Региональная экономика и управление: электронный научный журнал // Номер журнала: №2 (54), 2018

Эколого-экономические преимущества альтернативной электроэнергетики в Уральском и Приволжском федеральных округах России

Ecological and economic advantages of Alternative electric power in the Urals and Volga federal districts of Russia

Авторы


кандидат экономических наук, доцент кафедры геоэкологии и природопользования
Россия, Челябинский государственный университет
ecologchel@74.ru

Аннотация

Целью статьи является выявление эколого-экономических преимуществ альтернативной энергетики в Уральском и Приволжском федеральных округах России. Для расчетов использован авторский показатель суммарных MI (Material Input) – чисел. Выявлена материальная интенсивность альтернативных источников энергии всех регионов, входящих в состав федеральных округов, установлен объем перемещаемого вещества из-за деятельности альтернативной электроэнергетики и объем используемых водных ресурсов. Замещение энергетических мощностей работающих на ископаемом топливе альтернативной энергетикой, позволяет существенно снизить уровень негативного воздействия на окружающую среду.

Ключевые слова

эколого-экономического регулирования, Приволжский федеральный округ, Уральский федеральный округ, альтернативная энергетика, антропогенное воздействие альтернативной энергетики

Финасирование

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-010-00861 «Выявление эколого-экономических преимуществ альтернативной электроэнергетики в регионах России через уровень ее материальной интенсивности»

Рекомендуемая ссылка
Двинин Дмитрий Юрьевич
Эколого-экономические преимущества альтернативной электроэнергетики в Уральском и Приволжском федеральных округах России// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №2 (54). Номер статьи: 5410. Дата публикации: . Режим доступа: https://eee-region.ru/article/5410/
Authors

Dvinin Dmitrij Yur'evich
candidate of economic sciences, associate professor of the department of geoecology and nature management
Russia, Chelyabinsk State University
ecologchel@74.ru

Abstract

The purpose of the article is to identify the environmental and economic benefits of alternative energy in the Ural and Volga Federal districts of Russia. In calculations the author's indicator of total MI (Material Input) - numbers is used. The material intensity of alternative energy sources of all the regions that are part of the federal districts has been revealed, the volume of the transported substance has been established because of the activity of the alternative electric power industry and the volume of water resources used. Replacing the power capacity of fossil-fueled by alternative energy, allows to significantly reduce the level of negative impact on the environment.

Keywords

ecological and economic regulation, the Volga Federal District, the Urals Federal District, alternative energy, the anthropogenic impact of alternative energy

Project finance

The reported study was funded by RFBR according to the research project № 18-010-00861 «Identification of the environmental and economic advantages of alternative electric power in the regions of Russia through the level of its material intensity».

Suggested Citation
Dvinin Dmitrij Yur'evich
Ecological and economic advantages of Alternative electric power in the Urals and Volga federal districts of Russia. Regional economy and management: electronic scientific journal. №2 (54). Art. #5410. Date issued: 2018-05-28. Available at: https://eee-region.ru/article/5410/

Print Friendly, PDF & Email

Введение

Управленческий инструментарий эколого-экономического регулирования традиционно затрагивает существующие выбросы и сбросы загрязняющих веществ в окружающую природную среду. Фактически сбросы и выбросы являются ничем иным, как следствием существующего использования природных ресурсов в хозяйственной деятельности. Первопричина их возникновения: возникающие  изменения в биосферных потоков вещества и энергии, что соответственно приводит к уменьшению площади ненарушенных экосистем, объема биомассы, и сокращению биоразнообразия, а значит и к возникновению экологического кризиса. Переключение циркуляции биосферных материальных и энергетических потоков на производственные процессы приводит к ситуации, когда экосистемы более не могут поддерживать собственные функции и структуру, а значит и необходимые условия для продолжения осуществления жизнедеятельности ландшафтных процессов [1,2].

После проведения в 2012 году международной конференции по устойчивому развитию в Рио-де-Жанейро, Бразилия (Рио+20),  и принятия на Генеральной Ассамблее ООН в 2015 году целей устойчивого развития, в качестве инструмента из реализации стала предлагаться «зеленая экономика». Она должна обеспечить эффективное снижение уровня потребления природных ресурсов в хозяйственной деятельности, таким образом, снизив интенсивность биосферных материально-энергетических, и в результате устранить негативное антропогенное воздействие на окружающую природную среду [3]. В декларации «Будущее, которого мы хотим» непосредственно указывается: «Зеленая экономика в контексте устойчивого развития и ликвидации нищеты укрепит нашу способность рационально использовать природные ресурсы с меньшими отрицательными последствиями для окружающей среды, повысит эффективность использования ресурсов и уменьшит количество отходов» [4]. Поскольку электроэнергетика является одной из базовых отраслей, уменьшение ее материальной интенсивности, а также эмиссии парниковых газов, можно рассматривать в качестве одной из ключевых характеристик «зеленой экономики». Причем особая роль здесь должна отводиться существующим системам экологического менеджмента промышленных предприятий и корпораций [5,6].

В настоящий момент времени имеются исследования по оценке материальной и углеродной интенсивности электроэнергетики использующей традиционные ископаемые источники энергии [7]. Однако существует нехватка информации по материальной интенсивности альтернативных источников энергии, не всегда вполне ясно, в какой мере ее функционирование может оказывать негативное антропогенное воздействие на окружающую природную среду. При ее деятельности практически не возникают выбросы и сбросы, поэтому только с помощью оценки возникающих материальных потоков и можно установить уровень негативного воздействия на природу. Зная уровень ресурсоемкости, можно осуществлять и эколого-экономический анализ, позволяющий определить совокупную себестоимость альтернативной энергетики.

 

Методика работы

Для оценки материальных потоков возникающих при функционировании альтернативной электроэнергетики в регионах был применен авторский показатель суммарных MI (Material Input)-чисел. Они представляют собой общую совокупность вещества, а также различных элементов экосистем, необходимых в производственной деятельности [8]. При их расчете можно получить как удельную величину, относительно произведенного кВт/ч, так и общий объем. В процессе исследования использовалась информация, полученная из представленных данных Вуппертальского института климата и окружающей среды, Германия: www.wupperinst.org. Расчеты осуществлялись следующим образом: проводился инвентаризационный анализ возникающих «входных» и «выходных» материальных потоков, а далее, на основе полученной информацию, указанные потоки переводились в категорию суммарных MI-чисел. Для солнечных электростанций были получены следующие удельные показатели материальной интенсивности: атмосферные ресурсы, кг.кВт.ч – 0,0009; абиотические ресурсы, кг.кВт.ч – 0,12; водные ресурсы, кг.кВт.ч – 4,93; суммарные MI-числа, кг.кВт.ч – 0,12. Для ветроэлектростанций: атмосферные ресурсы, кг.кВт.ч – 0,008; абиотические ресурсы, кг.кВт.ч – 0,09; водные ресурсы, кг.кВт.ч – 0,84; суммарные MI-числа, кг.кВт.ч – 0,1. Расчет материальной интенсивности малой гидроэнергетики опирался на информацию об объеме использования водных ресурсов пропускаемых через гидроагрегаты, в некоторых случаях, на основе оценок полученных у объектов-аналогов. Были получены данные об удельном и общем объеме использованных природных ресурсов. Для более полного и обоснованного определения уровня негативного воздействия на экосистемы, отдельно были выделены категории материального входа связанные с уровнем эмиссии парниковых газов: абиотические и атмосферные ресурсы. В суммарных MI-числах, данные категории материального «входа» учитывались вместе. Однако следует отметить, что величины эмиссии парниковых газов в результате деятельности альтернативной энергетики будут пренебрежимо малы при сравнении с традиционной энергетикой, даже в случае их возникновения, поэтому в некоторой степени ими можно пренебречь. Практическое отсутствие эмиссии парниковых газов можно считать одной из важнейших характеристик альтернативной энергетики.

 

Результаты исследования

В Уральский федеральный округ (УФО) входят шесть регионов: Курганская область, Свердловская область, Челябинская область, Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ, Ямало-Ненецкий автономный округ. Площадь округа довольно значительная – 1,82 млн. км2, численность проживающего населения 12,35 млн. человек. Электроэнергетическая отрасль экономики в Уральском федеральном округе обеспечивает производство около 17,3% всей электроэнергии России, в основном за счет присутствия крупных тепловых электростанций [9,10].

В Курганской области на данный момент существует проект строительства относительно крупной Шумихинской ВЭС, мощностью до 50 МВт, однако проект пока не реализован, иные значительные объекты альтернативной энергетики на территории региона пока отсутствуют. На строящемся заводе по производству высоковольтных электродвигателей АО «РЭД» в Челябинской области планируется к введению солнечная электростанция мощностью 244 кВт, однако на данной момент она находится в стадии строительства. Существуют проекты строительства ветроустановок, имеющиеся в настоящее время являются изолированными и довольно маломощными. В регионе представлен ряд малых ГЭС. В частности ГЭС «Пороги», сооруженная в 1910 году и являющаяся старейшей гидроэлектростанцией в России, мощностью 1,36 МВт, однако в 2017 году ее деятельность была законсервирована, до окончания ремонта. Также не эксплуатируются Зюраткульская, Шершневская и Аргазинская ГЭС. Действует Верхнеуральская ГЭС мощностью 1 МВт, с годовой выработкой электроэнергии около 1,5 млн. кВт.ч и расходом воды до 80 млн. тонн в год. В Свердловской области также имеется ряд старых, заброшенных мини ГЭС, однако имеются и действующие. Верхотурская (Верхнетурская) ГЭС мощностью 7 МВт, годовой выработкой электроэнергии 32 млн. кВт.ч и среднегодовым расходом воды в 915 млн. тонн. Вогульская ГЭС мощностью 2,4 МВт с выработкой электроэнергии 1,76 млн. кВт.ч и расходом воды до 150 млн. тонн в год. Существуют также некоторые микро ГЭС, в селе Нижнеиргинском Красноуфимского района мощностью 100 кВт, на Киселевском гидроузле в Серове, на Верхнесысертском гидроузле в Сысерти, а также имеются проекты строительства иных мини ГЭС. Геологическая особенность Тюменской области, а также Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов, связанная с большими запасами нефти и природного газа, по всей видимости оказала определенное влияние на темпы развития альтернативной энергетики. В данных регионах она представлена относительно слабо. Так, непосредственно в самой Тюменской области практически отсутствуют крупные объекты, которые можно было бы отнести к альтернативной энергетике. В Ханты-Мансийском автономном округе в 2018 году введена в строй лишь небольшая солнечная электростанция в д. Никулкино Кондинского района, мощностью всего 15 кВт. В Ямало-Ненецком автономном округе для устранения энергодефицита региона существует проект строительства до 11 ветряных электростанций, однако в настоящее время реализована лишь ВЭУ в г. Лабытнанги с ежегодной выработкой электроэнергии в 0,54 млн. кВт.ч и мощностью 0,25 МВт.

 

Таблица 1 – Объем потребляемых природных ресурсов в суммарных MI-числах и потребление водных ресурсов альтернативной электроэнергетикой в регионах Уральского федерального округа

Субъекты Федерации Выработка электроэнергии за год млн. кВт.ч. Потребл. воды, тыс. тонн Ресурсоемкость в суммарных MI-числах, тыс. тонн Доля альт. энергет. при потреблении водных ресурсов, % Доля альт. энергет. в ресурсоемкости энергет. отрасли, % Доля альт. энергет. в объеме производ. электричества, %
Курганская область
Свердловская область 33,76 1065 87 0,007 0,22
Тюменская область
Челябинская область 1,5 80000 29 0,006
Ханты-Мансийский АО
Ямало-Ненецкий АО 0,54 0,45 0,054 0,0003 0,0002 0,0035
Уральский федеральный округ 35,8 81065,45 0,054 4,4 0,00003 0,027

 

В состав Приволжского федерального округа (ПФО) входит четырнадцать регионов. Республики: Башкортостан, Марий Эл, Мордовия, Татарстан, Удмуртия, Чувашия. Области: Кировская, Нижегородская, Оренбургская, Пензенская, Самарская, Саратовская, Ульяновская, а также Пермский край. Площадь округа составляет – 1,04 млн. км2, численность населения 29,54 млн. человек. Электроэнергетическая отрасль обеспечивает производство около 18,4% электроэнергии России. В округе присутствуют как крупные тепловые электростанции, так и крупные гидроэлектростанции на реке Волга [9,10].

Альтернативная энергетика хорошо представлена в Оренбургской области сетью из пяти солнечных электростанций (СЭС). Здесь присутствует одна из крупнейших в России Орская СЭС им. А. А. Влазнева, мощностью 40 МВт, с годовой выработкой электроэнергии в 32 млн. кВт.ч Соль-Илецкая СЭС обладает мощностью в 25 МВт и дает ежегодно 18,73 млн. кВт.ч Плешановская и Грачевская СЭС имеют мощность 10 МВт и в год вырабатывают 9,76 млн. кВт.ч и 8,78 млн. кВт.ч соответственно. Переволоцкая СЭС обладает мощностью в 5 МВт и ежегодно дает 5,87 млн. кВт.ч электроэнергии. Существуют также проекты строительства еще нескольких СЭС, в случае их реализации, Оренбургская область станет одним из крупнейших производителей солнечной энергии в России. В области также присутствуют и ветряные электростанции (ВЭС), в частности в с. Тамар-Уткуль мощностью 2,72 МВт и г. Орск мощностью 0,4 МВт., с ежегодной выработкой до 0,3 млн. кВт.ч.

В республике Башкортостан представлены три солнечные электростанции. Бурибаевская СЭС мощностью в 20 МВт и годовой выработкой электроэнергии 23,89 млн. кВт.ч, Бугульчанская СЭС в 15 МВт мощности и выработкой 16,85 млн. кВт.ч ежегодно, а также Исянгуловская СЭС введенная в строй в 2017 году и которая произвела в этом году 0,09 млн. кВт.ч. Существуют проекты строительства в республике еще пяти крупных СЭС. В Башкортостане имеется ВЭС Тюпкильды обладающая мощностью 1,65 МВт, и ежегодно вырабатывающая 0,2 млн. кВт.ч. Имеется и ряд малых гидроэлектростанций (мощностью менее 10 МВт): Мечетлинская МГЭС (мощность 0,45 МВт, годовая выработка 0,416 млн кВт.ч, расход воды до 35 млн. тонн в год), Слакская МГЭС (мощность 0,1 МВт, годовая выработка 0,037 млн кВт.ч, расход воды до 7 млн. тонн в год). Присутствует ряд микро ГЭС: Авзян, Узян, Кага, имеющие незначительную мощность, менее 100 кВт.

Под г. Новокуйбышевск Самарской области идет строительство крупной Самарской СЭС мощностью 75 МВт, однако в настоящее время оно не окончено. В регионе присутствует малая Сызранская ГЭС (мощность 2,7 МВт, годовая выработка 5,5 млн кВт.ч, расход воды до 283 млн. тонн в год).

На территории Саратовской области в 2017 году введены две действующие солнечные электростанции: Пугачевская СЭС (15 МВт мощности, с выработкой в 2017 году 0,07 млн. кВт.ч) и Орлов-Гайская СЭС (5 МВт мощности, с выработкой в 2017 году 0,04 млн. кВт.ч). Существует проект строительства еще одной солнечной электростанции мощностью 15 МВт. Ветряные станции в настоящее представлены только небольшими локальными установками.

Республика Татарстан обладает значительными запасами углеводородного топлива, по территории протекают крупные реки Волга и Кама, что в итоге, по всей видимости, сказалось на темпах развития альтернативной энергетики. В настоящее время существуют лишь проекты строительства солнечных и ветряных электростанций, в том числе достаточно крупных ветропарков совокупной мощностью до 100 МВт. В 1999 году была введена в строй малая Карабашская ГЭС (мощность 0,36 МВт, годовая выработка 0,3 млн кВт.ч, расход воды до 30 млн. тонн в год).

Схожая ситуация и в Пермском крае, где представлена лишь малая гидроэнергетика – Очерская ГЭС (мощность 0,4 МВт, годовая выработка 0,35 млн кВт.ч, расход воды до 35 млн. тонн в год).

В республике Удмуртия в настоящее время отсутствуют значимые объекты, относимые к альтернативной энергетике. Ранее существовали малые ГЭС, такие как Октябрьская, на реке Чепца, и в настоящее время не действующие. Выдвигаются предложения о возможности их восстановления.

Кировская область обладает гидроэнергетическим потенциалом для малых ГЭС, однако многие существующие подобные объекты в прошлом, сейчас находятся в неработоспособном состоянии. Сейчас в области действуют малая Белохолуницкая ГЭС (мощность 1,25 МВт, годовая выработка 1,7 млн кВт.ч, расход воды до 90 млн. тонн в год).

В республике Марий Эл и Чувашии крупные объекты альтернативной энергетики отсутствуют, за исключением некоторых микроустановок. Однако следует отметить, что в 1997 году в Чувашии была построена Мариинско-посадская ветроэлектростанция, однако в настоящее время она выведена из эксплуатации.

Республика Мордовия обладает Токмовской МГЭС в с. Андреевка (мощность 0,4 МВт, годовая выработка 0,35 млн кВт.ч, расход воды до 35 млн. тонн в год), существуют проекты сооружения и других малых гидроэлектростанций на реках региона.

Крупнейшая в стране Ульяновская ВЭС, имеющая мощность 35 МВт, введена в эксплуатацию в 2017 году, расположена в Ульяновской области, производство электроэнергии за год – 86 млн. кВт.ч. В области находятся в стадии строительства, либо проектирования, и другие ветроэлектростанции, при условии введения их в действие, совокупная мощность ветроэнергетики региона достигнет 250 МВт. Присутствуют в области и малые гидроэлектростанции: Ульяновская МГЭС-1 (мощность 1,2 МВт, годовая выработка 9,6 млн кВт.ч, расход воды до 100 млн. тонн в год) и Ульяновская МГЭС-2 (мощность 0,5 МВт, годовая выработка 0,4 млн кВт.ч, расход воды до 40 млн. тонн в год).

Альтернативная энергетика Пензенской области представлена малой ГЭС Сурского гидроузла (мощность 0,2 МВт, годовая выработка 0,2 млн кВт.ч, расход воды до 15 млн. тонн в год).

Существует проект строительства крупной Нижегородской ВЭС, в срок до 2030 года, однако в настоящее время крупные объекты солнечной и ветроэнергетики в Нижегородской области отсутствуют. Присутствовала Ичкаловская МГЭС мощностью 0,26 МВт, в 2016 году половодье разрушило ее плотину, пока она не восстановлена и соответственно станция выведена из эксплуатации.

 

Таблица 2 – Объем потребляемых природных ресурсов в суммарных MI-числах и потребление водных ресурсов альтернативной электроэнергетикой в регионах Приволжского федерального округа

Субъекты Федерации Выработка электроэнергии за год млн. кВт.ч. Потребл. воды, тыс. тонн Ресурсоемкость в суммарных MI-числах, тыс. тонн Доля альт. энергет. при потреблении водных ресурсов, % Доля альт. энергет. в ресурсоемкости энергет. отрасли, % Доля альт. энергет. в объеме производ. электричества, %
Республика Башкортостан 41,46 42201,46 4,92 0,36 0,025 0,22
Республика Марий Эл
Республика Мордовия 0,35 35000 99,7 0,03
Республика Татарстан 0,3 30000 0,034 0,001
Удмуртская республика
Чувашская республика
Кировская область 1,7 90000 96 0,036
Нижегородская область
Оренбургская область 75,34 370,69 9,05 0,02 0,06 0,51
Пензенская область 0,2 15000 99 0,01
Самарская область 5,5 283000 0,14 0,024
Саратовская область 0,11 0,54 0,013 0,0000002 0,00009 0,0003
Ульяновская область 96 140072,24 8,6 99,8 0,33 3,48
Пермский край 0,35 35000 0,03 0,001
Приволжский федеральный округ 221,31 670644,93 22,583 0,085 0,017 0,12

 

Заключение

Следует отметить, что в Уральском и Приволжском федеральных округах присутствует только один регион, где альтернативная энергетика имеет долю в производстве электроэнергии более одного процента – Ульяновская область (3,48%). Что связано с недавним формированием крупных ветропарков в области, в настоящее время Ульяновская ВЭС является крупнейшей в стране ветроэлектростанцией.  В целом, по уровню своего развития, альтернативная энергетика Уральского и Приволжского федерального округа значительно уступает Сибирскому (0,79% в энергобалансе) и Дальневосточному (1,37% в энергобалансе). Можно установить новую закономерность, связанную с тем, что в Российской Федерации основные причины обуславливающие внедрение альтернативных источников энергии связаны в основном не с возникающими экологическими проблемами, а вызваны отсутствием энергетической инфраструктуры в том или ином регионе. Так, в Уральском федеральном округе, с огромной долей природоемких отраслей в экономике и высоким уровнем антропогенного загрязнения, доля альтернативной энергетики в общем энергобалансе в 50 раз меньше, чем в Дальневосточном федеральном округе.

Интенсивность негативного антропогенного воздействия альтернативной энергетики Уральского федерального округа, если ее выражать через удельную материальную интенсивность, в 900 раз меньше традиционной энергетики, а удельный объем потребления воды больше в 16,3 раза, что объясняется присутствием значительного количества малых ГЭС и отсутствием крупных гидроэлектростанций в регионе. В Приволжском федеральном округе интенсивность негативного антропогенного воздействия альтернативной энергетики в 7 раз меньше традиционной энергетики, а удельный объем потребления воды меньше в 1,41 раз. Общий объем выбросов парниковых газов от деятельности традиционной электроэнергетики был определен с помощью методики МГЭИК, и в УФО он составил 73,91 млн. тонн, а в ПФО 65,4 млн. тонн СО2-экв. При работе альтернативных источников энергии их эмиссия практически отсутствует. Таким образом, при замещении энергетики на ископаемом топливе, можно не только решать энергетические проблемы в удаленных регионах из-за недостатка инфраструктуры, но и значительно понизить уровень негативного антропогенного воздействия на окружающую среду.

 

Список литературы

  1. Липенков А.Д., Даванков А.Ю. Естественнонаучные основы управления эколого-экономическими системами. – Екатеринбург: УрО РАН, 2005. – 25 с.
  2. Левит А.И. Реконструкция палеоландшафтных и палеоклиматических условий степной зоны южного Зауралья / А.И. Левит, Л.М. Маркова, А.Л. Плаксина, П.А. Косинцев // Степи Северной Евразии. Материалы VI Международного симпозиума и VIII Международной школы-семинара молодых ученых «Геоэкологические проблемы степных регионов». – Оренбург: Институт степи УрО РАН, 2012. – С. 440-444.
  3. Гарипов Р.И. Роль программно-целевого подхода в управлении природопользованием // Голиковские чтения. Челябинск: ЧелГУ. – 2009. – № 5. – С. 34-37.
  4. Рио-де-Жанейрская декларация по окружающей среде и развитию «Будущее, которого мы хотим». Принята Конференцией ООН по окружающей среде и развитию, Рио-де-Жанейро, 20–22 июня 2012 года // http://daccess-dds-ny.un.org, свободный. – 15.05.2018.
  5. Двинин Д.Ю. Развитие систем экологического менеджмента в России и мире // Вестник Челябинского государственного университета. – 2007. – № 6. – С. 131-135.
  6. Двинин Д.Ю. Обобщенная схема управления в системах экологического менеджмента // Экономические науки. – 2011. – № 78. – С. 78-81.
  7. Двинин Д.Ю. Ресурсоемкость электроэнергетической отрасли экономики России // Научное обозрение: теория и практика. – 2017. – № 12. –  С. 85-93.
  8. Schmidt-Bleek F. Das MIPS-Konzept. Weniger Naturverbrauch, mehr Lebensqualitat durch Faktor. – Munchen: Droemer Knaur, 1998. – 320 p.
  9. Информационный сайт Федеральной службы государственной статистики [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.gks.ru, свободный. – 11.05.2018.
  10. Электроэнергетика России: основные показатели функционирования и тенденции развития региона / Доклад подготовлен Институтом проблем ценообразования и регулирования естественных монополий НИУ «Высшая школа экономики». – Москва: НИУ ВШЭ, 2015. – 100 с.

 

References

  1. Lipenkov A.D., Davankov A.Yu. Natural Science Basics of Ecological and Economic Systems Management [Lipenkov A.D., Davankov A.Yu. Estestvennonauchnye osnovy upravleniya ehkologo-ehkonomicheskimi sistemami]. — Ekaterinburg: UrB RAS, 2005. — 25 p.
  2. Levit A.I. Reconstruction of paleolandscape and paleoclimatic conditions of the steppe zone of the southern Trans-Ural region / A.I. Levit, L.M. Markova, A.L. Plaksina, P.A. Kosincev [Rekonstrukciya paleolandshaftnyh i paleoklimaticheskih uslovij stepnoj zony yuzhnogo Zaural’ya]// Steppes of Northern Eurasia. Materials of the VI International Symposium and VIII International School-Seminar of Young Scientists «Geoecological Problems of the Steppe Regions». — Orenburg: Institute of the Steppe UB RAS, 2012. — P. 440-444.
  3. Garipov R.I. The Role of the Program-Target Approach in Environmental Management [Rol’ programmno-celevogo podhoda v upravlenii prirodopol’zovaniem]/ Golikov Readings. Chelyabinsk: ChelSU. — 2009. — No. 5. — P. 34-37.
  4. Rio Declaration on Environment and Development «The Future We Want» [Rio-de-ZHanejrskaya deklaraciya po okruzhayushchej srede i razvitiyu «Budushchee, kotorogo my hotim»]. Adopted by the United Nations Conference on Environment and Development, Rio de Janeiro, June 20-22, 2012 // http://daccess-dds-ny.un.org, free. – 05.15.2018.
  5. Dvinin D.Yu. Development of environmental management systems in Russia and the world [Razvitie sistem ehkologicheskogo menedzhmenta v Rossii i mire]// Bulletin of the Chelyabinsk State University. — 2007. — No. 6. — P. 131-135.
  6. Dvinin D.Yu. Generalized control scheme in environmental management systems [Obobshchennaya skhema upravleniya v sistemah ehkologicheskogo menedzhmenta]// Economic sciences. — 2011. — No. 78. — P. 78-81.
  7. Dvinin D.Yu. The resource intensity of the electric power industry of the Russian economy [Resursoemkost’ ehlektroehnergeticheskoj otrasli ehkonomiki Rossii]// Scientific Review: Theory and Practice. — 2017. — No. 12. — P. 85-93.
  8. Schmidt-Bleek F. Das MIPS-Konzept. Weniger Naturverbrauch, mehr Lebensqualitat durch Faktor. — Munchen: Droemer Knaur, 1998. — 320 p.
  9. Information site of the Federal State Statistics Service [Electronic resource]. — Access mode: http://www.gks.ru, free. – 11.05.2018.
  10. Power engineering in Russia: basic indicators of functioning and development trends of the region [EHlektroehnergetika Rossii: osnovnye pokazateli funkcionirovaniya i tendencii razvitiya regiona]/ The report was prepared by the Institute of Problems of Pricing and Regulation of Natural Monopolies of the Higher School of Economics. — Moscow: HSE, 2015. — 100 p.

Экономика природопользования