Региональная экономика и управление: электронный научный журнал // Номер журнала: №4 (52), 2017

Инструментарий поддержки принятия решений при управлении регионами

Decision-making supportive tools to administer the regions

Авторы


доктор технических наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ
Россия, Костромской государственный университет
bragzv@yandex.ru


кандидат экономических наук, старший преподаватель кафедры экономики и экономической безопасности
Россия, Костромской государственный университет
ilyak19k@yandex.ru


кандидат экономических наук, доцент, заведующий кафедрой бизнес информатики и сервиса
Россия, Костромской государственный университет
institut-eco@yandex.ru

Аннотация

В статье представлены результаты исследования в области совершенствования процессов разработки социально-справедливой стратегии развития субъектов федерального государства в аспекте реализации основных положений Постановления Правительства РФ от 20 августа 2015 г. № 870 «О содержании, составе, порядке разработки и утверждения стратегии пространственного развития Российской Федерации, а также о порядке осуществления мониторинга и контроля ее реализации», а также освещены вопросы разработки инструментария поддержки принятия решений при управлении регионами. Даны экспериментально обоснованные предложения формирования рабочего информационного массива, обеспечивающего достоверность результатов. Разработана процедура подготовки и обработки информации для моделирования коэволюции социально-экономического развития региона с использованием компонентного анализа на основе показателей, фиксирующихся органами Федеральной государственной статистики и характеризующих состояние региона.

Ключевые слова

управление регионами, типы социально-экономических процессов, инструментарий поддержки принятия решений, коэволюция, коэволюционное развитие регионов, Костромская область

Финасирование

Статья написана по материалам Гранта РФФИ № 16-06-00034 Моделирование коэволюции социально-экономического развития регионов

Рекомендуемая ссылка
Брагина Зинаида Васильевна , Киселев Илья Константинович , Илюхина Анна Святославовна
Инструментарий поддержки принятия решений при управлении регионами// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №4 (52). Номер статьи: 5207. Дата публикации: . Режим доступа: http://eee-region.ru/article/5207/
Authors

Bragina Zinaida Vasil'evna
Doctor of Technical Sciences, Professor, Honored Worker of Science of the Russian Federation
Russia, Kostroma State University
bragzv@yandex.ru

Kiselev Il'ja Konstantinovich
candidate of economic sciences, senior lecturer of the department of economics and economic security
Russia, Kostroma State University
ilyak19k@yandex.ru

Iljuhina Anna Svjatoslavovna
Candidate of Economic Sciences, Associate Professor, Head of the Department of Business Informatics and Service
Russia, Kostroma State University
institut-eco@yandex.ru

Abstract

This paper presents the results of research on socially equitable development strategy strengthening for federal units. Government Decision, 20 August 2015 #870 on spatial development strategy consistent framework is discussed including accurate information providing. The obtaining information flow chart based on official statistics and component analysis is constructed for regional co-evolution modeling. It can be used to indicate the regional condition. Experimental substantiation of data collection that help for reliable results is presented.

Keywords

management of regions, types of socio-economic processes, decision support tools, co-evolution, co-evolutionary development of regions, Kostroma Region

Project finance

The article is based on the materials of the RFBR Grant No. 16-06-00034 Modeling the co-evolution of socio-economic development of regions

Suggested Citation
Bragina Zinaida Vasil'evna , Kiselev Il'ja Konstantinovich , Iljuhina Anna Svjatoslavovna
Decision-making supportive tools to administer the regions. Regional economy and management: electronic scientific journal. №4 (52). Art. #5207. Date issued: 2017-10-23. Available at: http://eee-region.ru/article/5207/

Print Friendly, PDF & Email

1. Актуальность

Государственным документом, в котором закреплены приоритеты, цели и задачи комплексного регионального развития Российской Федерации является Постановление Правительства РФ от 20 августа 2015 г. № 870, среди которых определяющими являются следующие: разработка приоритетов совершенствования системы расселения на территории Российской Федерации и механизмы стимулирования расселения в соответствии с приоритетными направлениями совершенствования системы расселения; определение направлений изменения структуры экономики Российской Федерации в региональном аспекте, а также перспективных конкурентных преимуществ и экономической специализации субъектов Российской Федерации в межрегиональном разделении труда в соответствии с их типологической принадлежностью, учитывающие принципы обеспечения согласованности приоритетов отраслевого и регионального развития; формирование перечня потенциальных территорий опережающего социально-экономического развития, основанное на комплексной оценке и анализе условий и потенциалов пространственного развития Российской Федерации; нахождение перспективных направлений интеграции Российской Федерации в единое евразийское и мировое экономическое пространство; определение состава макрорегионов на территории Российской Федерации.

Органы государственного управления должны сосредоточить свое внимание на реализации вышеуказанных положений. Однако, в системе государственного управления фактически отсутствует инструментарий для разработки решений, обеспечивающих комплексную реализацию поставленных задач. По данным аналитического доклада Высшей школы экономики [19], максимально широко привлекаются внешние исполнители для разработки схем территориального планирования (до 70% и выше объемов работ) и стратегий социально-экономического развития (около 60% работ выполняется внешними исполнителями). Документы целеполагания, разрабатываемые по заказам органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации внешними организациями, не могут использоваться напрямую в представленном исполнителями виде и в большинстве случаев требуют доработки. В результате «добавленные трудозатраты» увеличивают итоговую стоимость работ примерно в 1,5 раза.

Эти обстоятельства актуализируют проблему разработки инструментария поддержки принятия решений при управлении регионами, способного развивать собственные компетенции органов государственной и муниципальной власти в сфере прогнозирования и планирования, что обеспечит взаимоувязывание документов стратегического блока, а при условии разработки информационного обеспечения позволит снизить собственные трудозатраты органов исполнительной власти, а также обеспечит объективность и качество прогнозов и возможность их оперативной корректировки.

 

2. Постановка проблемы

Концепция разработки инструментария поддержки принятия решений при управлении регионами основана на представлении социально-экономической системы региона, как совокупности многоплановых подсистем, структурно сформированных, функционирующих и развивающихся под влиянием принимаемых управленческих решений, кумулятивных и инерционных сил. Данные объекты, как правило, упорядочены по иерархическим уровням управления согласно действующей в рассматриваемый период организационной структуре, отношения между ними характеризуются связями и процессами управления, подчинения и взаимодействия [13]. Управленческие решения могут быть нацелены как на достижение стратегических целей региона, так и на решение задач оперативного и тактического характера. Вопрос информационно-аналитического обеспечения регионального управления носит характер фундаментальных исследований и требует разработки принципиально иных подходов к формированию инструментария поддержки принятия решений, что направлено на повышение результативности работы аналитических служб органов государственного управления регионами, дополнив компетентности их специалистов.

Рассмотрим применяемые на сегодняшний день инструменты при разработке управленческих решений стратегического характера, основываясь на законодательно закрепленном содержании стратегии социально-экономического развития:

 

Таблица 1 — Обзор методов, применяемых для разработки управленческих решений органами государственной и муниципальной власти

Содержание стратегии Метод
Оценка текущей социально-экономической ситуации и степени достижения целей социально-экономического развития Статистические методы (динамические модели и прогноз на основе временных рядов), сравнение фактических данных по региону с нормативными или средними, сопоставление по отдельным индикаторам с данными прошлых лет; математическое моделирование; межрайонная модель межотраслевого баланса; методы оценки эффективности, интегральные оценки, экспертные методы [2; 12; 24; 25]
Определение целей социально-экономического развития Российской Федерации и целевых показателей на долгосрочный период Методы комбинаторно–морфологического анализа, анализа иерархий, дерева целей [1; 5; 18; 21; 22]
Определение основных приоритетов и задач социально-экономической политики на долгосрочный период, обеспечивающих достижение целей социально-экономического развития Методы социально-экономического анализа, построение графических, сетевых моделей, кластерный анализ, экспертные методы [10; 11]
Оценка позиций в мировой экономике и их изменения на долгосрочный период SWOT-анализ, конкурентный анализ по модели пяти сил М. Портера, диаграмма Омаэ, анализ ресурсов и конкурентный анализ, модель жизненного цикла производства и конкурентных позиций АDL/LS, портфельный стратегический анализ, матрица развития И. Ансоффа [6; 7; 20]
Обоснование основных реформ и программ, необходимых для достижения целей социально-экономического развития Экспертные методы; метод «ближайшего соседа»; метод дерева решений; предметно-ориентированные системы анализа ситуаций и прогноза, основанные на фиксированных математических моделях
Основные направления, мероприятия и механизмы реализации стратегии социально-экономического развития Методы анализа бизнес-процессов, балансовый метод, нормативный метод, метод планирования по технико-экономическим факторам, программно-целевой, экономико-математический методы

 

Разработка решений в сфере управления регионом является трудоемким и сложным процессом, включающим в себя огромное число методов и инструментариев, адекватность применения которых обусловлено не столько методическими рекомендациями по их применению, а сколько уровнем компетенции конкретного специалиста. Учитывая, что в процессе разработки государственных решений велика доля человеческого труда, есть основания считать, что инструментарий поддержки принятия управленческих решений не совершенен, не смотря на активное формирование общегосударственной и региональной информационной среды, создающая более комфортные условия для межрегионального обмена опытом.

Формализовать состояние региональной социально-экономической системы в аспекте многообразия протекающих в ней процессов возможно в виде матрицы показателей. По сути, исходная матрица — это представление о хаосе социально-экономической системы. Это замечание принципиально важно, для понимания правомерности предлагаемого нами толкования терминологии описания результатов нашего исследования. Обратим внимание на несколько постулатов, выработанных в теории хаоса. В физическом смысле хаос «ни в коей мере не тождественен беспорядку и не противоположен ему. Хаос в сложных системах, изучаемых в теории хаоса и в теории самоорганизации, всегда относителен. Он содержит в себе относительную долю хаотичности и меру упорядоченности. Хаос определенным образом организован. Он не является бесструктурным. Это детерминированный или динамический хаос [9]. В синергетике принято считать, что хаос как сложная взаимосвязь порядка и беспорядка в реальных системах выполняет множество различных функций. В контексте нашего исследования выделим две из них: хаос как способ синхронизации темпов эволюции подсистем внутри сложной системы и тем самым как способ сохранения ее целостности [9]; хаос, является генератором случайности, генератором разнообразия из которого и складывается новое единство, рождается новая структура.

Первое утверждение нам позволяет дать объяснение принятой нами методологии исследования. А второе утверждение позволяет нам в исходной матрице усматривать два относительно самостоятельных типов процессов.

Первый – социально-экономические процессы региона эволюционного типа осуществляются при использовании традиционных технологий и за счет внутренних ресурсов территории. Органы государственного управления в регионе поддерживают стремление к экономическому равновесию как возможного и наименее конфликтного способа его существования. И, как следствие, показателям, отражающим эти процессы, свойственна достаточно высокая коррелированность.

Второй тип представляет процессы, в которых проявились конструктивные или деструктивные преобразования социально-экономической системы региона, которые преимущественно происходят под воздействием инновационных управленческих решений региональных органов власти. Результат проявляется в социально-экономических показателях, изменив сложившуюся тесноту связи между ними. По Курдюмову: сложные системы «принимают» те внешние воздействия, которые согласованы с «собственными тенденциями» социально-экономической системы [9, с.39]. Корреляция таких показателей должна быть невысокой.

Основанием для признания этого положения является то, что в хозяйственной практике представление о результатах социально-экономических процессов, происходивших в анализируемом периоде, принято формировать по социально-экономическим показателям региона. Вместе с тем, о доминирующем влиянии самоорганизации хаоса в социально-экономической системе можем судить и по тому факту, что практическое осуществление стратегий развития регионов и даже выполнения целевых государственных программ существенно отклоняется от заданного курса. Хотя «заданный курс» был обоснован и разработан ведущими специалистами в этой области знаний и сопровождался мониторингом и анализом хода выполнения и корректировкой. И, тем не менее, ежеквартально подтверждается неполное и неточное выполнение установленных заданий [14]. Следствием этого вывода является признание необходимости обоснования методического материала (технологии разработки) коэволюционной версии социально-экономического развития региона, способного формализовать процессы, происходящие в неустойчивой среде.

 

3. Авторский подход: использование компонентного анализа в качестве инструментария поддержки принятия решений

В качестве основы инструментария поддержки принятия решений был применен математический аппарат компонентного анализа. Данный метод позволяет решить одну из наиболее распространенных задач управления, а именно задачу представления о состоянии хаоса социально-экономической системы региона в компактной форме. В практической работе можно пользоваться предлагаемой процедурой (рисунок 1).

 

Процедура практической реализации инструментария поддержки принятия решений при управлении регионами

Рисунок 1 — Процедура практической реализации инструментария поддержки принятия решений при управлении регионами

 

Рассмотрим отдельно каждый этап процедуры практической реализации инструментария поддержки принятия решений при управлении регионами.

Изучение статистических данных, отраженных в сборниках. Наиболее полно состав социально экономических показателей, характеризующих состояние региона, представлен в статистических сборниках, которые выпускают территориальные органы Федеральной службы государственной статистики. Важно и то, что эти показатели статистически надежны, поскольку они рассчитаны всеми субъектами хозяйствование по единой методике, что способствует обеспечению точности и достоверности многомерного статистического анализа. Как правило, такие сборники включают 13 направлений, выделенных в социально-экономическом развитии региона. К ним относятся: основные характеристики муниципальных образований; население; труд; уровень жизни населения; образование; здравоохранение; характеристика хозяйствующих субъектов по отраслям; сельское хозяйство; строительство; транспорт; связь; торговля; услуги; финансы организаций; инвестиции.

Выбор исходных данных. Структура статистической информации в статистических сборниках практически идентична стратегическим ориентирам развития региона. Так в стратегии развития Костромской области [17] представлено 7 подпрограмм, ориентированных на развитие промышленности; развитие инвестиционной среды и обеспечение инвестиционной привлекательности; развитие торговли; поддержку и развитие субъектов малого предпринимательства; а также обеспечение институционального развития. Все эти семь подпрограмм используют статистическую информацию, которая фиксируется органами статистики по вышеназванным 13 направлениям. Общее количество показателей отражающих состояние региона по итогам каждого года несколько сотен.

Формирование матрицы исходных данных. При оценке коэволюции социально-экономические процессы развития муниципального образования имеют разный статус, а следовательно и представленныные ими показатели. При формировании матрицы исходных данных, необходимо учитывать тип статуса показателей. Мы выделяем четыре типа статуса социально-экономических процессов.

Все социально-экономические процесы выполняют одну из двух функций в развитии региона. Первая: формирование (желательно наращивание) потенциала ресурсов региона, рост собственности. Показатели, отражающие выполнение этой функции мы относим к первому типу статуса. В составе этого типа показателей особый статус имеют показатели, отражающие состав населения региона. Население региона в части трудоспособного населения – это ресурс региона. Но этот ресурс в отличии от всех других не есть собственность региона. Экономически активное население можно условно отнести к этой группе показателей, на том основании, что трудовые отношения между человеком и работодателем формализуют их взаимные экономические интересы. Источником существования (жизнедеятельности) человека является доход от трудовой деятельности, равно как и для бизнеса: обязательное условие любой хозяйственной деятельности является наличие трудовых ресурсов. С носителем способности к труду работодатель вынужден заключать договор, где конкретизируется компромисс их экономических интересов и в этом смысле экономически активное население тоже является потенциалом региона.

Второй тип статуса определяется как оценка эффективности деятельности сотрудников органов государственного управления по использованию региональных ресурсов и всей региональной собственности, а так же их влияние (участие) на управление промышленным производством и другими хозяйствующими субъектами. В свою очередь речь идет не только об обеспечении эффективного использования ресурсов, но и о привлечении дополнительных, то есть увеличению потенциала. При подготовке информации для моделирования необходимо исходить из принципа: все итоги любой деятельности в любой организации или семье являются результатом исполнения (или не исполнения) управленческого решения. Потенциал без организации его использования ничего в позитивном социально-экономическом развитии региона не изменяет. Изменения могут быть только деструктивные. Например, несвоевремнная профилактика очистных сооружений может привести к экологической  катастрофе. Результаты этой деятельности тоже представлены социально-экономическими показателями, отражающими результативность (эффективность) использования всего разнообразия потенциала ресурсов.

Статус показателя надо учитывать при формировании исходнного массива инфорамции.  Важно при подготовке информации к компонентному анализу правильно учесть эти два типа статуса показателей. Особенность их включения в рабочую матрицу вызвана тем, что алгоритм компонентного анализа работает с цифрами, «не вникая» в их содержание. Поэтому при подготовке рабочей матрицы нужно обеспечить максимальное соответствие между содержанием показателя и местом его в рабочей матрице. Корреляция рассчитывается между парой показателей, включенных в массив. Ограничениями метода предусмотрено исключение из рабочей матрицы сильно коррелированных показателей. Мы знаем, что состояние коэволюции регионов зависит от того, сколь результативны и эффективны были управленческие решения, принятые относительно процедур (технологий, способов) использования потенциала ресурсов, которым располагает регион. При моделировании коэволюции важно участие в рабочей матрице максимально возможного числа показателей отражающих эффективность деятельности сотрудников органов государственного управления и управления бизнесом.

Наши экспериментальные исследования процесса формирования рабочей матрицы показали, чтобы наибольшее количество показателей эффективности осталось в рабочей матрице, необходимо в исходной матрице выстроить последовательность показателей в рамках каждого раздела стратегии региона так, чтобы нечетный столбец занимал показатель эффективности, а четный столбец занимал показатель потенциала ресурса. В этом правиле есть исключения, поскольку не все разделы стратегии развития региона имеют в своем распоряжении показатели их потенциала, выраженные в натуральных или денежных единицах измерения. Больше всего это касается раздела «социальная сфера». Например, количество семей, проживающих в регионе, не создает представление о его коэволюции, как и число образовательных организаций. Потому социальная сфера представлена показателями удельными, относительными, каждый из которых, по сути, отражает один из аспектов уровня состояния потенциала региона. В исходной матрице они могут быть расположены в произвольном порядке. Аналогичное правило формирования последовательности показателей исходной матрицы относится к разделам «предпринимательство» и «услуги».

Третьим типом статуса является функциональная роль социально-экономического процесса, выраженного показателями  выполнения стратегии развития региона. Целью социально-экономического развития региона, как правило, определяется повышение качества жизни населения, которая обеспечивается комплексом взаимосвязанных и взаимозависимых процессов: производство добавленной стоимости (включая отрасли добывающей и обрабатывающей промышленности, строительство и сельское хозяйство); обеспечение социальных потребностей населения (здравоохранение, образование, культура, коммунальное хозяйство, услуги); инфраструктурное сопровождение производственных и бытовых потребностей; движение финансовых ресурсов; объемы научных исследований; координация всех указанных процессов органами государственного и муниципального управления в регионе.

При подготовке исходной информации важно включить показатели, отражающие результаты процессов каждого из этих блоков.

 

Таблица 2 (фрагмент) — Показатели, отражающие статус социально-экономического процесса

Показатели, отражающие статус социально-экономического процесса Показатели социально-экономического состояния и развития региона
1.Характеризует потенциал ресурсов региона Естественный прирост (убыль)
Миграционный прирост населения на 100 чел
Площадь территории, кв. км
Количество отделений почтовой связи
2.Характеризует результативность  деятельности руководителей предприятий и организаций и органов государственного управления  регионом Среднегодовой уровень безработицы
Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата работников тыс. руб.
Объем отгруженной продукции (Обрабатывающие производства), тыс. руб.
Рентабельность проданных товаров, продукции, работ и услуг, %
Сальдированный финансовый результат, тыс. руб.
Суммарная задолженность  кредиторам организаций по обязательствам, тыс. руб.
3. По разделам стратегии развития региона Крестьянские(фермерские) хозяйства. Средний размер земельного участка, га
Крестьянские(фермерские) хозяйства. Число хозяйств
Мощность амбулаторно-поликлинических организаций на 10000 человек, посещений в смену
Численность врачей на 10000 человек населения, чел.

 

Четвертый тип статуса  социально-экономических процессов и их показатели. Региональные статистические сборники большое внимание уделяют характеристике структуры видов экономической деятельности. Структура видов экономической деятельности оказывает существенное влияние на экономическую самостоятельность регионов. Например, высокий удельный вес видов экономической деятельности с высокой добавленной стоимостью свойственен, как правило, региону-донору. В депрессивных регионах развиты преимущественно отрасли сырьевые и первичной обработки сырья. Вместе с тем, в статистических сборниках структура видов экономической деятельности представлена в разных аспектах: распределение численности работающих; численности организаций, предпринимателей, потребленной электроэнергии и др.

Наш опыт показывает, что в исходную матрицу нужно включать показатели, имеющие разные единицы измерения. Вероятно, это вызвано тем, что каждый тип единицы измерения актуализирует свое «специфическое» проявление результата процесса. А нам важно фиксировать реальный потенциал ресурсов, т.е. каким объемом конкретного ресурса обеспечена жизнедеятельность каждого человека региона. Наиболее точным надо признать измерение в натуральных и стоимостных единицах.  Вместе с тем, не менее значимы и относительные (удельные) показатели. Например: численность врачей на 10000 человек населения. Это позволяет моделировать состояние проблемы в регионах в сравнимых условиях. Нельзя отказаться и от стоимостных показателей, как характеристик объемов финансовых ресурсов, оценки результатов любых видов деятельности и их эффективности. Перед использованием компонентного анализа первичный информационный массив нормируется, сохраняя в себе количественные соотношения исходной информации.

Проверка на коррелированность показателей. Отсев тесно коррелированных показателей и формирование рабочей матрицы. После расчета коэффициентов корреляции показателей исходной матрицы, исключаются все показатели, столбцы  которых на главной диагонали содержат единицу, а перед ней (т.е. в строке) коэффициент корреляции больше в строке 0,7. Очищенная матрица и является рабочей матрицей. Показатели, принадлежащие к четвертому типу, как правило, сильно коррелированны с показателями объемов производства в каждом виде экономической деятельности и в силу этого обстоятельства, включать их даже в исходную матрицу информации для моделирования коэволюции не имеет смысла.

Учитывая, что объектом изучения является коэволюция социально-экономической системы региона, которая понимается как гармоничное социально-экономическое развитие регионов, то для ее моделирования необходимо использовать метрику, характеризующую меру различия социально-экономического состояния регионов. Для коэволюционного развития – гармоничного, социально-справедливого развития регионов нужен примерно равный (близкий) темп его роста. Это означает, что абсолютная величина показателей социально-экономического развития регионов по объективным причинам неодинакова, а в отдельных случаях и существенно разнится, но темп изменения должен находиться в допустимых пределах. Поэтому первичным звеном, формирующим коэволюционный процесс развития, определена мера различия между показателями, отражающими социально-экономическое состояние региона, представленная геометрическим расстоянием в многомерном пространстве показателей (признаков)

Вычисление различий (отклонений) по каждой переменной базируется на некотором «отправном» значении, в качестве которого может выступать как наименьшее, так и среднее значение выборки. Тогда в первом случае, полученный набор отклонений будет неотрицательным, во втором обязательно будут присутствовать значения разных знаков. Следует подчеркнуть, что выбранный способ преобразований (отклонение от минимального значения или от среднего) не скажется на получаемых выводах, так как характеристики асимметрии и эксцесса также будут в обоих случаях одинаковы, что проверено опытным путем.

Проведение компонентного анализа. Компонентный анализ предоставляет специалистам органов управления хозяйствующими субъектами адекватный инструмент анализа состояния социально-экономической системы.  Наш опыт использования этого метода в подготовке решений по разным аспектам социально-экономического развития регионов показывает, что обработка системы показателей, проведенная по одной из моделей компонентного анализа, позволяет вскрыть логическую структуру социально-экономических изменений, отделить взаимозависимые и взаимозаменяемые показатели от независимых, существенные от несущественных, обосновать выбор той или иной общности показателей, оценить ее информативность, проверить или выдвинуть гипотезы о взаимосвязях в рассматриваемой сложной системе [3, 4, 8].

Однако, для разработки методических рекомендаций анализа и корректировки стратегий социально-экономического развития муниципалитетов региона или регионов РФ важно с особой тщательностью рассмотреть возможности и ограничения компонентного анализа, как метода, позволяющего осмыслить природу скрытых в исходном массиве информации закономерностей их социально-экономического состояния. Достоверность результата расчета зависит от адекватности выбранного метода специфике анализируемой ситуации. В связи с этим рассмотрим возможности и ограничения компонентного анализа.

В основе компонентного анализа используется корреляция известных в практике показателей социально-экономического состояние регионов. Нам важно определить структуру СЭСР и понять природу векторов этой структуры. Все ли исходное множество показателей значимо отражает изменчивость моделируемого феномена? Какие социально-экономические процессы в регионе подвергаются наибольшим изменениям?

Теснота связи между показателями открывает скрытые от нашего наблюдения взаимовлияния экономических процессов. Тесная связь (коэффициент корреляции больше 0,7) и его алгебраический знак (+; -)  показывают направление связи и рутинность процессов, результаты которых выражены показателями. Тесно связанные между собой показатели отражают состояние устоявшихся процессов в социально-экономической эволюции региона, они отражают тот аспект социально-экономического состояния региона, для которого свойственны рутины [23]. Такие процессы, как правило, адекватно отражают эволюцию системы, сопровождают развитие, нуждаясь в свою очередь в поддержке и корректировке своего состояния в соответствии с обозначенными приоритетами развития, они плохо «усваивают» влияние изменчивых факторов как внешней, так и внутренней среды региона. Корреляция выше 0,7 «указывает» как на наличие «упорядоченных» социально-экономических процессов, так и на их определенную  организацию.

Эту же мысль высказывают и специалисты по факторному анализу. Так Ян Окунь отмечает: «Необходимо отметить, что любая попытка интерпретации корреляции и определения ее причины подводит к факторному анализу. Определяется лишь корреляция и предпринимается попытка определения механизма, который ее обусловливает. Очевидно, что на основе одного коэффициента корреляции нельзя глубоко познать явление. Увеличивая набор переменных, а тем самым и разнообразие всевозможных корреляций, можно со все большей точностью определять основные причины изменений, обнаружить факторы, скрытые под поверхностными проявлениями зависимостей.» [15, с. 30].

Для социально-экономической системы характерен рост числа показателей, отражающих ее состояние. Ярким примером тому служат системы оценки выполнения государственных программ. И как следствие, увеличение числа переменных, увеличивает и число всех взаимных корреляций, приводит к ситуации, в которой число зависимостей растет так быстро, что появляется необходимость в методах систематической обработки взаимосвязей между различными переменными. Именно таким методом является компонентный анализ. Таким образом, главную цель компонентного анализа можно определить как «извлечения на поверхность» (формализацию) факторов, обусловливающих эти корреляции. «Путь, ведущий к этой цели, проходит через анализ совокупностей коэффициентов корреляции, число которых достаточно для того, чтобы можно было определить факторы с необходимой точностью.» [15, с. 33].

Для подтверждения правомерности использования компонентного анализа надо напомнить несколько положений этой предметной области. Пользуясь терминологией теории дисперсии, одну из основных задач компонентного анализа можно определить как исследование полной дисперсии исходного массива показателей для определения числа и видов тех «общих дисперсий», которые обуславливают корреляции в данной совокупности показателей. Одновременно предполагается (обеспечивается), что главные компоненты , соответствующие этим отдельным «общим дисперсиям», не коррелированны [16, с.35]. Каждый элемент общей дисперсии отражает (представляет) ту ее часть, с которой идентифицирована главная компонента. Вместе с тем, главная компонента не только концентрирует в себе часть общей  дисперсии исходного массива, она включает в себя социально-экономические процессы (представленные показателями), которым свойственна высокая изменчивость. С экономической точки зрения это надо понимать как интенсивное, как правило, инновационное обновление социально-экономического процесса в регионе, на котором были сконцентрированы ресурсы, т.е. реализовывался конкретный проект или разрушался конкретный социально-экономический процесс.

Меру влияния, в соответствии с которым конкретный социально-экономический процесс, выраженный показателем, проявляет на главную компоненту, демонстрирует факторная нагрузка. В свою очередь факторная нагрузка выражает коэффициент корреляции между конкретным социально-экономическим процессом (представленным показателем) и главной компонентой. Чем выше факторная нагрузка, тем больше главная компонента «наполнена» конкретным социально-экономическим трендом. Кроме того, практическая реализация стратегических социально-экономических процессов в регионе, как было отмечено, фиксируется в общей дисперсии всего исходного массива. Обособленный социально-экономический процесс (или проект, и представляющий его показатель) оказывает влияние на коэволюцию социально-экономической системы региона только в той мере, в какой он коррелирует с главной компонентой.

Выявление латентной социально-экономической структуры региона как по статусу процессов (активно обновляются; нуждаются в разработке и реализации новых проектов) так и по интенсивности социально-экономического развития муниципалитетов. Рассмотренная процедура реализации модели коэволюции социально-экономического развития  была апробирована на материалах Костромской области за 2010-2015 годы.  Чтобы получить возможность наблюдать закономерности или тенденции в социально-экономическом развитии муниципальных образований области нам предстояло перейти от совокупности слабо коррелированных между собой показателей к набору латентных (синтетических) величин, которые по определению будут эквивалентны замещаемым. Замена должна производиться с наименьшими потерями смыслов, содержащихся в преобразуемом множестве показателей. Таким свойством обладают главные компоненты, полученные в результате применения компонентного анализа к преобразуемому множеству показателей.

 

Таблица 3 — Главные компоненты (тренды социально-экономических процессов, имевших наибольшую активность (интенсивность) развития в 2015 году в Костромской области) и их факторные нагрузки

Показатель, характеризующий результат социально-экономического процесса в регионе Номер главной компоненты, в которую
входит показатель
Соответствующая факторная
нагрузка
Естественный прирост 4 -0,74
Среднегодовой уровень безработицы 4 -0,73
Миграционный прирост населения на 100 чел. 5 0,77
Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата работников 3 0,80
Объем отгруженной продукции (Обрабатывающие производства), тыс. руб. 2 0,72
Рентабельность проданных товаров, продукции, работ и услуг, % 7 0,80
Суммарная задолженность кредиторам организаций по обязательствам 2 0,78
Численность воспитанников, приходящихся на 100 мест в дошкольных образовательных организациях, чел. 1 0,83
Мощность амбулаторно-поликлинических организаций на 10000 человек, посещений в смену 1 -0,76
Численность врачей на 10000 человек населения, чел. 1 -0,72
Инвестиции в основной капитал в расчете на душу населения, руб. 3 0,96
Объем работ по виду экономической деятельности «Строительство», тыс.руб. 3 0,98
Распределение индивидуальных предпринимателей по видам экономической деятельности в обрабатывающих производствах 2 0,88
Грузооборот автомобильного транспорта, тонно-км 6 -0,77
Объем платных услуг на душу населения (связь), руб. 6 -0,80

 

Первая главная компонента характеризует в 2015 году в Костромской области состояние социальной инфраструктуры, вторая – развитие реального сектора экономики, третья – уровень экономической активности, четвертая – использование трудовых ресурсов муниципального образования, пятая – мобильность человеческого капитала, шестая –  развитие инфраструктуры, седьмая – эффективность бизнеса.

В таблице 3 представлены главные компоненты (тренды социально-экономических процессов, имевших наибольшую активность (интенсивность) развития в 2015 году в Костромской области) и их факторные нагрузки. Соответствуя принятым правилам интерпретации результатов компонентного анализа, каждой главной компоненте было дано свое содержательное толкование. Судя по результатам  расчетов за 2015 год, в Костромской области наиболее активно обновлялись социально-экономические процессы в социальной сфере (дисперсия 25,86%). Следует отметить, что внутри нее существенно улучшилось положение дел с детскими дошкольными учреждениями (представлено показателем численность воспитанников); увеличился потенциал амбулаторий (показатель мощность амбулаторно-поликлинических организаций на 10000 человек, посещений в смену) и улучшилось положение дел с медицинскими кадрами (показатель численность врачей).

По столбцам таблицы 3 можно понять содержание и других трендов, правда вклад их влияния на социально-экономическое состояние региона в целом будет несколько меньше. Это нам позволяет утверждать снижение дисперсии, накопленной в главной компоненте.

Сопоставление структуры дисперсии главной компоненты со структурой финансовых вложений в развитие территории. Чтобы признать практическую значимость выполненного нами исследования, возможность его использования в деятельности органов государственного управления в региональных органах государственного управления мы должны были сравнить полученный результат с фактическим состоянием дел. В качестве неопровержимого аргумента, влияющего на развитие региона, с нашей точки зрения, являются фактические финансовые расходы. В существующей практике статистического учета финансовых расходов на развитие региона принято их концентрировать в рамках государственных и региональных программ. Правилами установлено, что регион может иметь государственную поддержку в развитии территории только при условии софинансирования. Аналогично отношения выстроены и с муниципальными образованиями.

Все это дало нам основание предположить, что если структура расходов на выполнение госпрограмм, выполняемых в Костромской области в 2015 году пропорциональна или почти пропорциональна структуре дисперсии выявленных нами главных компонент, то предлагаемый подход стоит признать достойным использования в подготовке решений сотрудниками органов государственного управления регионом. Если эти структуры близки по своим значениям, то есть основания признать, что главные компоненты представляют собой латентную структуру социально-экономического развития региона. В таблице 3 представлена сводная структура всех главных компонент, их дисперсия, фактические расходы на соответствующие направления социально-экономического развития Костромской области.

 

Таблица 4 — Сравнение объясненной дисперсии главных компонент с фактическими расходами на социально-экономическое развитие Костромской области

Главная компонента Расходы на социально-экономической развития, руб. Доля
дисперсии
Доля расходов по государственной программе
Состояние социальной инфраструктуры 18988957 0,3626 0,57887
Развитие реального сектора экономики 10697391 0,2510 0,32611
Уровень экономической активности 2856745 0,1976 0,08709
Использование трудовых ресурсов 258335 0,1041 0,00788
Движение человеческого капитала 1850 0,0847 0,00006
ИТОГО 32803278 1,0 1,0

 

Выполненные нами расчеты говорят о том, что финансовые расходы на социально-экономические развитие Костромской области и дисперсия главных компонент тесно между собой связаны, коэффициент корреляции составляет 0,97 (Аналогичные результаты нами получены за 2013, 2014годы). Следовательно, наша гипотеза подтверждена.

 

4. Заключение

Теоретические постулаты синергетики при последовательном их использовании позволили разработать инструментарий поддержки принятия решений при управлении регионами, обеспечивающий достоверную версию оценки регионального социально-экономического развития и прогнозирования при минимальных затратах человеческого труда.

В ходе исследования была формализована оценка социально-экономического развития пространственно и юридически обособленных территорий посредством выделения в нем двух взаимосвязанных и взаимозависимых блока. Эволюционное развитие, основанное на использовании внутри региональных ресурсов. Такого рода процессы представлены показателями, имеющими высокую тесноту связи (корреляцию свыше 0,7), а различия между регионами (муниципалитетами), фиксируемые по ним,  минимальны и изменяются не высокими темпами. Второй блок представлен показателями, отражающими инновационное развитие. Для таких показателей характерны высокий уровень различий и низкая степень коррелированности.

Практическая значимость представленной модели коэволюции социально-экономического развития состоит в возможности объединить интеллектуальные ресурсы человека с возможностями информационных технологий в целях повышения качества принимаемых решений. Социально-справедливому развитию регионов России может должен способствовать не только природно-ресурсный потенциал, но и синергетический эффект человеческого потенциала и современных информационно-коммуникативных технологий. Все важнейшие решения по социально-экономическому развитию территорий принимают люди. У каждого из них наряду с профессиональными знаниями и опытом есть свои субъективные представления. Процесс подготовки решений необходимо объективизировать. Проведенное исследование подтверждает, что методы искусственного интеллекта копируют процесс мышления человека.

 

Библиографический список

  1. Абалкин Л.И. Проблема выбора стратегии на XXІ век // Проблемы теории и практики управления. 1998. № 2. С. 49-54.
  2. Борисевич В.И., Гейзлер П.С., Фатеев В.С. Экономика региона: Учеб. пособие. – Мн.: БГЭУ., 2002. – 432 с.
  3. Брагина З.В., Киселев И.К. Развитие регионов: диагностика региональных различий: монография, М.: ИНФРА-М, 2014. – 152с. (Научна мысль) – DOI 10.12737/ххх(www.doi.org); ISBN978-5-16-009274-4 (print); ISBN978-5-16-100305-3 (online);
  4. Брагина З.В., Киселев И.К., Илюхина А.С. О проблеме приоритизации государственных программ и пути ее решения //Экономика и предпринимательство. — № 12 ч. 3, (53-3), 2016. С.1130-1139.
  5. Голубков Е.П. Технология принятия управленческих решений. — М.: Дело и сервис, 2005. – 544 с.
  6. Ефремов В.С. Стратегическое планирование в бизнес–системах. – М.: Финпресс, 2001. – 238 с.
  7. Карасев А.П. Маркетинговые исследования и ситуационный анализ. М.: Издательство Юрайт, Серия: Бакалавр. Прикладной курс., 2016. – 323 с.
  8. Клещев А.Г., Бороздина О.Ю., Брагина З.В. Развитие корпоративной культуры фирмы: монография // Общество «Знание» России, Костромская областная организация. – Кострома. – 199. – 156 с.
  9. Князева Е.Н. Курдюмов С.П. Синергетика. Нелинейность времени и ландшафты коэволюции / изд.2-е. – М.; КрмКнига, 2011. – 222 с.
  10. Колемаев В.А. Экономико-математическое моделирование. Моделирование макроэкономических процессов и систем: учебник / В. А. Колемаев. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2005. – 295 с.
  11. Котилко В.В., Санин И.И. Региональное прогнозирование: Учеб. пособие / ИРЭиМУ. – М.: Издательство «Сатурн-С», 2001. – 191 с.
  12. Матковская О.Г. Типологизация социально-экономического и экологического положения региона // Вопросы статистики. – 2010. – № 6. – с. 43-50.
  13. Никитов В.А., Орлов Е.И., Старовойтов А.В., Савин Г.И.Информационное обеспечение государственного управления // Под ред. Ю.В. Гуляева – М.: Славянский диалог, 2000. – 415 с.
  14. Обобщение мониторинга хода реализации государственных программ Российской Федерации, ежеквартальные и годовые сводные доклады. Режим доступа: http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/councilintrprojmanag
  15. Окунь Я. Факторный анализ. /Пер. с польск. Г.З. Давидовича; Науч. ред. В. М. Жуковская. – М.: Статистика, 1974. – 199 с.
  16. 16. Плюта В. Сравнительный многомерный анализ в экономических исследованиях. Методы таксономии и факторного анализа. М.: Статистика, 1980. – 151 с.
  17. Постановление администрации Костромской области от 18.08.2015 № 301-а «Об утверждении государственной программы Костромской области «Экономическое развитие Костромской области на период до 2025 года»»
  18. Системный анализ и принятие решений: словарь-справочник: Учеб. пособие для вузов под ред. В.Н. Волковой, В.Н. Козлова — М.: Высшая школа, 2004. – 616 с.
  19. Стратегическое планирование в Российской Федерации: состояние методического обеспечения. Аналитический доклад (по результатам мониторинга реализации Федерального закона от 28 июня 2014 г. № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации»): препринт WP8/2016/02 / А.В. Клименко, В.А. Королев, Д.Ю. Двинских, Н.А. Рычкова, И.Ю. Сластихина; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2016. – (Серия WP8 «Государственное и муниципальное управление»). – 60 с.
  20. Туркина Е.Ю. SWOT-анализ управления бюджетом субъекта РФ //Вестник Астраханского государственного технического университета, 2006. № 4 (33).
  21. Швецов А.Н. Либерализация государственной региональной политики //Вопросы экономики. 2006. № 7. С. 73-83.
  22. Шеховцева Л.С. Управляемое развитие региона: стратегическое целеполагание: монография. – Калининград: Изд-во РГУ им И. Канта, 2005. – 354 с.
  23. Шумпетер Й. Теория экономического развития: Пер. с нем. – М.: Прогресс, 1982. – 455 с.
  24. Экономико-географические и институциональные аспекты экономического роста в регионах // О. Луговой, В. Дашкеев, И. Мазаев, Д. Фомченко, Е. Поляков, А. Хехт: М.: ИЭПП, 2007. – 164 с.
  25. Development of Regional Economic Accounts and Macroeconomic Indicators in Russia / Consortium for Economic Policy Research and Advice; [Kam Yu, I.D. Masakova, А.А. Tatarinov]. – Moscow: IET, 2007. – 86 p.
  26. 26. Factors of Economic Growth in Russia’s Regions. The research and the publication were undertaken in the framework of CEPRA (Consortium for Economic Policy Research and Advice) project funded by the Canadian Agency for Inter-national Development (CIDA) ISBN 5-93255-178-0.

 

Bibliographic list

  1. Abalkin L.I. The problem of choosing a strategy for the XXI century [Problema vybora strategii na XXІ vek]// Problems of theory and practice of management. 1998. № 2. pp. 49-54.
  2. Borisevich V.I., Gejzler P.S., Fateev V.S. Economics of the region [Jekonomika regiona]: Proc. allowance. — Moscow: BSEU., 2002. — 432 p.
  3. Bragina Z.V., Kiselev I.K. Development of regions: diagnostics of regional differences [Razvitie regionov: diagnostika regional’nyh razlichij]: Monograph, Moscow: INFRA-M, 2014. — 152p. (Scientific thought) — DOI 10.12737 / xxx (www.doi.org); ISBN978-5-16-009274-4 (print); ISBN978-5-16-100305-3 (online);
  4. Bragina Z.V., Kiselev I.K., Iljuhina A.S. On the problem of prioritization of state programs and ways to solve it; F [O probleme prioritizacii gosudarstvennyh programm i puti ee reshenija]// Economics and Entrepreneurship. No. 12 part 3, (53-3), 2016. pp.1130-1139.
  5. Golubkov E.P. Technology of making managerial decisions [Tehnologija prinjatija upravlencheskih reshenij]. — Moscow: Business and Service, 2005. — 544 p.
  6. Efremov V.S. Strategic planning in business systems [Strategicheskoe planirovanie v biznes–sistemah]. — M.: Finpress, 2001. — 238 p.
  7. Karasev A.P. Marketing research and situation analysis [Marketingovye issledovanija i situacionnyj analiz]. M.: Publisher Yurayt, Serie: Bachelor. Applied course., 2016. — 323 p.
  8. Kleshhev A.G., Borozdina O.Ju., Bragina Z.V. Development of corporate culture of the company [Razvitie korporativnoj kul’tury firmy]. Monograph, Society «Knowledge» of Russia, Kostroma regional organization. — Kostroma. — 199. — 156 p.
  9. Knjazeva E.N. Kurdjumov S.P. Synergetics. Nonlinearity of time and landscapes of co-evolution [Sinergetika. Nelinejnost’ vremeni i landshafty kojevoljucii]/ ed.2. — M.; KrmKniga, 2011. — 222 p.
  10. Kolemaev V.A. Economic-mathematical modeling. Modeling of macroeconomic processes and systems: a textbook / VA Kolemaev. — Moscow: UNITY-DANA, 2005. — 295 p.
  11. Kotilko V.V., Sanin I.I. Regional Forecasting [Regional’noe prognozirovanie]: Proc. allowance / IReMU. — M.: Publishing house «Saturn-S», 2001. — 191 p.
  12. Matkovskaja O.G. Typologization of the socio-economic and environmental situation in the region [Tipologizacija social’no-jekonomicheskogo i jekologicheskogo polozhenija regiona]// Statistical issues. — 2010. — No. 6. — pp. 43-50.
  13. Nikitov V.A., Orlov E.I., Starovojtov A.V., Savin G.I. Information support of state administration [Informacionnoe obespechenie gosudarstvennogo upravlenija]. // Ed. Ju.V. Guljaev. — Moscow: Slavic Dialogue, 2000. — 415 p.
  14. Generalization of monitoring the implementation of state programs of the Russian Federation, quarterly and annual summary reports [Obobshhenie monitoringa hoda realizacii gosudarstvennyh programm Rossijskoj Federacii, ezhekvartal’nye i godovye svodnye doklady]. Access mode: http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/councilintrprojmanag
  15. Okun’ Ja. Factor analysis [Faktornyj analiz] / Transl. from Polish. G.Z. Davidovich; Scientific. Ed. V. M. Zhukovskaja. — Moscow: Statistics, 1974. — 199 p.
  16. Pljuta V. Comparative multidimensional analysis in economic research. Methods of taxonomy and factor analysis [Sravnitel’nyj mnogomernyj analiz v jekonomicheskih issledovanijah. Metody taksonomii i faktornogo analiza]. M.: Statistics, 1980. — 151 p.
  17. Resolution of the Administration of the Kostroma region of August 18, 2015 № 301-а «On approval of the state program of the Kostroma region» Economic development of the Kostroma region for the period until 2025 » [Ob utverzhdenii gosudarstvennoj programmy Kostromskoj oblasti «Jekonomicheskoe razvitie Kostromskoj oblasti na period do 2025 goda»]».
  18. System analysis and decision-making [Sistemnyj analiz i prinjatie reshenij]: a dictionary-reference: Proc. manual for universities ed. V.N. Volkova, V.N. Kozlov — M .: Higher School, 2004. — 616 p.
  19. Strategic planning in the Russian Federation: the state of methodological support [Strategicheskoe planirovanie v Rossijskoj Federacii: sostojanie metodicheskogo obespechenija]. Analytical report (based on the results of monitoring the implementation of Federal Law No. 172-FZ of June 28, 2014 «On Strategic Planning in the Russian Federation») [Text]: preprint WP8 / 2016/02 / A.V. Klimenko, V.A. Korolev, D.Ju. Dvinskih, N.A. Rychkova, I.Ju. Slastihina; Nat. Issled. University Higher School of Economics. — Moscow: Izd. house of the Higher School of Economics, 2016. — (Series WP8 «State and municipal government»). — 60 p.
  20. Turkina E.Ju. SWOT-analysis of budget management of a subject of the Russian Federation [SWOT-analiz upravlenija bjudzhetom sub#ekta RF]// Bulletin of the Astrakhan State Technical University, 2006. No. 4 (33).
  21. Shvecov A.N. Liberalization of state regional policy [Liberalizacija gosudarstvennoj regional’noj politiki]// Issues of economics. 2006. № 7. pp. 73-83.
  22. Shehovceva L.S.Managed development of the region: strategic goal-setting [Upravljaemoe razvitie regiona: strategicheskoe celepolaganie]: Monograph. — Kaliningrad: Publishing house of the Kant State University, 2005. — 354 p.
  23. Shumpeter J. The theory of economic development [Teorija jekonomicheskogo razvitija]: Per. with him. — Moscow: Progress, 1982. — 455 p.
  24. Economic-geographical and institutional aspects of economic growth in the regions [Jekonomiko-geograficheskie i institucional’nye aspekty jekonomicheskogo rosta v regionah] / O. Lugovoj, V. Dashkeev, I. Mazaev, D. Fomchenko, E. Poljakov, A. Heht: Moscow: IET, 2007. — 164 p.
  25. Development of Regional Economic Accounts and Macroeconomic Indicators in Russia / Consortium for Economic Policy Research and Advice; [Kam Yu, I.D. Masakova, А.А. Tatarinov]. – Moscow: IET, 2007. – 86 p.
  26. Factors of Economic Growth in Russia’s Regions. The research and the publication were undertaken in the framework of CEPRA (Consortium for Economic Policy Research and Advice) project funded by the Canadian Agency for Inter-national Development (CIDA) ISBN 5-93255-178-0.

Региональное развитие