Региональная экономика и управление: электронный научный журнал // Номер журнала: №3 (35), 2013

Модели развития монорегионов на основе зарубежного опыта

Monoregion's development models based on foreign experience

Авторы


аспирант
Республика Татарстан, Университет управления «ТИСБИ»
ruslan.mikhailov@mail.ru

Аннотация

В статье рассмотрены модели зарубежных стран в развитии монопрофильных регионов. Выявлено, что наиболее успешным примером является формирование региональных экономических кластеров.

Ключевые слова

монопрофильный регион, мировая практика, региональная политика, кластерная инициатива.

Рекомендуемая ссылка
Михайлов Руслан Владимирович
Модели развития монорегионов на основе зарубежного опыта// Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №3 (35). Номер статьи: 3503. Дата публикации: . Режим доступа: http://eee-region.ru/article/3503/
Authors

Mikhailov Ruslan Vladimirovich
graduate student
The Republic of Tatarstan, University of Management "TISBI"
ruslan.mikhailov@mail.ru

Abstract

This article describes model of foreign countries in the development of the monoprofile regions. It was revealed that the most successful example is the formation of regional economic clusters.

Keywords

monoprofile region, international practice, regional policy, the cluster initiative.

Suggested Citation
Mikhailov Ruslan Vladimirovich
Monoregion's development models based on foreign experience. Regional economy and management: electronic scientific journal. №3 (35). Art. #3503. Date issued: 2013-07-27. Available at: http://eee-region.ru/article/3503/

Проблема реструктуризации и развития монопрофильных регионов, экономика которых полностью зависит от довольно успешных, испытывающих проблемы или ставших полностью неконкурентоспособными в новых рыночных условиях одного или двух предприятий, является сегодня для России чрезвычайно острой в социальном, экономическом, политическом плане. Властные структуры, предприятия и жители большинства из них оказываются неспособными своими силами компенсировать всё возрастающие риски динамичной внешней экономической среды, исключающие возможность устойчивого развития города.

Как показывает зарубежный опыт, формирование институтов развития монопрофильных образований сопровождается целым комплексом государственных и муниципальных мероприятий социальной направленности, среди которых можно выделить следующие:

  • Профессиональное переобучение населения, для чего очень часто в монопрофильных городах создаются новые университеты, расширяется список специальностей и в целом повышается образовательный и научный потенциал населения.
  • Социальная помощь населению — введение длительных оплачиваемых отпусков, льгот (например, льготные кредиты на приобретение жилья); содействие созданию новых рабочих мест для трудоустройства высвобождаемых работников; организация общественных работ для временного трудоустройства; предоставление права досрочного выхода на пенсию и т.п.
  • Поддержка развития малого бизнеса за счет государственных средств, местных бюджетов и общественных фондов.
  • Содействие переселению населения из неперспективных моногородов. Наиболее широко переселение как инструмент поддержки моногородов получило в США из-за высокой мобильности населения.
  • Совершенствование старой и создание новой инфраструктуры (развитие логистики, коммуникаций, строительство и реконструкция жилых кварталов и т.п.). В ряде стран существуют даже специальные программы такого рода. Например, Министерство жилищного и коммунального строительства Франции разработало программу «Содействие жилищному строительству», согласно которой за счет средств, выделяемых государством, осуществляется строительство новых и реконструкция старых жилых домов, расположенных в центральных районах городов. Подобная поддержка помогает, во-первых, привлечь более качественную рабочую силу, а, во-вторых, при закрытии предприятия сотрудники за счет развитой транспортной инфраструктуры имеют возможность работать в близлежащем городе [1, c. 158].

В странах Европейского Союза качестве важнейшего инструмента инновационного развития региона рассматриваются кластерные стратегии. «Мы нуждаемся в ЕС в большем количестве кластеров мирового уровня, — отметил вице-президент Европейской комиссии Гюнтер Верхуджен, ответственный за предпринимательскую и промышленную политику. — Они играют жизненно важную роль в инновационном развитии наших фирм и в создании новых рабочих мест. Поэтому мы предлагаем, чтобы усилия в области поддержки кластерной политики на всех уровнях были направлены на укрепление превосходства и открытости для сотрудничества, при этом сохраняя конкурентную среду в рамках созданных агломераций».
Кластерный подход — это прежде всего новая управленческая технология, позволяющая повысить конкурентоспосбность как отдельного региона или отрасли, так и государства в целом.

Мировая практика свидетельствует, что в последние два десятилетия процесс формирования кластеров происходил довольно активно. В США в рамках кластеров работает более половины предприятий, а доля ВВП, производимого в них, превысила 60%. В ЕС насчитывается свыше 2 тыс. кластеров, в которых занято 38% его рабочей силы.

Полностью охвачены кластеризацией датская, финская, норвежская и шведская промышленность. Так, Финляндия, чья экономическая политика базируется на кластеризации, на протяжении 2000-х годов занимает ведущие места в мировых рейтингах конкурентоспособности. За счет кластеров, отличающихся высокой производительностью, эта страна, располагая всего 0,5% мировых лесных ресурсов, обеспечивает 10% мирового экспорта продукции деревопереработки и 25% — бумаги. На телекоммуникационном рынке она обеспечивает 30% мирового экспорта оборудования мобильной связи и 40% — мобильных телефонов.

На промышленные кластеры Италии приходится 43% численности занятых в отрасли и более 30% объема национального экспорта. Успешно функционируют кластерные структуры в Германии (химия и машиностроение), во Франции (производство продуктов питания, косметики).

Активно идет процесс формирования кластеров и в Юго-Восточной Азии и Китае, в частности, в Сингапуре (в области нефтехимии), в Японии (автомобилестроение) и в других странах. В Китае сегодня существует более 60 особых зон-кластеров, в которых находится около 30 тыс. фирм с численностью сотрудников 3, 5 млн. чел. и уровнем продаж на сумму примерно 200 млрд. долл. в год [2, c 422].

О значимости развития производственных кластеров для европейской экономики свидетельствует тот факт, что еще в 90-х годах прошлого столетия Организация Объединенных Наций по промышленному развитию (UNIDO) с помощью Отделения по развитию частного сектора (Private Sector Development Branch) подготовила набор рекомендаций, чтобы помочь взаимодействию правительств европейских стран и европейского частного бизнеса в разработке и внедрении программ развития кластеров и сетей малых предприятий. В июле 2006 г. ЕС был одобрен и принят «Манифест кластеризации в странах ЕС», а в декабре 2007 г. одобрен и представлен к утверждению «Европейский кластерный Меморандум», который был окончательно утвержден 21 января 2008 г. в Стокгольме на Европейской президентской конференции по инновациям и кластерам. Поддержку процессам кластеризации странам Европы с переходной экономикой продемонстрировал саммит ЕС «Восточное партнерство», состоявшийся в Праге 7-10 мая 2009 г. Основная цель принимаемых документов — увеличить «критическую массу» кластеров, которая способна оказать влияние на повышение конкурентоспособности как отдельных стран, так и ЕС в целом.

Таблица 1 — Основные отраслевые направления кластеризации экономики некоторых стран

Отраслевые направления Страна
Электронные технологии и связь, информатика Швейцария, Финляндия
Биотехнологии и биоресурсы Нидерланды, Франция, Германия, Великобритания, Норвегия
Фармацевтика и косметика Дания, Швеция, Франция, Италия, Германия
Агропроизводство и пищевое производство Финляндия, Бельгия, Франция, Италия, Нидерланды
Нефтегазовый комплекс и химия Швейцария, Германия, Бельгия
Машиностроение, электроника Нидерланды, Италия, Германия, Норвегия, Ирландия, Швейцарии
Здравоохранение Швеция, Дания, Швейцария, Нидерланды
Коммуникации и транспорт Нидерланды, Норвегия, Ирландия, Дания, Финляндия, Бельгия
Энергетика Норвегия, Финляндия
Строительство и девелопмент Финляндия, Бельгия, Нидерланды
Легкая промышленность Швейцария, Австрия, Италия, Швеция, Дания, Финляндия
Лесобумажный комплекс Финляндия

Следует особо остановиться на роли государства в формировании кластерных стратегий. Если первоначально кластеры образовывались исключительно благодаря «невидимой руке рынка», прежде всего при модернизации ТНК, то в последнее время правительства многих стран стали «выращивать» их по собственной инициативе в рамках государственно-частного партнерства, оказывая этому процессу ощутимое материальное и моральное содействие [2, c 426].

Современная государственная политика в области поддержки кластеров, определяется многими национальными особенностями. Она может быть весьма разнообразной и выступать в виде:

  • конкретной политики с четко определенной стратегией и выделенным бюджетом, которая охватывает ряд промышленных секторов и различные аспекты развития кластеров;
  • политики, сфокусированной на некоторых аспектах развития кластеров: сетевые взаимодействия среди бизнеса или между бизнесом и исследовательскими организациями;
  • политики как элемента других стратегий экономического развития;
  • общей цели в серии других несогласованных мероприятий, нацеленных на конкретную отрасль, например, в Арве Вели (Франция), где мероприятия местного и национального уровня нацелены на развитие металлообрабатывающей промышленности в регионе.

Важное значение в реализации государственной поддержки развития кластеров за рубежом имеет формирование специальной инфраструктуры. Как правило, реализация кластерных стратегий предполагает наличие грантообразующих фондов (институтов, агентств), поддерживающих кластерные инициативы: например, Национальное агентство планирования DATAR (Франция), Информационная система поиска и классификации кластеров CASSIS (Люксембург), Национальный совет по конкурентоспособности (США), программа кооперации LINK (Великобритания). Кроме того, формируются специальные институты, способные эффективно выполнять функции по развитию, построению сетевых структур и их интернационализации. К ним относятся центры экспертизы (Финляндия), центры превосходства (США), консалтинговые, маркетингово-аналитические и брендинговые компании (Economic Competitiveness Group (США), Центр маркетингово-аналитических исследований (Казахстан); институты и агентства, входящие в кластерные инициативы (Мюнхенский технический университет). Неотъемлемой частью инфраструктурного обеспечения кластерных стратегий является создание бизнес-инкубаторов, технопарков, особых экономических зон, которые, по сути дела, являются катализаторами образования промышленных кластеров.

Примеры наиболее успешного развития кластерных инициатив в Европейском Союзе среди старых членов — Австрия среди малых стран (особенно кластерная инициатива в земле Верхняя Австрия, где термин «кластер» был эффективно использован как «бренд» для улучшения имиджа региона и привлечения прямых иностранных инвестиций в местные предприятия), Великобритания (Шотландия), Испания (Каталония), Германия (Северный Рейн-Вестфалия), а среди стран Центрально-Восточной Европы — государственно-частное партнерство в развитии кластерных инициатив наиболее эффективно действовало в Словении. В настоящее время на конкурсной основе правительством Словении были отобраны для целевого финансирования 11 кластерных инициатив, среди которых наиболее развитыми можно назвать три кластера: автомобильный, станкостроительный и транспортно-логистический [4].

Если до недавнего времени кластеры были привилегией наиболее развитых экономик, то в последние годы наблюдается проявление этого феномена и в развивающихся странах. В Венгрии, Польше, Чехии, Словении кластеризация поддерживается специальными программами. В частности, к 2003 г. в Венгрии была создана система из более 150 кластеров по следующим направлениям: строительство, текстильное производство, термальные воды, оптическая механика, автомобилестроение, деревообработка, пищевая продукция, электроника и т. д. Там же функционирует более 75 гпромышленных парков, объединяющих 556 компаний с числом работающих 60 тыс. чел. Промышленные парки Венгрии имеют существенные таможенные и налоговые льготы. В 2005-2009 гг. непосредственно на создание технологических платформ и инновационных кластеров государство выделило 26 млрд. евро. Кроме того, выделено 80 млн. евро для укрепления связей между университетами и промышленностью, 7 млн. евро — на поддержку малого инновационного бизнеса, 50 млн. евро — на расширение сети бизнес-инкубаторов, поддерживающих малые фирмы на ранних стадиях.

Анализируя мировой опыт кластеризации, нельзя не отметить тенденции развития все большего количества международных мировых кластеров, в том числе выходящих за рамки отдельных регионов. Так, например, многие кластеры, имеющие статус европейских, стремятся выйти на международный уровень. Главным образом это касается международных и трансграничных проектов. Примером может служить «Биотехнологическая долина», объединяющая кластеры Франции и соседствующих с нею Германии и Швейцарии, благодаря чему достигается мощный синергетический эффект. Французский фармацевтический кластер через университет Луи Пастера осуществляет сотрудничество с канадским кластером «In vivo», действующим в Монреале. Цель такого сотрудничества — найти для компаний указанных кластеров перспективные рынки сбыта в Северной Америке и Европе.

Важную роль в создании международных кластеров играют разнообразные программы научно-технического сотрудничества, в частности, в европейской практике — это «Эврика» и Рамочные программы НИОКР. Они помогают потенциальным партнерам, устанавливать контакты на национальном уровне.

Проведенный анализ мировой практики в области формирования и реализации кластерных стратегий позволяет сделать ряд принципиальных обобщающих выводов:

Применение кластерного подхода является закономерным этапом в развитии экономики, а его повсеместное распространение можно рассматривать в качестве главной черты всех высокоразвитых экономик.

Проведение кластерной политики базируется на организации взаимодействия между органами государственной власти и местного самоуправления, бизнесом и научно-образовательными учреждениями для координации усилий по повышению инновационности производства и сферы услуг, что способствует взаимному совершенствованию и повышению эффективности в работе.  Например, в Восточной Швеции (адм. центр Линчепинг) поддержка развития кластеров является одним из направлений местного Соглашения о региональном развитии;, в провинции Лимбург (Нидерланды) — это программа региональной инновационной стратегии; в германской земле Северный Рейн-Вестфалии поддержка кластеров прорезает горизонтально многие приоритеты и мероприятия региональной стратегии ЕС «Цель-2» (Повышение конкурентоспособности и уровня занятости в регионах).

Исходя из вышеизложенного, можно утверждать, что формирование институтов развития монопрофильной территории должно быть нацелено на долгосрочное развитие и обязательно включать стратегические документы развития таких территорий. Данные документы должны быть увязаны между собой по вертикали и соответствовать более общим документам стратегического характера, например, таким как Стратегия социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 г. и др.

На федеральном уровне конкретно к таким документам следует, прежде всего, отнести:

  • официально принятую региональную политику Российской Федерации, в том числе в отношении монопрофильных территорий;
  • вытекающую из положений региональной политики программу развития монопрофильных территорий Российской Федерации и регионов до 2020 года;
  • генеральную схему развития и размещения производительных сил Российской Федерации, учитывающую направления реструктуризации экономики монопрофильных территорий [3].

К этой же категории институтов развития следует отнести соответствующие вышеназванным документам в части монопрофильных территорий:

  • официально принятые стратегии развития субъектов Российской Федерации;
  • программы развития монопрофильных территорий в субъекте Российской Федерации;
  • схемы развития и размещения производительных сил субъекта Российской Федерации;
  • стратегии развития монопрофильных муниципальных образований;
  • комплексные инвестиционные планы развития монопрофильных территорий;
  • схемы территориального планирования (генеральные планы) монопрофильных территорий.

Зарубежный опыт развития монорегионов на основе кластеризации и государственных мер поддержки безусловно должен быть исследован и частично использован в российской практике, но обязательно с учетом макро- и микроусловий развития российских монопрофильных территорий.

Библиографический список:

  1. Москаленко И. О. Общие черты, проблемы и перспективы развития моногородов России // Актуальные вопросы экономики и управления: материалы междунар. заоч. науч. конф. (г. Москва, апрель 2011 г.) / Под общ. ред. Г. Д. Ахметовой.  — М.: РИОР, 2011. — С. 157-160;
  2. Формирование институтов развития монопрофильных территорий: зарубежный и отечественный опыт // Успехи современного естествознания. – 2011. – № 12 – С. 422-427;
  3. Черенков В.И. Информационно-коммуникативная проблема глобализации бизнеса // Проблемы современной экономики [Электронный ресурс]. – 2008. – № 3(7) (4/8). – URL: http://www.m-economy.ru/art.php3?artid=1824 (дата обращения – 15.08.2012);
  4.  Колошин А., Разгуляев К., Тимофеев Ю., Русинов В. Анализ зарубежного опыта повышения отраслевой, региональной конкурентоспособности на основе развития кластеров. – URL: http://politanaliz.ru/articles_695.html (дата обращения – 12.08.2012).

References:

  1. Moskalenko I. O. Common features, problems and prospects of development of Mono-towns of Russia [Obshchie cherty, problemy i perspektivy razvitiia monogorodov Rossii] // Topical issues of Economics and management: proceedings of the international extramural research conference (Moscow, April 2011) / Under general supervision  G. D. Ahmetova. М.: PIOR., 2011. pp. 157-160.
  2. Institution-building of development monoprofile territories: international and domestic experience [Formirovanie institutov razvitiia monoprofilnykh territorii: zarubezhnyi i otechestvennyi opyt]//Advances of modern natural science. 2011. №12. pp. 422-427.
  3. Cherenkov V.I. Information and communicative problem of globalization of business [Informatcionno-kommunikativnaia problema globalizatcii biznesa]. Problems of modern economy [electronic resource]. 2008. 3 (7) (4/8). URL: http://www.m-economy.ru/art.php3?artid=1824 (date of treatment – 15.08.2012).
  4. Koloshin A., Razguliaev K., Timofeev Iu., Rusinov V. Analysis of international experience improving sectoral, regional competitiveness through the development of clusters [Analiz zarubezhnogo opyta povysheniia otraslevoi, regionalnoi konkurentosposobnosti na osnove razvitiia klasterov]. URL: http://politanaliz.ru/articles_695.html (date of treatment – 12.08. 2012).

Локальные рынки и межрегиональные связи