Региональная экономика и управление: электронный научный журнал // Номер журнала: №2 (54), 2018

Инклюзивная экономика и социальная ответственность в регионах мира: дилемма или общественное согласие

Inclusive economy and social responsibility in the regions of the world: dilemma or public consent

Авторы


доктор экономических наук, профессор, ведущий научный
Россия, РАНХиГС при Президенте РФ, Владимирский филиал


аспирант
Россия, РАНХиГС при Президенте РФ, Владимирский филиал
vitkina0504@gmail.com

Аннотация

Дано теоретическое обоснование инклюзивной экономики и социальной ответственности. Выявлены факторы, влияющие на нее. С категориальной точки зрения инклюзивность и социальная ответственность показаны через призму взаимоисключения (дилемма) и поиска путей общественного согласия, раскрыты основные положения проинклюзивной модели экономического развития России.

Ключевые слова

инклюзивная экономика, теория, методология, модель.

Рекомендуемая ссылка
Новиков Александр Иванович , Виткина Мария Константиновна
Инклюзивная экономика и социальная ответственность в регионах мира: дилемма или общественное согласие// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №2 (54). Номер статьи: 5401. Дата публикации: . Режим доступа: http://eee-region.ru/article/5401/
Authors

Novikov Aleksandr Ivanovich
Doctor of Economics, Professor. leading scientific
Russia, the Russian Academy of National Economy and Public Service under the President of the Russian Federation, Vladimir Branch

Vitkina Marija Konstantinovna
graduate student
Russia, the Russian Academy of National Economy and Public Service under the President of the Russian Federation, Vladimir Branch
vitkina0504@gmail.com

Abstract

the theoretical substantiation of inclusive economy and social responsibility is Given. The factors influencing it are revealed. From the categorical point of view, inclusiveness and social responsibility are shown through the prism of mutual exclusion (dilemma) and the search for ways of public consent, the basic provisions of the Pro-exclusive model of Russia's economic development are revealed.

Keywords

inclusive economy, theory, methodology, model.

Suggested Citation
Novikov Aleksandr Ivanovich , Vitkina Marija Konstantinovna
Inclusive economy and social responsibility in the regions of the world: dilemma or public consent. Regional economy and management: electronic scientific journal. №2 (54). Art. #5401. Date issued: 2018-04-10. Available at: http://eee-region.ru/article/5401/

Print Friendly, PDF & Email

Введение

Найти идеальный баланс между обществом, государством и бизнесом – в этом, по сути, и заключается миссия любого социально-ориентированного государства. Основной движущей силой в экономике такого государства является создание социально ориентированного подхода, каркасом которого может служить инклюзивная экономика. Ее цель – обеспечить равный для людей доступ к экономической независимости и беспрепятственному взаимодействию между социальными группами (Электронный ресурс. URL: https://soc-otvet.ru/inklyuzivnaya-ekonomika/ (дата обращения 15 марта 2018 г.)).

Анализ материалов экономических форумов (Давос, 2018; Московский, 2018, Санкт-Петербургский конгресс, 2018,) и известных нам публикаций позволяет нам обосновать положения относительно перспектив развития экономики и экономической науки на ближайшее время.

Можно выделить два направления:

Во-первых, рост экономики за счет бедного населения. Это обусловлено тем, что эта категория населения все свои доходы вынуждена тратить на потребление. Относительно приоритетов социально-экономической политики было обращено в трудах Н. Римашевской и других публикациях [1, с. 40]. Современный этап социального и экономического развития характеризуется такими реалиями, как социально-экономическая дифференциация, социальная изоляция отдельных социальных слоев, процветание бедности [2. с. 85-92].

В России по состоянию на 01.01.2018 г. насчитывается 98 долларовых миллиардеров. Достаточно высокий уровень расслоения общества, децильный коэффициент в доходах доходит до 16 и выше, что означает, что доход 10% самых богатых людей превышает доход 10% самых бедных людей в 16 раз. В то же время в стране насчитывается около 20 млн бедных людей, чей доход ниже прожиточного минимума.

Во-вторых, на площадках Всемирного экономического форума в Давосе в 2018 г. (ВЭФ) активно обсуждался вопрос инклюзивного развития и был предложен индекс инклюзивного развития (Inclusive Development Index; IDI), который оценивает 107 стран по критериям роста, справедливости и устойчивости. Это делается по той причине, что экономисты и политики слишком полагаются на ВВП как на показатель экономического развития стран в ущерб уровню жизни людей (Электронный ресурс. URL: http://www.econominews.ru/mirovaja-jekonomika/524-indeks-inkljuzivnogo-razvitija-2018-vsemirnyjj.html. (дата обращения 15 марта 2018 г.)).

 

Инклюзивная экономика: сущность дефиниции

Инклюзивную экономику исследователи называют неоэкономикой, постиндустриальной, информационной, виртуальной, сетевой, интернет-экономикой, экономикой знаний, финансономикой и т.д. Эти понятия фиксируют отдельные аспекты инклюзивной экономики, но они не улавливают ее ядра, ее системообразующего принципа, ее конечной цели и ее специфических средств.

Мы рассматриваем инклюзивную экономику клоном экономики, поэтому для прояснения ее сути можно использовать метод аналогий. В этом плане заслуживают внимание несколько идей:

  1. Клоны могут устранять из базовых учений их ядро;
  2. Клоны могут перемещать самые важные их идеи на периферию второстепенных смыслов. Так, в неоплатонизме исчез идеальный мир идей Платона, уступив место неопределенной и неопределяемой абстракции.
  3. Укрепление и детализация анализа структурно-логических связей. В современной науке системы такого рода можно отнести к фрактальным системам. Ее сущность заключается в том, что одни и те же рычаги действуют на разных уровнях детализации.

Рассмотрим несколько групп факторов, характеризующих проявление аналогий в инклюзивной экономике:

а) факторы, связанные с удовлетворением потребностей человека физиологического плана;

б) факторы, определяющие субъективные оценки личностного статуса человека (уровень благосостояния и др.);

в) факторы, определяющие социальный статус человека (положение в обществе).

К факторам первой группы можно отнести:

  • доходы населения;
  • объемы и структуру производства;
  • структуру занятости и т.д.

К факторам второй группы можно отнести:

  • физиологические факторы, определяющие состояние человека как биологического вида (общественное здоровье);
  • субъективные представления о личности;

К факторам третьей группы можно отнести:

  • статус человека, формируемый социумом;
  • система социальных стандартов и т.д.);

Таким образом современное общество — это общество инклюзивной экономики. информации и новых технологий, являющихся движущей силой экономического роста. Расширяющийся процесс внедрения инноваций в экономику не только экономически развитых, но и развивающихся государств, без сомнения, открывает потенциальные возможности развития как мировой, так и национальных и региональных экономик.

 

Инклюзивная экономика и социальная ответственность: дилемма или общественное согласие

Дилемма – это сочетание двух противоположных по смыслу суждений, но без возможности сформулировать третье (Электронный ресурс. URL: http://fb.ru/article/177711/dilemma—eto-chto-takoe-raznovidnosti-dilemm (дата обращения 15.03.2018 г.)). Бывают различные виды дилемм. Нас интересует круг этических вопросов, имеющих отношение к социальной ответственности как государства, так и бизнеса.  Любое решение дилеммы – это поиск наиболее безопасного варианта из двух, либо объединение их в нечто наподобие компромисса (Электронный ресурс. URL: http://fb.ru/article/177711/dilemma—eto-chto-takoe-raznovidnosti-dilemm (дата обращения 15 марта 2018 г.)).

Дилеммы системы касаются как мирового развития, так и отдельных цивилизаций [3, с. 151-168]. Споры и дилеммы, касающиеся экономического строя, обычно приобретают особое значение в периоды исторических переломов, в том числе цивилизационных и технологических, а также в периоды кризисов. В настоящее время наблюдается переход к новой модели развития экономики, основанной на знаниях, с высокой степенью виртуализации экономики, высокой доли неопределенности и т.д., то есть наблюдается процесс смены образа общественного развития.

Общественное согласие заключается в построения социально ориентированной системы хозяйствования. Ее суть состоит в том, что государство призвано оказывать помощь лицам старших возрастов и детям. В плане лиц старшего поколения это проявляется в том, что общество как бы оплачивает некое общественное обязательство, поскольку эти люди на протяжении лучших лет своей жизни, по существу, авансировали государство и общество своим трудом. В плане оказания помощи детям государство направляет им помощь, как бы признавая факт того, что и они авансируют общество, создавая «человеческий капитал» для будущего, то есть новое здоровое, образованное поколение.

Социальную политику государства отличает ряд особенностей. Она имеет дело непосредственно с человеком и ориентирована на него. Социальная политика связана со сферой распределения и потребления общественного продукта. Способ распределения определяется способом производства, но распределительные отношения, будучи относительно автономными, могут тормозить, либо способствовать процессу производства, быть фактором повышения общественной производительности труда. В то же время специфика экономической политики заключается в ориентации на экономический рост и умножение материального богатства.

Отсюда следует, что так же, как социальная сфера общества неотделима от экономики, социальная политика государства неотделима от экономической политики, они тесно связаны между собой. Их диалектическая взаимосвязь объясняется тем, что цель экономической политики — регулирование деятельности людей по созданию материальных благ и услуг как важнейшего условия роста народного благосостояния, а социальная политика воздействует на отношения между людьми в потреблении ими материальных благ и услуг, направлена на улучшение условий жизни и всестороннее совершенствование всех членов общества, исходя из принципа социальной справедливости. Другими словами, то, что для одной политики является итогом, для другой — исходным пунктом.

Рассмотрение концептуальных основ социальной ответственности позволяет перейти к эволюции этого понятия и выделить категории, характерные для социального государства. Понятие «социальное государство» впервые употребил в 1850 году Лоренц фон Штейн [4, с. 155-161]. Он включил в перечень функций государства «поддержание абсолютного равенства в правах для всех различных общественных классов, для отдельной частной самоопределяющейся личности посредством своей власти». Позднее вопросы социальной политики уточнялись и корректировались в зависимости от задач конкретного времени. Исследователи чаще подчеркивают положительные стороны постиндустриальной эпохи и редко, кто касается ее проблем. Но, как доказывает Александр Бард, шведский преподаватель, писатель и пионер Интернета «Мы живем в двух эпохах одновременно, хотя мало кто это осознает. Одна, уходящая — это капитализм. Вторая, связанная с информационной революцией — эпоха Интернета. В эпохе, которая надвигается, на вершинах власти находится малочисленная, но сказочно богатая сетевая нетократия (Нетократия (англ. netocracy) — предполагаемая форма управления обществом, в рамках которой основной ценностью является полноценный доступ к достоверной информации и манипуляции с ней, что обеспечивает власть над остальными участниками того или иного социума (общества, страны, государства)). По его мнению, подножие общественной пирамиды занимает «консумтариат», а наинизший социальный слой, характеризующийся цифровой безграмотностью, лишен из-за этих возможностей пользоваться благами новой цивилизации (Электронный ресурс. URL: gorod.lvzinas/temats/32618/александр бард…ата обращения 15 марта 2018 г.)).

Иммануил Валлерстайн, американский профессор социологии высказывает озабоченность относительно перспектив развития общества. Он доказывает, что современная мировая система входит в конечный кризис и невероятно, что будет существовать через 50 лет, так как она находится в фазе «смертельного кризиса» [5].

 

Методологическое сопровождение развития инклюзивной экономики в регионах мира

В нашем исследовании мы выделяем два подхода:

  • политэкономический;
  • институциональный.

Обоснование методологического выбора объясняется тем, что изучение экономики в неосознаваемом контексте может привести к гибели. В частности, современная экономика одной рукой правит рынком, а другой рукой загоняет человека в рынок.

Если XX век экономисты называли веком формирования среднего класса, то XXI век – эпохой расслоения общества. Доходы большинства населения даже развитых стран на порядок отстают от темпов роста экономики. В полной мере проявилось лицо Всевластие хрематистики, обоснованной еще Аристотелем. Хрематистика стала полноценной экономикой, которая стала подчинять себе все реалии жизни и бытия. США традиционно отличаются высоким уровнем потребления. Его можно наблюдать на примере разницы в доле общего производства США (около 20% мирового ВВП) и их потребления (около 40% мирового ВВП). Эта разница в настоящее время обеспечивается за счет эмиссии доллара. Общий долг США превысил 20 трлн долл., а ВВП чуть более 17 трлн долл. Валютная пирамида основывается не только на необеспеченной эмиссии, но и на спекулятивных валютных сделках. Именно смертно-милитарная суть экономики плодит кризисы и войны, создает шоковые орудия истории и власти.

Основные направления, по которым реализуется принцип социальной политики, — охрана труда и здоровья людей, установление гарантированного минимального размера оплаты труда, обеспечение государственной поддержки семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развитие системы социальных служб, установление государственных пенсий, пособий и иных гарантий социальной защиты» (Социальная политика. Толковый словарь / общ. ред. Н. А. Волгина. — М. : РАГС, 2002. — С. 19.).

Становление в России социального государства свидетельствует о том, что этот процесс очень сложный, зависящий от комплекса не только внутренних, но и внешних обстоятельств. В значительной степени это зависит от участия всех категорий и слоев населения в поддержке и построении социального государства.

Ученые Владимирского филиала РАНХиГС внесли определенный вклад в разработку темы социальной ответственности. Это научные труды Г. В. Гутман, О. Б. Дигилиной, А.Е. Илларионова. А.И. Новикова, И.А. Тогунова. По этой проблематике были опубликованы монографические издания [6]. В части взаимодействие процессов социализации и капитализации в рыночной экономике они высказали свое мнение: «Что настораживает? — так это то, что социальное государство что-то «провозглашает», а не утверждает, что оно «способ соединения начал», а не само начало специфической организации государства, которое, реализует такие утопические положения, что «богатые платят за бедных; здоровые платят за больных; трудоспособные платят за нетрудоспособных и т. д.» (Цит по: Гутман Г. В. Избранные сочинения. Том шестой Проблемы социального развития государства / под общ. ред. О. Б. Дигилиной — Владимир : Транзит-ИКС, 2012. — С. 17.).

Поэтому крайне важна новая проинклюзивная модель экономического развития России и решение социальных проблем, а именно:

  • что должно выступать основной движущей силой в современном российском обществе?
  • что должно выступать общественным приоритетом?
  • что лежит в основе неравенства в доходах людей?

В этом плане заслуживает внимание советский опыт инклюзивного развития. В СССР общественным приоритетом выступала забота о детях. Приоритетность этого направления общественного развития проявлялась в различных формах:

  • системе ценообразования. Размер наценок на детские товары был ограничен;
  • санитарно-гигиенической защите. Стандарты на детское питание практически исключали применение всевозможных заменителей, тем более использование Е-добавок. Для производства обуви и одежды ограничивалось использование искусственной кожи, синтетических тканей, то есть прерогатива отдавалась натуральным продуктам и вещам;
  • для детей на безвозмездной основе были организованы дома творчества, юного техника, работали кружки по интересам и всевозможные секции.

Представляется, что концепцией проинклюзивной модели может выступать система перераспределения, которая направлена на увеличение доходов, особенно социально незащищенного населения и роста потребления благ этой категорией населения. В основе развития планетарного масштаба находится пирамида, представляющая собой многочисленную социально-экономическую группу населения с минимальными доходами. В эту группу входят примерно 4 миллиарда человек, их годовой доход не превышает 4000 долларов. Четверть представителей этой группы находится за чертой бедности. У них есть возможность тратить лишь от 2 до 9 долларов в день.

Представителями данной группы являются частью теневой экономики и жители отдельных сельских территорий. Отдельные социальные группы едва сводят концы с концами, их доход позволяет приобретать вещи только первой необходимости. Коммерческая деятельность в этом сегменте рынка тесно связана с общей борьбой против бедности.

Приоритеты проинклюзивной экономики должны переориентироваться на более эффективное противодействие незащищенности и неравенству, которые сопровождают внешние вызовы и технологические изменения. Именно устойчивый, всеобъемлющий прогресс, сопровождающийся ростом доходов населения наравне с ростом его экономических возможностей, уровня защищенности и качества жизни, должен быть признан политиками главной целью экономического развития – а вовсе не рост ВВП, говорится в докладе ВЭФа.

В свете развития инклюзивной экономики каждый человек должен иметь доступ к основным потребностям для поддержания своей жизнедеятельности: пище, воде, одежде, здравоохранению, жилью, образованию, энергоресурсам. Компании по всему миру вносят существенный вклад в осуществление поставленной задачи.

Индекс инклюзивного развития IDI базируется на 12 индикаторах, объединенных в три группы, которые оценивают уровень экономического развития:

  • рост и развитие (включая рост ВВП, занятости, производительности труда, ожидаемой продолжительности жизни);
  • инклюзивность (медианный доход домохозяйств, уровень бедности и неравенства);
  • межпоколенческая справедливость и устойчивость (уровень сбережений, демографической нагрузки, государственного долга и загрязнения окружающей среды).

Такой индекс отражает более целостную картину экономического развития, то есть устойчивое повышение уровня жизни населения. В докладе ВЭФ проранжировано по новому индексу 29 развитых стран и отдельно 78 развивающихся. Разделение стран на две группы потребовалось из-за различий между ними в определении уровня бедности.

Верхние строчки рейтинга развитых стран занимают скандинавские страны. При этом Норвегия признана самой инклюзивной развитой экономикой.

Россия заняла 19-е место среди развивающихся стран в индексе инклюзивного развития. «Десятилетия, в течение которых отдавался приоритет экономическому росту перед социальной справедливостью, привели к исторически высоким уровням неравенства в благосостоянии и доходах», — поясняется в докладе ВЭФ.

Мы считаем, что Правительство России пропустило благоприятный цикл, в котором рост усиливается благодаря более широкому и справедливому распределению и генерируется без чрезмерного обременения будущих поколений». По данным ВЭФ, за последние пять лет, несмотря на рост мировой экономики, уровень социальной инклюзивности снизился в 20 из 29 развитых экономик, а уровень межпоколенческой справедливости упал в 56 из 74 развивающихся экономик. За тот же период менее половины стран с развитой экономикой добились успеха в сокращении масштабов нищеты, и лишь восемь добились сокращения неравенства в доходах (Всемирный экономический форум 2018 года проходил с 23 по 26 января в швейцарских Альпах и привлек 70 глав государств и правительств, а также знаменитостей, руководителей компаний и ведущих банкиров.).

 

Заключение

Таким образом, международные сравнения показывают, что большей устойчивостью к внешним угрозам и экономическим кризисам обладают страны с большей инклюзивностью социально-экономической системы, в которых приоритетом выступает решение социальных проблем в обществе и формирование политики, направленной на социальную защиту отдельных социальных категорий и выравнивание доходов.

Представляется, что механизмами и инструментами повышения инклюзивности могут выступать:

  1. Учреждение социальной интеграции и равенства общих благ;
  2. Развитие местного самоуправления как гаранта справедливости и социальной защиты;
  3. Обеспечение приоритетного развития здравоохранения и образования и повышение всеобщего доступа к средствам охраны здоровья, образованию, включая дополнительный уровень и культуре.

Реализация проинклюзивных решений направлена на адекватные преобразования механизмов функционирования как государства, так и его отдельных институтов.

 

Литература:

  1. Римашевская Н. Человеческий потенциал России и проблемы «сбережения населения» //Российский экономический журнал. 2004. №9-10. – С. 40.
  2. Новиков А.И., Жилина Ж.А., Цветков С.А. Защита от бедности: проблемы и пути решения //Вестник ВлГУ, серия «Экономика», Электронный журнал 2016. №3 (9). – С. 85-92.
  3. Мончиньска Э. Экономический порядок. Барьеры и дилеммы, в: Э. Мончиньска, З. Садовски. О формировании экономического порядка, PTE, Варшава, 2008, с. 151–168.
  4. Евстратов А. Э. Политико-правовые взгляды Лоренца фон Штейна на социальное государство / Права и свободы человека и гражданина в современном мире: материалы Международной научно-практической конференции 26 мая 2004 года. — Омск, 2005. — С. 155-161.
  5. Валлерстайн И., Утопистика. Исторические альтернативы для XXI века», Офиц. изд. Братства Тройка, серия «Теории сопротивления», 2008 И. Валлерстайн, Конец знакомого мира. Социология XXI века/ Пер, с англ. Под ред В. Иноземцева. — М.: Логос, 2004. – 368 с.
  6. Исследование и анализ социо-эколого-экономической политики через призму государственных социальных стандартов: национальные и региональные аспекты: монография. – Владимир: Владимирский филиал РАНХиГС, 2017. – 294 с.

 

Literature:

  1. Rimashevskaja N. The Human Potential of Russia and the Problem of «Saving the Population» [Chelovecheskij potencial Rossii i problemy «sberezhenija naselenija»]// Russian Economic Journal. 2004. № 9-10. — P. 40.
  2. Novikov A.I., Zhilina Zh.A., Cvetkov S.A. Protection against poverty: problems and solutions [Zashhita ot bednosti: problemy i puti reshenija]. Vestnik VlGU, series «Economics», Electronic Journal 2016. № 3 (9). — P. 85-92.
  3. Monchin’ska Je. The economic order. Barriers and dilemmas [Jekonomicheskij porjadok. Bar’ery i dilemmy], in: Je. Monchin’ska, Z. Sadovski. On the formation of the economic order, PTE, Warsaw, 2008, p. 151-168.
  4. Evstratov A. Je. Politico-legal views of Lorentz von Stein on the social state [Politiko-pravovye vzgljady Lorenca fon Shtejna na social’noe gosudarstvo]/ Rights and freedoms of man and citizen in the modern world: materials of the International Scientific and Practical Conference on May 26, 2004. — Omsk, 2005. — P. 155-161.
  5. Vallerstajn I., Utopistika. Historical Alternatives for the 21st Century [Istoricheskie al’ternativy dlja XXI veka»], «Troika Brotherhood Officer,» Theory of the Resistance «series, 2008 I. Wallerstein, The End of the Familiar World, Sociology of the 21st Century / Per, from English Edited by V. Inozemtsev, Moscow: Logos, 2004. — 368 p.
  6. Research and analysis of socio-environmental and economic policy through the prism of state social standards: national and regional aspects [Issledovanie i analiz socio-jekologo-jekonomicheskoj politiki cherez prizmu gosudarstvennyh social’nyh standartov: nacional’nye i regional’nye aspekty]: monograph. — Vladimir: Russian Academy of National Economy and Public Service under the President of the Russian Federation, Vladimir Branch, 2017. — 294 p.

Экономика труда