 13,0 1,4 12,5 1,5 -3,8
Приборостроение и оптические технологии 4,6 0,5 4,4 0,5 -4,3
Ядерная энергетика 0,3 0,0 0,2 0,0 -33,3
Машиностроение 6,6 0,7 6,6 0,8 0,0
Физико-технические науки и технологии 0,0 0,0 0,0 0,0
Оружие и системы вооружения 0,3 0,0 0,3 0,0 0,0
Нанотехнологии и наноматериалы 0,7 0,1 0,8 0,1 14,3
Экономик и управление 4,8 0,5 4,0 0,5 -16,7
СМИ 0,4 0,0 0,5 0,1 25,0
Культуроведение 0,8 0,1 0,8 0,1 0,0
Экранные искусства 0,8 0,1 0,9 0,1 12,5
Всего: 77,3 8,5 75,6 8,9 -2,2

Cоставлено автором по данным [5]

 

Заключение

Итоги исследования позволяют сформулировать выводы о том, что цифровизация всех сфер социальной и экономической деятельности в России относится к числу процессов, несущих в себе все черты современной цивилизационной эпохи. Дискуссионные вопросы о положительных и негативных факторах цифровизации практически не имеют большого значения, особенно на фоне огромных преимуществ нового технологического уклада. Экономика России, её хозяйствующие субъекты и, в частности, рынок труда отличаются высокой восприимчивостью к новым технологиям и уже имеют значительные стартовые условия для перехода к цифровизации. Тем не менее, до настоящего времени, сохраняются значительные барьеры на этом пути. Безусловным фактом является их относительно временное воздействие и пути преодоления или нивелирования известны. В первую очередь, это повышение квалификации рабочей силы и наращивание инвестиций в развитие информационно-коммуникационных технологий. К числу барьеров на пути цифровизации, по нашему мнению, относятся:

  • недостаточно высокие цифровые навыки населения и дефицит трудовых кадров;
  • недостаточно высокий уровень развития рынка робототехники и промышленной роботизации;
  • невысокие затраты на развитие цифровых технологий, дефицит инвестиций;
  • низкий уровень жизни населения, как фактор, сдерживающий приобретение информационных товаров;
  • неравномерная территориальная обеспеченность организаций и населения сетью Интернет;
  • невысокая доступность домашних хозяйств к сети Интернет;
  • невысокая степень готовности рынка труда к цифровизации;
  • глобальные вызовы, имеющие макроэкономическое значение.

Тем не менее, готовность и высокая степень восприимчивости российских компаний различного масштаба, предприятий и организаций свидетельствует о стремлении к развитию цифровизации, для которой имеются необходимые предпосылки и условия.

 

Список литературы

  1. Национальный проект «Цифровая экономика РФ». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://digital.gov.ru/ru/activity/directions/858/  
  2. Федеральный проект «Кадры для цифровой экономики». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://data-economy.ru/education
  3. Указ Президента Российской Федерации от 09.05.2017 г. № 203. О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.kremlin.ru/acts/bank/41919
  4. Дудин, М.Н., Шкодинский, С.В., Продченко, И.А. Цифровизация экономики и глобальные тренды на рынке труда как факторы экономического суверенитета страны // Экономика труда. – 2021. – Том 8. – № 7. – С. 663-682. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://1economic.ru/lib/112347
  5. Индикаторы цифровой экономики. Новости: 2021, № 7: статистический сборник / Г.И. Абдрахманова, К.О. Вишневский, Л.М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т И60 «Высшая школа экономики». – М.: НИУ ВШЭ, 2021. – 380 с. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://issek.hse.ru/news/484525255.html
  6. Каким будет рынок труда к 2025 году. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.vedomosti.ru/management/articles/2020/10/26/844639-rinok-truda
  7. Компетенции 21 века в национальных стандартах школьного образования. Аналитический обзор в рамках проекта подготовки международного доклада «Ключевые компетенции и новая грамотность: от деклараций к реальности». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://vbudushee.ru/upload/iblock/f30/f30f7b26a9c431f523d437d5d85857b1.pdf
  8. Пандемия изменила структуру затрат на цифровую экономику. Новости. Институт статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ. 30 ноября 2021. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://issek.hse.ru/news/535427915.html.
  9. Промышленные роботы в России. Обзор «Российский рынок промышленной робототехники 2021». 2021/06/30. TAdviser — портал выбора технологий и поставщиков. [Электронный ресурс]. Режим доступа: tadviser.ru
  10. Статистический бюллетень «Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту. На 1 января 2021 года» [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/Bul_chislen_nasel-pv_01-01-2021.pdf
  11. Эксперты назвали лидирующие и отстающие по цифровизации отрасли в России. РБК: [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://trends.rbc.ru/trends/industry/6054b0a89a7947fd6076994e
  12. Digital globalization: The new era of global flows. Official site of McKinsey&Company [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.mckinsey.com/business-functions/mckinsey-digital/%20our-insights/digital-globalization-the-new-era-of-global-flows
  13. Marope M., Griffi n P., Gallagher C. (2019). Future Competences and the Future of Curriculum. A Global Reference for Curricula Transformation авторы/ IBE UNESCO. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.ibe.unesco.org/sites/default/files/resources/02_future_competences_and_the_future_of_curriculum_30oct.vpdf
  14. World Robotics 2020 — Industrial Robots. International Federation of Roboticsю Analytics, 2020

Интернет-ресурсы:

  1. Федеральная служба государственной статистики. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://gks.ru

 

References

  1. National project «Digital Economy of the Russian Federation». [Natsional’nyy proyekt «Tsifrovaya ekonomika RF»]. Access mode: https://digital.gov.ru/ru/activity/directions/858/
  2. Federal project «Personnel for the digital economy». [Natsional’nyy proyekt «Tsifrovaya ekonomika RF»]. Access mode: https://data-economy.ru/education
  3. Decree of the President of the Russian Federation of May 9, 2017 No. 203. On the Strategy for the Development of the Information Society in the Russian Federation for 2017–2030. [O Strategii razvitiya informatsionnogo obshchestva v Rossiyskoy Federatsii na 2017–2030 gody]. Access mode: http://www.kremlin.ru/acts/bank/41919
  4. Dudin, M.N., Shkodinsky, S.V., Prodchenko, I.A. Digitalization of the economy and global trends in the labor market as factors of the country’s economic sovereignty [Tsifrovizatsiya ekonomiki i global’nyye trendy na rynke truda kak faktory ekonomicheskogo suvereniteta strany]// Labor Economics. — 2021. — Volume 8. — No. 7. — P. 663-682. [Electronic resource]. Access mode: https://1economic.ru/lib/112347
  5. Indicators of the digital economy [Indikatory tsifrovoy ekonomiki]. News: 2021, No. 7: statistical collection / G.I. Abdrakhmanova, K.O. Vishnevsky, L.M. Gohberg and others; National research Univ. I60 «Higher School of Economics». — M.: NRU HSE, 2021. — 380 p. Access mode: https://issek.hse.ru/news/484525255.html
  6. What will the labor market look like by 2025. [Kakim budet rynok truda k 2025 godu]. Access mode: https://www.vedomosti.ru/management/articles/2020/10/26/844639-rinok-truda
  7. Competences of the 21st century in the national standards of school education. Analytical review within the framework of the project for the preparation of the international report «Key competencies and new literacy: from declarations to reality». [Kompetentsii 21 veka v natsional’nykh standartakh shkol’nogo obrazovaniya. Analiticheskiy obzor v ramkakh proyekta podgotovki mezhdunarodnogo doklada «Klyuchevyye kompetentsii i novaya gramotnost’: ot deklaratsiy k real’nosti»]. Access mode: https://vbudushee.ru/upload/iblock/f30/f30f7b26a9c431f523d437d5d85857b1.pdf
  8. The pandemic has changed the cost structure of the digital economy [Pandemiya izmenila strukturu zatrat na tsifrovuyu ekonomiku]. News. Institute for Statistical Research and Economics of Knowledge (ISSEK) NRU HSE. November 30, 2021. Access mode: https://issek.hse.ru/news/535427915.html.
  9. Industrial robots in Russia. Review «Russian market of industrial robotics 2021» [Promyshlennyye roboty v Rossii. Obzor «Rossiyskiy rynok promyshlennoy robototekhniki 2021»]. 2021/06/30. TAdviser is a portal for choosing technologies and suppliers. Access mode: www.tadviser.ru
  10. Statistical bulletin “Population of the Russian Federation by sex and age. As of January 1, 2021” [Statisticheskiy byulleten’ «Chislennost’ naseleniya Rossiyskoy Federatsii po polu i vozrastu. Na 1 yanvarya 2021 goda»]. Access mode: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/Bul_chislen_nasel-pv_01-01-2021.pdf
  11. Experts named leading and lagging industries in terms of digitalization in Russia [Eksperty nazvali lidiruyushchiye i otstayushchiye po tsifrovizatsii otrasli v Rossii]. RBC: Access mode: https://trends.rbc.ru/trends/industry/6054b0a89a7947fd6076994e
  12. Digital globalization: The new era of global flows [Digital globalization: The new era of global flows]. Official site of McKinsey&Company Access mode: https://www.mckinsey.com/business-functions/mckinsey-digital/%20our-insights/digital-globalization-the-new-era-of-global-flows
  13. Marope M., Griffin P., Gallagher C. (2019). Future Competences and the Future of Curriculum. A Global Reference for Curricula Transformation authors [Future Competences and the Future of Curriculum. A Global Reference for Curricula Transformation avtory]/ IBE UNESCO. Access Mode: http://www.ibe.unesco.org/sites/default/files/resources/02_future_competences_and_the_future_of_curriculum_30oct.v2.pdf
  14. World Robotics 2020 — Industrial Robots [World Robotics 2020 — Industrial Robots]. International Federation of Roboticsа Analytics, 2020

Internet resources:

  1. Federal State Statistics Service [Federal State Statistics Service]. Access mode: https://gks.ru